Интеллект на тракте - Котус
– А интеллектроника может делать что-то для дома, или это только какие-то сложные системы управления?
– Может, конечно. Планшеты рассматривать не будем, там на самом деле всё сложно. Кассы интеллектронные удобнее в работе и потребляют в десять-двенадцать раз меньше, чем рунные. Или, вот, такси – тот жукер, на котором я приехал.
– Разве их не химерологи выводят?!
– Выводят. И тысячу лет назад выводили, а что толку? Как такси только лет тридцать назад использовать начали. Пока интеллектроника не появилась, их только и можно было, что вывести несколько сотен или тысяч и на вражеские позиции натравить. Не с целью какой-то урон нанести, а так: заграждения прорвать, ловушки разрядить, рогатки прогрызть, ямы завалить, мины подорвать. Если удастся хоть частично схему огня вскрыть, уже счастье.
– А если надрессировать?
– Нечего там дрессировать. В принципе, физически нечего, у них даже мозга нет, только нервные узлы, причём в голове не самый большой. Долговременной памяти нет вообще, точнее, она зафиксирована намертво, как зубилом на граните, и представляет собой рефлексы и инстинкты, что прошиваются ещё до рождения. Кратковременная – ровно на семь действий. Простых действий, типа «бежать», «стоять», «хватать» и так далее. Причём выполненное тут же забывается.
– А как же тогда?!..
– Семь глифов, с материальным якорем, которые вживляются в хитин в верхней части грудного сегмента, которые позволяют управлять врождёнными рефлексами. В отличие от голема, никакие действия прописывать не надо: ноги переставляет сам, препятствия определяет и обходит сам, даже возвращается в гараж, который считает логовом, потому что там феромонная метка стоит, тоже сам. А глифы не дают ни на кого нападать, заставляют бежать только по дороге, позволяют проложить маршрут, управлять скоростью. Ещё шесть помимо тех семи – для работы системы оплаты и для опознания.
– А жучкам не больно?! – это Лала, конечно, кто же ещё. – Когда им вживляют?
– Нет, что ты! Хитин у них – как у тебя волосы. Тебе же не больно, когда тебя стригут? Вот и им проволочки вживляются так же легко.
– Понятно…
– Так вот, система получилась дешёвая, удобная и надёжная. Причём и в армии тоже прижилась: как доставка припасов на поле боя. Причём там их вовсе как одноразовый транспорт использовать планируется: после снятия груза или погружаются в спячку или отправляются атаковать противника.
– Хмм… Нас заставляли их обратно отправлять. – это уже Иирг.
– В мирное время, в учебке?
– Да.
– Ну, там можно. Просто они домой бегут строго по прямой. В учебке на это всем плевать, а в боевой обстановке они выдадут врагу расположение складов, даже шпиона не надо. При этом себестоимость… Тот, на котором я приехал, за две такие поездки не только полностью окупится, но и минимальную прибыль принесёт. И это я беру не себестоимость, а ту цену, по которой таксисты жукера у заводчиков купили. Поэтому в боевой обстановке на самом деле дешевле один раз использовать.
– У нас во втором взводе парни такого сожрали на полигоне. Там, правда, мяса всего ничего было, да… А высчитали с них за порчу имущества ого, сколько. Дороже ресторана мясо получилось.
– Правильно. Во-первых, ущерб взыскивается в десятикратном размере, во-вторых, там в воспитательных целях, наверное, стоимость всего выводка взяли. Потом же большую часть долга «простили»?
– Да. Там наша рота лучший результат показала, и полковник…
– Ага, и полковник пересчитал на десятикратную стоимость того конкретного жука.
– Вот же! А я до сих пор и не задумывался даже…
Вот в этом все орки. Сильные, честные, при этом ни в коем случае не глупые, некоторые очень даже умные, но по-своему наивные. Хотя у себя в степи порой такие интриги закручивают, что окружающие за головы хватаются. Но если вождь (или офицер в армии) сказал «суслик – птичка», то будут искать пёрышки. Пока не отменят приказ на поиск. Или пока не найдут, орки – могут.
Ночка у меня выдалась горячая и насыщенная. Как у какого-то недоумка, неспособного соотнести стадии выполнения рецепта и их длительность со временем суток для начала работ. Хотя, почему «как»? Строго говоря, не «как», а просто «один из», ага. В итоге большую часть ночи провёл у камина, но – на ногах и в процессе варки состава для восстановления каменной основы. Лёг спать уже под утро, через два часа встал, чтобы забрать у Лалы завтрак, проверил, как остывает варево над углями и лёг спать дальше – до того момента, как придёт пора добавлять активатор и опускать в котелок рунный блок.
Проснулся, капнул, размешал, разместил. Есть холодную, застывшую кашу никакого желания не было, уж проще до обеда дотерпеть. Тем более, что есть выпечка и можно подогреть в том же камине какао. Некоторые нос воротят от пенки, что собирается на молоке, называют её «фу» и хуже, а по мне, так это самое главное в молоке: там же весь жир собирается, весь, так сказать, навар! Ну, пусть не весь, но значительная его часть, а остальное молоко (или какао) представляет собою… Остатки и представляет, так что пенку снял и съел с удовольствием.
После перекуса взял дедовы «мемуары» и задумался. Я уже перечитал всё, что он мне оставил – обе записные книжки и письмо. Обыскал весь сейф, в том числе потыкал перстнем во все подозрительные места, потом в самые не подозрительные, а затем вовсе провёл им по всем стенкам – тщетно. Проверил все бумаги на наличие тайнописи. Новых тайников не было, новых записей не было, и никаких инструкций о том, как вскрывать чертог – тоже не было. И идей, что делать дальше не было тоже, кроме как попробовать съездить в банк: может, дядюшка там ячейку арендовал. Идея откровенно идиотская, поскольку такая ячейка, открытая на имя дядюшки Карла, попала бы в перечень наследства, а открытую на подставное имя или на предъявителя какого-либо пароля я не смогу ни найти, ни открыть.
– Дядя Трорин, к вам приехали! Зелёный