Принц на черном пегасе - Маргарита Блинова

Надо отметить, с интересом. С большим таким голодным интересом.

— Ты подошел поздороваться или позавидовать? — не удержалась я от колкости.

— Позавтракать, — ответил Нейтон, выдвигая свободный стул.

Пекарь, робко выглянувший из кухни, печально вздохнул, но не отважился делать замечания. А вот официантки приосанились и незаметно пытались скинуться на пальцах, кто пойдет обслуживать симпатичного холостяка.

Но мирного завтрака в интересной компании так и не случилось, ибо в наш тихий междусобойчик в пекарне вмешался звонкий мальчишеский голосок.

— Осторожно! — завопил он на улице, и что-то влетело в окно, у которого я сидела.

Я даже пикнуть не успела, как господин Рок оказался рядом. Чужая рука с силой дернула меня к себе, прижала голову к широкой груди, закрывая своим телом от летящих осколков.

Звон бьющегося стекла. Испуганный вопль официанток. Грохот откинутого прочь стула. А после продолжительная, крайне шокированная случившимся тишина…

Закрыв глаза, я прижималась щекой к незнакомому мужчине и… в целом не находила в этом ничего вопиюще неправильного. Наоборот, было даже немного приятно, что кто-то так отважно бросился меня спасать. Меня! Белую ведьму в самом расцвете темного дара. И в дурном сне такое не привидится.

Пока я пыталась переварить сей неожиданный для себя факт, из служебного помещения примчался пекарь, подскочил к разбитому окну и громко рявкнул:

— Кто это сделал?! Я спрашиваю… КТО?!

У-у-у, какой грозный. Будь я на месте того несчастного, что разбил окно, то ни в жизнь не призналась бы. Вот и проказники предпочли дружным хором откреститься:

— Это не мы!

— Уши оторву, — смачно то ли пригрозил, то ли предрек пекарь. — А ну идите сюда. Чьими будете, разбойники?!

— Бабушкиными. — В двухголосом хоре появились неуверенные нотки.

А часом это не те ли внуки, которые осчастливили своим приездом нашу непробиваемую госпожу Заленвах?

Заинтригованная сверх меры, я пошевелилась и попыталась выглянуть из-за мужского плеча, чтобы разглядеть бабушкиных разбойников. Но не преуспела.

— Шарлотта, — вежливо позвал брюнет, все еще удерживая рядом с собой. — Сделай большое одолжение. Посмотри, что там с моей шеей?

— Шеей? — автоматически повторила я, подняла голову и к своему глубочайшему изумлению обнаружила залитую кровью рубашку.

— Твою ж… — тихо ругнулась.

— Все настолько плохо? — спокойно уточнил истекающий кровью мужчина. Слишком спокойно для человека, у которого в шее застряло три куска стекла.

Впору завидовать его выдержке.

Ну или выводить из болевого шока.

— Ох ты ж мамочки! — пискнула одна из официанток, тоже заметив ранение брюнета.

— Вот, держите полотенце, — бросилась на помощь вторая. — Надо прижать к ране, чтобы кровь остановилась.

— Рано прижимать, — качнула я головой и решительно толкнула своего спасителя в грудь. — Сядь, надо вытащить стекло из раны.

Пекарь глянул на нас, охнул и крикнул пацанам:

— Бегите за лекарем.

— Да, хорошо, — кивнул один из близнецов.

— Точно. Лекарь, — подхватил другой.

И пацаны с воплем «Бабушка-а-а-а-а!» умчались в неизвестном направлении.

— Тьфу ты! — высказался по этому поводу хозяин заведения, а я осознала, что придется справляться своими силами.

Стремительно выхватила из сахарницы щипчики. Скептически глянула на пациента. Может, обезболивающей искрой по нему шарахнуть? Чай все-таки спас.

Нейтон доверчиво склонил голову набок, открывая мне шею, и усмехнулся. Как-то крайне двусмысленно усмехнулся. Глянул горячо и весело.

— Всегда любил ролевые игры с горячими медсестрами.

Отменяем обезболивающее. Не заслужил.

— Нашел время для подкатов, — буркнула я, подцепила щипчиками стекло и холодно уточнила:

— Готов?

— Тяни уже, — глухо приказал брюнет.

Я дернула и тут же выпустила искру. Кольцо возмущенно нагрелось, отказываясь тратить дефицитную нынче темную магию на кого попало. Пришлось дернуть рукой и попробовать еще раз.

Перстень с неохотой плюнул белой искрой. Такой маленькой и чахлой, что без слез не взглянешь. Но и этого хватило, чтобы прижечь края и остановить кровь.

— Может, за нашатырем сбегать? — предложила самая смелая официантка с полотенцем в качестве перевязочного материала наготове.

Нейтон дернул головой и сверкнул глазами.

— Не надо. Я в состоянии себя контролировать, — малость обиделся он, все еще истекающий кровью.

— А я не вам, — сказала девушка и ткнула пальцем в пекаря.

Схватившись за стол трясущимися пальцами, хозяин этого пахнущего корицей и ванилью храма желудка, слегка покачивался, стоя на месте.

К слову, действительно был бледен и держался в сознании исключительно на морально-волевых и упрямстве. Правда, недолго.

— Святые печенюшки… — выдавил он, закатил глаза и медленно стек на пол.

Да уж… Мужик нынче пошел слабый и дюже впечатлительный.

Вот и как?! Как в таких суровых обстоятельствах оставаться кроткой и нежной девой в беде?

— Ой! — всплеснула руками официантка, а ее напарница тяжко вздохнула и таки пошла за нашатырем в подсобку.

В просторном зале пекарни воцарился разброд и шатание, приправленные хрустом стекла, крошащегося под ногами. Одна из девушек рылась на полках подсобки, пытаясь обнаружить аптечку. Другая схватилась за веник и принялась сгребать осколки в уголок. Пекарь не подавал признаков жизни, на правах хозяина лежа без чувств на полу, когда все вокруг суетились.

Я на всякий случай с опаской глянула и на своего пациента.

Как каждая уважающая себя ведьма, я, конечно же, прошла курсы первой помощи. Точнее, именно с них и начиналось обучение юных ведьмаков и ведьмочек.

Это только светлые сдували пылинки с начинающих свое обучение колдунов и колдуний и всюду их подстраховывали. У темного же ковена имелся свой взгляд на обучение магическому искусству. Наши предпочитали давать подрастающему поколению полную свободу в самовыражении. Чаще всего эта свобода заканчивалась трагическими «ой!», после которых следовали взрывы и массовые разрушения.

В таких обстоятельствах нет ничего удивительного в том, что лечить себя и других считалось наипервейшим навыком, без которого ну ни-ку-да.

Я прекрасно знала, как действовать и в куда более опасных для жизни случаях. Не раз латала ведьмаков. Сращивала переломы у стражников. Но то сильные, опытные ведьмаки и закаленные в тренировках солдаты! А то обычный прохожий. Но не убивать же его за это?! Это первое.

Второе… Что делать, если он сейчас по примеру пекаря тоже закатит глаза и уплывет в несанкционированный обморок?

— Не переживайте, госпожа колдунья. Я терять сознание не планирую, — заверил Нейтон, словно