Тайное остриё рапиры 4 - Александр Васильевич Чернобровкин
Я сильно просчитался, предположив, что доберемся часа за три. Где-то через два с половиной сделали по просьбе главной пассажирки остановку примерно на половине пути в селе Воскрессон возле трактира. Карета подъехала вплотную к крыльцу. Ее охватили полукругом всадники. Я зашел внутрь и следом за мной маркиз де Вильруа. Там было тепло и сухо, стоял плотный аромат мясного рагу. У меня аж слюни потекли. Посетителей пока не было. Хозяйка возилась на кухне, а хозяин пришел со двора в зал, услышав, что остановилась карета и всадники. Обоим под пятьдесят. Одеты опрятно. Увидев меня, напряглись, потому что явно не их клиент.
— Сейчас зайдет дама, проводишь ее в отхожее место, — приказал я хозяйке и обратился к ее мужу: — А ты вынеси на улицу самого лучшего вина, угости три десятка всадников.
— Я мигом! — обрадовался он и метнулся на кухню за деревянным ведром и тремя глиняными кружками.
Я вышел на крыльцо, оставив входную дверь открытой, постучал в дверцу кареты:
— Выходите.
Щелкнул затвор, дверца открылась. Пассажиры в длинных плащах и надвинутых на глаза капюшонах смотрели на меня, как на благодетеля, вызволившего их из полумрака. Первым резво выскочил Филипп, младший из сыновей. За ним Людовик Четырнадцатый. Оба направились к своему воспитателю, который стоял посередине зала с таким видом, будто сейчас предстоит сражение с сотней врагов. За ними неторопливо вылез Жюль Мазарен и подал руку королеве. Камеристке помог выбраться я, чем сильно смутил ее. Зашел последним, закрыв за собой входную дверь.
Хозяйка поклонилась королеве и, приняв за богатую аристократку, предложила:
— Идите за мной, сеньора.
Я проводил их и камеристку в закрытый двор и остался в дверях трактира. Сортир был простенький, сложенный из камня и с соломенной крышей. Дверца висела на кожаных петлях и закрывалась неплотно. Зато дырок в полу было две.
— О-о! — со смесью удивления и веселья воскликнула королева Анна, увидев такое интересное заведение, потому что всю жизнь пользовалась переносными посудинами с мягким сиденьем.
Я отвернулся, чтобы не смущать дам, подглядывая сквозь щели. Слышал только бурное журчание сперва одной, потом другой. Впрочем, королева привыкла справлять нужду при свидетелях, среди которых иногда бывали и слуги-мужчины. Что-то там еще позабавило ее, потому что коротко хихикнула.
Когда они вернулись в зал, я тоже отлил, смешав свою мочу с королевской. Типа породнились. За мной последовали первый министр, принцы и маршал. Уверен, что деревенский сортир позабавил и пацанят, уверенных, что опорожняться можно только в фарфоровую вазу.
Королева сидела в зале за тяжелым дубовым столом и ела бриоши — пышные, воздушные булочки из сдобного дрожжевого теста с большим количеством масла и яиц, которые ей подали на деревянной тарелке. В городе в тесто добавляют изюм или кусочки засахаренных фруктов. У бедняков всё проще. Камеристка стояла рядом и старалась не смотреть на тарелку.
Уминая вторую булочку, королева увидела заходящих со двора сыновей, позвала:
— Луи, Филипп, солнышки мои, попробуйте. Такая вкуснотища!
Они с неохотой взяли по одной, а потом распробовали, умяли быстро и повторили.
В это время хозяйка принесла глиняный кувшин литра на три с белым вином и две стеклянные кружки и одну почти новую глиняную. Видимо, это самая лучшая ее посуда. Наполнив все три, отошла. Тут и возникла неловкая пауза. Королеве и ее сыновьям очень хотелось запить вином, но запрет пить непроверенное у них уже в крови.
— С вашего разрешения, ваше величество, — сказал я королеве, взял глиняную кружку, выпил залпом, после чего протянул хозяйке со словами: — Помой и принеси.
По приоткрытому рту и восторженно-испуганному выражению лица простолюдинки я понял, что сболтнул лишнего, обратившись к королеве, согласно регламенту. Ничего страшного. Местные крестьяне связываться с нами не решатся, даже если бы захотели, что вряд ли, а если пошлют гонца в Париж с удивительным известием, то пока он туда доскачет, пока там примут решение и вышлют погоню, мы уже будем на месте.
Убедившись, что со мной ничего не случилось, королева Анна отдала обе стеклянные чашки сыновьям и подождала, когда принесут помытую глиняную и наполнят вином. К ним подключился первый министр, для которого принесли еще одну кружку, щербатую. Это вызвало у остальных улыбки, но итальянец не смутился. Он вырос в небогатой семье и в детстве наверняка пил вино именно из таких. Так понимаю, для королевской семьи побег из Парижа плавно превращается в экзотическое приключение, не очень опасное и очень забавное. Они увидели так много нового. Теперь будут считать, что знают жизнь народа изнутри.
Хозяйка принесла еще одну тарелку бриошей. Принцы взяли по одной, а их мать больше не стала, отодвинула тарелку в сторону меня и маршала Николя де Нёвиля: доедайте. Я взял две и вручил одну камеристке, смутив ее во второй раз. Хозяйка принесла и нам троим щербатые чашки, наполнила вином не самого высокого качества.
— Мне понравились твои булочки. Пришлю к тебе своего повара, научишь его готовить их, — вставая из-за стола, произнесла королева Анна.
— Это будет для меня большая честь, ваше величество! — низко поклонившись, искренне произнесла хозяйка трактира.
Мать, сыновья и воспитатель, не поблагодарив, пошли к выходу, а я вручил женщине золотой луидор и посоветовал:
— Держи язык за зубами, — и добавил шутливо: — Хотя бы до вечера!
— Спасибо, шевалье! Я буду нема, как карп! — цапнув золотую монету, пообещала хозяйка трактира.
Все равно ей никто не поверит. Решат, что дурочка перепутала богатую аристократку с королевой.
Когда я вышел на крыльцо, королевская семья уже сидела в карете. Хозяин трактира по второму кругу угощал всадников, зачерпывая вино кружками с самого дна ведра.
— Поехали! — скомандовал я, вскочив на коня, который ждал у коновязи.
Первой тронулась карета, а охрана, разделившись на две половины, заняла места впереди и сзади. Отдохнувшие лошади поскакали веселее. К тому же, дорога здесь была не такая разбитая, как возле Парижа.
До Сен-Жерменского дворца мы добрались в начале навигационных сумерек. Это летняя королевская резиденция — довольно большое и величественное здание, круче Лувра. Расположен дворец рядом со старым замком. Здесь родились оба принца, один пятого сентября, второй двадцать первого с разницей в два года. Дворец четырехуровневый. Нижние два как бы часть огромного донжона с маленькими бойницами, а верхние — ажурного жилого дома с высокими арочными окнами. В нем круглый год живут обслуга и охрана, только вот всё здание