Из дикого леса дикая тварь 3 - Евгений Адгурович Капба
— Дас ист кля, — согласился Дитрих. — Мы заедем утром проведать тебя. Звони, если что, если будут проблемы…
— Все нормально будет, — уверил я. — Смотрите, какая у меня группа поддержки!
Я громко свистнул, и тут же послышался шелест десятков крыльев и птичье многоголосье: дрозды прилетели и живо обсуждали происходящее.
— Вот, дамы и господа, я обещал вам зимовку — запоминайте, это она. Усовершенствуем, отремонтируем, растения всякие разведем — будет ваша штаб-квартира! — заявил я птицам. — А пока вам задание — круглосуточная слежка за окрестностями. Если кто-то будет пробираться внутрь — мигом сообщать мне! Или если увидите, что за нашим складом следят, — тоже сообщайте.
— А зерно? А личинки? А…
— Молча-а-ать, птичье племя! Уговор был на зимовку! Я выделю вам помещение — будете туда запасы складывать, если так хочется. Даже полочки с бортиками могу устроить. Но работать — уже сами. Я не так и сильно вас напрягал вообще-то!
Птицы попищали еще немного и сдались, согласившись с предложенными условиями. Еще бы они не согласились!
— Я вижу, у тебя тут всё схвачено, да? За тобой присмотрят? — полуутвердительно заметил Рус. — Мы поедем, у Дитриха на самом деле много дел, бизнес он только что принял с рук на руки, а еще и с нами в Атлин собрался, так что работы, вообще-то, невпроворот.
— За две недели не управимся, — кивнул молодой Вандерберг. — В лучшем случае — выдвинемся десятого июля… Дас ист гут, потому что — самое благодатное время в горах! А на «Проходимце» и вовсе будет путешествие с комфортом…
— Ну и отлично, время на подготовку есть! Закупим снаряжение и оборудование, решим вопросы со снадобьем, я съезжу в Лот Кордат — договоримся с танацотинами… Можно будет подойти с умом, а не как мы к вам на помощь отправились, совершенно по-идиотски…
На том мы и расстались. Пожали друг другу руки, мужики сели в шушпанцер, а я пошел в обход склада — не торопясь, осматривая все вокруг себя и прикидывая, что и как тут могу изменить собственными силами. Особенно напрягал мусор, так что ничтоже сумняшеся я закрутил волосы в узел на затылке, достал из рюкзака большие пакеты, похожие на те, в которые в фильмах трупы прячут, надел резиновые перчатки и принялся за уборку.
Убирать — не стыдно. Стыдно жить в говнище. А принц ты или не принц — это роли вообще не играет!
12. БЛАГОУСТРОЙСТВО И ДЕРАТИЗАЦИЯ
Мне не хотелось ни спать, ни делать перерывы. Мне было интересно!
Сначала я вычистил всю территорию от мусора, потом — угробил все заросли ольхи, ивы и дьявольской дубинки. Да, блин, именно так этот кустарник и назывался — я это просто знал, точнее — Мордуин знал. Он вообще, кажется, имел в голове Большую Ботаническую Энциклопедию или вроде того. Дьявольская дубинка — придумал же кто-то! Научное название оplopanax horridus, очень живучая и колючая дрянь. Я оставил только четыре куста — по углам участка, постарался защитить их от своего тлетворного воздействия — огородил вбитыми в землю кусками жести и шифера. Мне показалось, что из этих шипастых монстров получатся неплохие сторожа…
Начерпавшись энергии жизни у зарослей, я пустил ее в дело тут же, и складские стены и крыша мигом покрылись вьюнком — той самой русской лозой, или горцом бальджуанским, с которым я познакомился в Теплых Ключах. Красиво получилось! И внешняя отделка не нужна — до поры, пока растение не примется уничтожать стены всерьез. Зелено, пушисто, еще и цветочки распустились, белые и приятные.
С забором пришлось повозиться подольше: доски и жерди тут были изготовлены из тсуги и успели всерьез подгнить. Но я сумел пробудить в них жизнь — и дерево пустило корни, свежие побеги, которые переплелись меж собой, укрепили забор и дали зелененькие иголочки… Функционально и красиво!
Я себя настоящим эльфом почувствовал — вот делал то, что мне подходило, да и всё.
— Нор-р-рмально! — прокомментировал Тунгур. — Дай сер-р-рдце?
— Пошли сначала посмотрим, что там внутри.
— Пр-р-р-ризрак и тор-р-рчки? — предположил ворон.
Вероятность этого была крайне велика: в эфире я видел несколько зеленых аурных пятен за стенами склада, кто-то там точно находился, но сказать точно — люди, животные или какие-нибудь снага — я не брался. Разбираться с ними мне страшно не хотелось, но — сгущалась тьма, наступала ночь, провести ее под открытым небом мне тоже не улыбалось, да и семя дерева Пха жгло караман — фигурально выражаясь. У меня прям свербело попробовать вырастить его!
А эти придурки там, внутри, похоже, пребывали в совершенно невменяемом состоянии, раз не заметили всего, что происходит снаружи. Уборка, чародейство, покрывшаяся вьюнком крыша и стены — на все им было насрать. Ну теперь наркоманам придется столкнуться с суровой реальностью.
Тунгур пристроился у меня на плече, я подозвал шланг, который мигом оказался рядом, и мы втроем двинулись внутрь.
— Кто не спрятался — я не виноват! — нарочито громко предупредил я.
— Чува-а-а-ак, это он… — прошептал кто-то, и по углам началось шевеление. — Нам капе-е-е-ец, слышь че…
— Кто-о-о?
— Той дядя, шо на складе! Я те говори-и-ил, слышь? Не надо было сюда идти… Он реально стремный, гля-я-а-а-ань…
— А вдруг это глюк, Васянин? Вдруг — глюк?
— Глюк — это орк, чува-а-а-ак…
— Аш глоб багронк!!! — заревел кто-то, и на складе похолодало. — Я не глюк! Я — военный вождь Васап…
— Васа-а-а-а-ап, бро! — заорали радостно торчки и тут же спохватились: — Тихо, тихо, той дядя смотрит!
— Два варианта, — проговорил я, и глаза мои зажглись зеленым, а в окна стали заползать стебли вьюнка. — Или вы сейчас бежите отсюда, сверкая пятками, или остаетесь здесь навсегда. Часть корабля, часть команды…
— Оно лезет! Лезет! — По углам шевеление началось гораздо более активное.
А еще зашевелился шланг. Он встал в боевую стойку, аки кобра, и стал присматриваться и прислушиваться через эфир. Его длинное тело все еще заползало через дверь, постепенно складываясь кольцами.
— Чува-а-ак, это же как это… Гастродуоденоскопия… — трагическим шепотом возвестил один из торчков.
— Яа-а-а-а-ать… Это черная магия какая-то, да? Скажи, что это черная магия?
— Нет, это через рот шланг глотать, Васянин! Мне такое в больничке делали, а щас он сам приполз, прики-и-инь?
— Лучше бы это была черная магия, чува-а-ак! Давайте свалим, а?
— Нас Виракочин убьет! Мы не можем свалить!
— Я на гастро… Это самое… Оскопию! То есть… Я не согласнвый… А Виракочину мы все скажем, может,