Так себе гладиатор - Яна Каляева

Я заставила себя усмехнуться:

— Меня не так-то просто убить.

— О, разумеется, — Хаким всплеснул руками. — Я нисколько в этом не сомневаюсь и со своей стороны прикладываю все усилия к тому, чтобы этого не произошло. Но, как вы понимаете, я не всемогущ. А вы умеете вызывать у разумных сильные эмоции. И среди ваших товарищей по Арене есть те, кто близок к правящим кругам Касабланки. Как думаете, насколько далеко зайдет ваш друг Юсуф эль-Мансури, чтобы заслужить одобрение своего отца? Я буду безмерно скорбеть, если служение своей стране погубит вас.

— Да какого хрена — скорбеть? — не выдержала я. — Вам-то что?

— О, я готов ответить, хотя заранее знаю, что вы мне не поверите, — Хаким ибн Аббас чуть склонил голову набок. — Видите ли, Гая Васильевна, я глубоко погружен в магрибинские интриги вот уже почти три десятка лет. Хотите верьте, хотите нет, но за такой срок всякое занятие успевает наскучить, даже если оно определяет судьбы разумных. А вы — нечто свежее, интересное, волнующее. Обидно будет, если вы сойдете со сцены, так и не став в этой игре по-настоящему самостоятельной фигурой.

Вот же ж… И не ответишь ему, что я и так достаточно самостоятельная фигура! Хотя… после того как я покинула Россию, это перестало быть правдой. А ведь раньше я делала только то, что считала нужным сама…

— Впрочем, все в ваших руках, — ободряюще улыбнулся Хаким. — Вы ведь можете начать собственную партию, а там и перевернуть стол. Для этого вам понадобятся сильные союзники… даже, не побоюсь такого слова, новая семья. Я был бы счастлив сам заключить с вами брак, но вы ведь не захотите быть пятой женой, потому не смею даже предлагать. Но вы можете взять в мужья моего сына, Гая Васильевна.

— Что⁈ — От неожиданности я чуть не поперхнулась чаем. — Вы в своем уме? У меня уже есть муж!

Если он сейчас ответит что-то вроде «да, возможно, уже и нет», я наплюю на всю целесообразность и изобью его до полусмерти прямо здесь.

Но Хаким сказал другое:

— Здесь нет никакой проблемы. Хабиб будет счастлив стать вашим вторым мужем. Он покладистый юноша, нежный, чувствительный, способный на глубочайшую преданность.

— Ага, просто персик, а не юноша.

Я наконец поставила чашку на столик.

— О да, Хабиб — бесценный цветок Магриба, — продолжал расхваливать свой товар Хаким. — Уверяю вас, он никоим образом не станет препятствием в достижении ваших целей. Напротив, этот брак во многом им поспособствует. Так вы продемонстрируете всем, что прочно связаны с одной из сильнейших гильдий Магриба. Перед вами будут открыты любые двери, и уже не как перед гладиатором, которых, конечно, почитают, однако относятся к ним как к модной дорогой игрушке, а не как к равноценному партнеру в политической игре. Вы сможете стать сильным игроком, Гая Васильевна, если станете действовать исключительно в собственных интересах и вести собственную партию.

— Мне кажется, вы имеете в виду — если я буду вести вашу партию в ваших интересах, — я криво усмехнулась.

— О, ну надо же вам от чего-то оттолкнуться. Я предоставлю вам точку опоры. Фундамент, на котором вы уже будете свободны строить собственное здание.

— Да, но строго в удобном для вас месте.

Я поднялась со стула. Ахад немедленно воспрял, подскочил к моему бедру и сам подставил голову под мою руку, требуя почеса. Я сказала спокойным голосом:

— Благодарю вас за чай, очень изысканный вкус. И за купальный костюм, вот он. И за предложение руки и сердца вашего сына. Последнее я, правда, вынуждена отклонить: никогда не была любительницей экзотических цветов. Но если вы хотели меня впечатлить, то вам удалось, в некотором роде. Однако вы любезны… чересчур. Я найду какой-нибудь другой способ стать самостоятельной фигурой.

— О, нисколько в этом не сомневаюсь, — Хаким, уже тоже стоящий на ногах, слегка поклонился. — Не могу передать словами, как я счастлив, что вы совершили этот визит. В глубине души я тешу себя надеждой, что это может быть первым шагом к нашей дружбе.

Я пожала плечами:

— Как знать. Темна вода во облацех. Мало ли, как оно обернется.