Принц на черном пегасе - Маргарита Блинова

Левую сторону стола занимал аквариум, в котором сидел Йорл. Нахохлившийся и печальный гость из нижних миров голосом, преисполненным искреннего раскаяния и признания собственной оплошности, в красках живописал случившееся.

— Нейтон, я, честное слово, ничего такого не хотел, — трагически заламывал щупальца Йорл. — Кто же знал, что все так по-идиотски выйдет?!

А вышло действительно… по-идиотски.

После своего фееричного появления в нашем захолустном Страшилвилле и эпохальной встречи с близнецами Заленвах, Йорл наотрез отказался оставаться без охраны в этом страшном и жестоком мире человеков (цитата: «Все совсем не так, как в том буклете с рекламкой, что раздают в нижнем мире демоны»).

Охраны монстру, естественно, не дали (опять же цитата госпожи Заленвах: «А щупальца у вас, дорогой Йорл, не слипнутся?»), но сострадательный («Ага-ага, охотно верю в это вранье» — это уже мой комментарий) Нейтон Рок решил помочь иномирцу освоиться и пустил в свой номер.

Соседство получилось взаимовыгодное. Нейтон уступил Йорлу свою ванную, ограничив себя только посещением душевой кабинки, а жабосьминог в ответ пугал всяких настырных девиц, решивших скомпрометировать господина Рока своим появлением в его постели.

Вместо горячих объятий сексуального мужчины охотниц за холостяком ждало внезапное «БУ!» от бдительного Йорла, чей внешний вид, будем говорить прямо, не самый располагающий для задушевных бесед.

Представьте себе ужас женщины, которая подкупила служащих гостиницы, через служебный вход пробралась на нужный этаж и открыла дверь в заветный номер. Вот она в одном белье крадется по темной комнате. Вот она неспешно поднимает одеяло и быстро забирается в постель. Вот она с предвкушением тянется к телу господина Рока, а там — пара-пара-па!

— Доброй ночи, отважная горожанка, — приветливо распахивает для нее свои щупальцеобразные объятья Йорл.

Думаю, не следует пояснять, что более близкое знакомство с гостеприимным жабосьминогом так никто и не свел. Женщины с придушенными воплями предпочитали спасаться бегством, а сам Нейтон узнавал о том, что кто-то приходил, исключительно по коллекции забытых дамами предметов.

— А можно посмотреть? — проявил неожиданный интерес наш котик.

— Ты еще мал для такого, — сурово зыркнул на него многоликий и уже куда более многозначительно покосился на меня.

И столько в этом было предвкушающего желания продемонстрировать одной конкретной ведьмочке все эти пошлые штучки (а в том, что они пошлые, я почему-то не сомневалась), что я поспешно добавила:

— Зная наших «приличных горожанок» и их заскоки, даже я еще не доросла до всего этого арсенала.

Брови Нейтона поднялись вверх, выражая глубокую степень удивления.

— Ты же обожаешь любовные романы, — зачем-то вспомнил он.

— И что? — справедливости ради возмутилась я. — Там, на минуточку, все очень прилично.

Судя по скептическому выражению на лице Нейтона Рока, он в это отчего-то не верил. Да что там! Даже Йорл и котик смотрели на меня так, словно я выгораживала не приличный текст, прошедший с десяток рецензентов и редактора, а методичку куртизанки.

— Вы просто ничегошеньки не понимаете в женской литературе, — проворчала я, хватая чашку с успокоительным чаем.

Представители противоположного пола дружно кивнули, соглашаясь и с тем, что ничего не смыслят ни в женской литературе, ни в логике, ни в целом в женщинах, а Йорл продолжил свои покаяния:

— И вот сегодня в номер проникла еще одна. Рыженькая такая, грудастая…

В отличии от других дам, проникавших в номер, рыженькая прикинулась горничной и принялась энергично наводить порядок.

То, что наводит она не порядок, а создает интимную обстановку, Йорл понял не сразу. Он вообще совершал комплекс ежедневных физических упражнений на люстре в спальне, когда рыженькая вошла и принялась хозяйничать, поэтому с интересом следил за тем, как она шустро расставляет по комнате свечи и поджигает палочки с благовониями.

Естественно я сразу догадалась и о личности рыжули с грудью, и о палочках с благовониями, ибо пару дней назад сама же и отправила заказ «Я твое желание» по адресу: улица Небесных одуванчиков, дом 4.

Естественно, сдавать клиентку я не стала.

Она мне денег заплатила, мы теперь, можно так сказать, не чужие друг другу. К тому же женскую солидарность никто не отменял. А потому сижу. Молчу. Нервно потягиваю чай. Не успокаивает ни фига!

— …и вот я, значит, заканчиваю второй подход по подтягиванию на одном щупальце, — продолжал тем временем Йорл, — и тут эти гребаные палочки.

На иномирца запатентованное темным ковеном предложение «Я твое желание» подействовало несколько иначе, чем предполагалось в инструкции. Нет, он не воспылал любовью. Нет, его не накрыло страстью. И нет, никакого намека на симпатию к большегрудой рыжуле в сердце Йорла тоже не возникло.

Зато возникла аллергия.

Такая мощная и непредсказуемая, что жабосьминог громогласно чихнул, закачался на люстре и соскользнул вниз. Привлеченная шумом рыжуля в этот момент подняла голову, и Йорл шлепнулся аккурат на лицо дамочки, инстинктивно облепив голову женщины щупальцами.

— А-А-А!!! — заголосила на весь этаж рыжуля.

— Апчхи! — вторил ей дезориентированный монстрик.

Дамочка попыталась содрать с себя залепившее ей лицо существо, не сумела и в лучших традициях безголовой куры заметалась по номеру, сбивая в процессе свечи, натыкаясь на мебель и продолжая громко голосить.

Йорл чихал. Рыжуля бегала. Свечи горели.

В очередной попытке убежать от монстра дамочка наткнулась на журнальный столик, сделала кувырок и с грохотом упала на пол. Йорл поспешил воспользоваться моментом, отцепил присоски и забрался под стоящую неподалеку тумбочку.

Рыжуля тем временем очухалась, вскочила на ноги и, продолжая истерично вопить, вылетела из номера, забыв запереть за собой дверь.

— Апчхи! — попытался извиниться бросившийся следом Йорл, но было поздно.

Дамочка сбежала, и только вопль свидетельствовал о том, что эту встречу с жабосьминогом она запомнит навсегда.

А вот Йорл остался. Вместе с ним остались палочки с благовонием, а еще свечи, которые продолжали гореть. И теперь горели они в компании. В компании занавески и простыней.

— Апчхи! — ругнулся иномирец, глядя на то, как огонь с жадным интересом перекидывается с занавески на брошенную на тумбочке газету и подкрадывается к ковру.

Представления о пожаре у подводного жителя другого мира были крайне сумбурные. Еще меньше Йорл разбирался в том, как следует