Горизонталь - Виталий Штольман
– Кольцо-о-о-ов!
– Да все-все! – улыбнулся Санёчек. – Че звала-то?
– Тебе повод нужен, чтобы поговорить с любимой женщиной?
– Да нет.
– Ты ж у нас уже два года работаешь?
– Ну да.
– Во-о-о-от, – она достала из сумки торт-медовик. – Чаю попьете со своим Коль Количем.
– Праздник так себе, но за торт спасибо.
– Какой ты черствый, Александр. Ни нотки сентиментализма.
– Я чего вчерашний сентмен… сенти… сентми… лизмить… поняла, короче, – Кольцов потянул руки, чтоб приобнять возлюбленную, но та резко отстранилась.
– Саша, ты чего? Камеры ж!
– И что-о-о-о? Долго мы еще, как школота позорная, ныкаться будем?
– Я вообще-то приличная женщина, мать троих детей.
– То есть тебе со мной западло?
– Скажешь тоже!
– Как есть, так и говорю, чай, не маленький.
Дождь закончился так же резко, как и начался. Из-за туч пробивались лучи солнца. Однако в курилке продолжалась непогода между задолбавшими друг друга любовничками. Они даже не заметили, как возле них припарковался новенький «мерседес», длинный и катанный кругом. Автомобиль посигналил. Санёчек с Любаней на сотую долю секунды отвлеклись и продолжили диалог на повышенных тонах. В ход шли самые колкие слова. Даже те, что говорить не стоило.
Из премиального авто вывалил свою толстую задницу Жорген. Да-да, тот самый Жорген, что работал здесь простым охранником, но теперь он важная шишка в дорогом костюме, на каждом пальце по золотой гайке.
– Добрый день! – робко начал он, затем одернул свой задравшийся пиджак и продолжил: «Добрый день, Любовь!»
Вопящая парочка, завидев, кто к ним обращается, обомлела, да так, что забыла о ругани.
– Жорген, ты, шоль? – хитро улыбнулся Кольцов.
– Для кого Жорген, а для кого и Георгий Иннокентьевич.
– Херасе ты ферзь! – начал кругами вокруг него ходить Санёчек. – Костю-ю-ю-ю-мчик у него дорогой, золотишко, та-а-а-а-чка немецкая, да еще и новая. «Мерседес», да?
– «Мерседес».
– Дорого, наверно, все это? – Кольцов потеребил богача за рукав.
– Не трогай меня! – толстяк пошатнулся назад. – Мне это не приятно.
– А то что? Сожрешь меня? – расхохотался агрессор.
– Охрана! – с важным тоном выпалил Жорген.
Пред Кольцовым вмиг появились двое из ларца. Лысые, крепкие и при костюмах.
– Ого-о-о-о! Еще и охрана у него. Ты че, душу дьяволу продал?
– В лото выиграл, – буднично сообщил новоиспеченный олигарх, – но это не твое дело.
– Мстить приехал, да?
– Нужен ты мне, я не к тебе приехал, а к ней.
– Ко мне-е-е-е-е? – заинтересовалась закурившая Любаня, что сразу стала смущенно поправлять падающую на лицо челку. – Георгий, как вас там теперь?
– Любовь, вы можете называть меня Жорой.
– Ты че, мою бабу окучиваешь, жирный кусок го… – договорить Санёчек не успел, ибо его более серьезные коллеги уронили бренное тело оземь. – Ах ты, сволота буржуйская! – орал он уже снизу.
Жорген не обратил на него внимания, достал из машины здоровенный букет цветов и подарил его Любане.
– Это правда мне? – удивилась она. – Прям не верится даже. Как в сказку попала!
– Вам-вам! И еще… – олигарх с трудом встал на колено, достал красную коробочку из внутреннего кармана пиджака и протянул даме.
– Жорик, эт че?
– Выходите за меня замуж!
– Ты эт часом не перегрелся? На кой тебе я?
– Я всегда любил, люблю и буду вас любить.
– Пра-а-а-а-ав-да? – баба посыпалась.
– Самая что ни на есть правда. Я заберу вас. Будем жить на берегу канала имени Москвы-реки в моем доме, вы больше никогда не будете работать, и мы будем всегда вместе.
– А дети?
– А детей отправим в частную школу.
– Вот как надо за женщиной ухаживать, Кольцов! А ты… Эх!
– Сука! – Санёчек попытался вырваться из крепких оков, но добры молодцы сильно прижимали его к мокрой земле.
– Жорик, солнце мое, а ты мне магазин нижнего белья откроешь?
– Что душе твоей угодно, любовь моя!
– Ща блевану! – орал Санёчек, за что получил по ребрам.
– Тогда я согла-а-а-асна! – игриво пролепетала Любаня. – Вези меня в лучший ресторан, будем отмечать.
– Прошу-у-у-у! – Жорген открыл дверь машины для своей пассии.
– Какой ты галантный, мой тигр! Р-р-р-р.
На прощание Кольцов получил еще и по почкам. Машина уехала, лишив его законного права на секс с этой женщиной. Не больно-то и хотелось, но проигрывать вот так и кому? Жоргену, черт бы его побрал. Фартовая сволочь. Кольцов негодовал: «Почему на меня