Сиятельный феодал - Михаил Владимирович Баковец
Изначально целью джунгар были три деревни и фактория, расположившиеся далеко ниже по течению реки, которая протекала по окраине нарезанных мне владений. Один из вариантов местоположения заставы находился недалеко от её берега. Но теперь племена могут пойти на меня, если узнают, что это я виновен в смерти их молодёжи.
«Ладно, придут — встретим, — подумал я, размышляя над будущими событиями. — Благо, что теперь у меня целый мешок кристаллов для Светоча. Могу построить пару крепостей и призвать батальон солдат с магами».
Когда допрос закончился, Лукерья сказала:
— Всё? Развяжите его.
Планше перерезал верёвки на пленнике. Джунгар встал, разминая затёкшие руки. Лукерья вытащила из-за пояса два небольших ножа. Они выглядели точь-в-точь как финки с наборными рукоятями из кожаных кругляшков и узкими клинками с одним лезвием. Один бросила пленному, второй оставила себе.
— Правила простые, — сказала она. — Бой до смерти.
Джунгар усмехнулся, взял нож, покрутил его в руке. Он был уверен в себе. Молодая горячность и жажда славы застилали глаза.
Они сошлись.
Племенной воин атаковал первым. Бросился вперед резко, стремительно, целя в горло женщине. Но Лукерья ушла в сторону с лёгкостью танцовщицы. Лезвие её ножа чиркнуло по чужому предплечью, оставляя неглубокий порез.
— Первая кровь, — сказала она. — Но я не останавливаюсь.
Джунгар взревел от ярости и бросился снова. Лукерья уклонялась, дразня его. То подставит бок, то откроет горло, а в последний момент ускользала, нанося быстрые жалящие удары. Порез на щеке. Царапина на плече. Укол в лопатку или бок. Враг быстро покрылся мелкими ранками, из которых безостановочно текла кровь.
— Ты медленный, — усмехнулась охотница на нечисть в лицо джунгару, уворачиваясь от очередного его выпада. — И предсказуемый. Ты не воин, а девка. Лучше бы ты остался в своей хижине и учился варить суп и печь хлеб.
Она пнула его в колено, и джунгар пошатнулся. Почти тут же Лукерья отвесила ему звонкую пощёчину слева.
— Это за Доббина.
Вторая пощёчина прилетела ему справа.
— Это за Сорбину.
Затем последовал тяжёлый подзатыльник.
— А это за мою куртку, сволочь!
Джунгар взбесился. Он бросился на неё, забыв о защите, целясь в горло своим ножом. Но Лукерья ждала этого. Она низко присела, пропуская его выпад над и вонзила в вооружённое запястье своё оружие. Не останавливаясь, повела клинок вперёд, распарывая плоть надвое. Так режет толстый холст острые портняжные ножницы. Финка за секунду прошла от запястья до локтевого сустава. Джунгар даже не успел ничего понять, словив болевой шок. А Лукерья крутанулась вокруг оси, одновременно выдёргивая из раны нож и сделав длинный шаг, оказалась за спиной противника. Мощный удар локтем в затылок свалил его на землю.
Парень с раскосыми глазами рухнул лицом в траву. Лукерья мгновенно оказалась сверху, упёрлась коленом между его лопаток, левой рукой схватила за волосы, запрокидывая голову.
— Прощай, — сказала она и полоснула ножом по горлу.
Кровь хлынула фонтаном. Джунгар захрипел, дёрнулся и затих. Лукерья поднялась, вытерла нож о его одежду и спрятала за пояс.
— Всё, — сказала она. — Вот сейчас я точно успокоилась.
Отряд молчал. Потом Потап присвистнул.
— Ну, девка, ты даёшь. Я бы с тобой в тёмном переулке не хотел бы повстречаться, когда ты в дурном настроении.
— Правильно бы сделал, — ответила она, улыбнувшись.
Глава 26
Стычка с отрядом джунгар имела продолжение. Неожиданно к нашему лагерю вышли пять оседланных лошадей. Сначала это было принято за хитрый ход выживших врагов, но разведка местности и проверка животных показали, что всё чисто.
В седельных мешках и сумках джунгаров нашлись монеты. Несколько золотых и серебряных. У всех разная чеканка. А также качественные стальные ножи и кинжалы. Явно работа хороших мастеров. И самое ценное — это сами лошади. Пять крепких степных коней. Скорее всего, они вышли на знакомый запах человеческого бивуака.
— Смотрите, что я нашёл, — сказал Потап, показывая необычное оружие.
Это был мушкет, но не простой. У него было целых семь стволов, скреплённых вместе, с одним кремневым замком. Тяжёлый, громоздкий, но внушительный. Несмотря на такое количество стволов стрельба из него велась единым залпом. Как по мне — ерунда полная. Не стоят того такие трудозатраты.
— Семиствольный мушкет, — произнёс я, принимая оружие в руки. — Английская конструкция. Как он попал к джунгарам?
В памяти всплыл эпизод, что подобную бандуру я уже встречал. Это было в прошлой жизни и сам мушкет отметился в кино. Такой или очень похожий носил один из подчинённых капитана в сериале «Стрелки Шарпа».
— Трофей, наверное, — пожал плечами Лукьян. — Или купили. Работает?
Потап проверил замок, подсыпал пороху на полку.
— Думаю, да. Только заряжать его, это целая история, — сообщил он после всех манипуляций.
— Ничего, нам он точно пригодится, — сказал я. — У нас сейчас с боеприпасами не очень, а тут хоть какое-то подспорье.
— Теперь у нас есть транспорт, — довольно сказал Потап.
— И припасы, — добавила Лукерья, найдя в одной из сумок вяленое мясо и лепёшки.
— Движемся к лесу, — скомандовал я. — До темноты нужно уйти как можно дальше.
На лошадей забрались хоббиты, не отличающиеся быстрым шагом, а мы приладили к седлам ремни, за которые взялись левой рукой. На животных заодно погрузили часть своих вещей и оружие. Это существенно ускорило наше передвижение.
Мы шли до самого заката. Лес встретил тишиной и прохладой. Где-то в глубине ухал филин и звёзды начинали проступать на темнеющем небе. Дорога, к удивлению, выдалась невероятно тихой, спокойной. Путь нам не перебегали даже вездесущие