Искра Свободы 7 - Александр Нова

— Отлично, Лис, — оживилась Амели, хотя, казалось, сильнее уже некуда. — Сначала к наследнику, потом к портовому писарю. Если он уже закрыл контору, найдём, где живёт.

Вдвоём они направились к выходу. Амели продолжала что-то говорить о необходимости проверить швартовы и палубу «Звезды». Лис молчал.

Когда Лис с Амели покинули помещение, святой отец посмотрел на дверь с лёгкой улыбкой.

— Хорошая управляющая получится.

— Она уже получилась, — ответил я. — Теперь у неё просто появился документ.

К вечеру «Звезда» стала нашей.

С утра Амели сказала, что людей, погибших на «Смирении» она не знала и тосковать по ним не будет. А дела не ждут и вообще ей нужно бежать. И вновь попросила Лиса её сопровождать. Охотник согласился. Так что на панихиду я пришёл один и устроился у колонны. Отсюда прекрасно было видно место будущего выступления епископа, но при этом люди меня не толкали.

А толкать было кому: собор Святого Валериана заполнился задолго до начала службы.

У входа теснились люди в рабочей одежде. Ближе к кафедре стояли купцы и несколько городских чиновников. «Фениксы» заняли место справа. Стояли без обычных разговоров и шума, с непокрытыми головами.

Я заметил Реннара. Десятник стоял в первом ряду и смотрел на тёмное полотнище с закреплёнными белым кругом Владыки и стальной птицей. Гробов не было. После белого шара хоронить, скорее всего, оказалось нечего.

Наконец появился епископ. Этьен вышел в тяжёлом облачении, медленно поднялся на положенное ему место и некоторое время стоял молча.

Люди затихли сами.

Вчера в кабинете у Этьена дрожали пальцы. Здесь руки лежали спокойно. Лицо выглядело усталым, скорбным и совершенно уверенным в том, что сейчас следует сказать.

Служба началась.

Я слушал слова, смысл которых всегда понимал плохо. Что здесь, что на Земле. Слова о верности. О долге. О тех, кто ушёл к Владыке, исполняя Его волю.

Потом епископ начал называть имена. Команды. Наёмников. Агентов Ордена, в том числе Северина Брена. Я опустил голову.

— Дознаватель оставался на своём посту до конца, — произнёс Этьен. — Как и воины, которые защищали вверенный им груз. Как и люди, трудом которых этот корабль шёл по реке.

Женщина впереди меня прижала к себе мальчишку. Тот попытался высвободить руку, но посмотрел ей в лицо и утих. Я перевёл взгляд на епископа.

— Мы знаем, что река опасна, — продолжил он после молитвы. — Знаем, какие твари приходят из земель, ещё не освящённых присутствием Владыки. Потому и трудимся над возведением новых Алтарей.

Этьен говорил негромко. Своды собора разносили каждое слово.

— Но не все чтят Владыку. Не все верны Его заветам. Именно из-за таких людей, что пошли против заветов Его, и погибло «Смирение».

Этьен помолчал. Где-то впереди скрипнула скамья.

— Узнав об этом вопиющем нарушении, я сообщил о нём, — сказал епископ. — К сожалению, моё предупреждение опоздало.

Этьен повернулся в сторону Рауля. Тот стоял у стены, чуть впереди остальных. Прихожане посмотрели туда же и сделали свои выводы. Лицо старшего инквизитора оставалось неподвижным.

— Легат кардинала, господин Совтер, прибыл в Монтлион, чтобы лично разобраться в случившемся. Я уверен, он со всей строгостью спросит с людей своей строительной службы, которым доверил доставку.

Я поискал легата глазами. В первых рядах его не было. А у входа такие люди не стоят.

Этьен склонил голову.

— Нам же надлежит молиться об ушедших и помнить об оставшихся. Семьи погибших получат помощь собора. Обратитесь к отцу Марко, он собирает имена нуждающихся.

Женщина впереди закрыла лицо ладонью. Епископ дал ей время. Ей и другим. А потом заговорил снова:

— Владыка дал нам правила, чтобы беречь человеческие жизни. Тому, кто счёл эти правила излишними, придётся объяснить своё решение. Не только Владыке, но и всем нам.

Реннар медленно повернул голову. Смотрел он уже не на траурное полотнище.

Я проследил за его взглядом. Реннар посмотрел на Рауля. Потом на нескольких человек, что стояли в первых рядах. Одеты как горожане, но место занимают слишком привилегированное. Похоже, люди легата. Десятник явно прикидывал, кто из них может дать ему ответы.

И, судя по прокатившейся по залу волне, прикидывал не он один.

Этьен снова перешёл к молитве.

Ни легата, ни его людей он в воровстве не обвинил. О сговоре тоже не сказал ни слова. Он вообще выразил полную уверенность в господине Совтере. И предложил всему городу посмотреть, кого тот накажет. Причём в отсутствие самого Совтера. Легат приехал разбираться в гибели корабля, а проститься с погибшими не пришёл. Это город тоже запомнит.

Теперь объявить случившееся нападением речной твари становилось сложнее. Тварь не нарушает правил безопасности. Этьен позаботился о том, чтобы у погибшего корабля появились вполне живые виновники.

Не знаю, какое предложение сделал легат Этьену, но ответ его преосвященство дал только что. Прилюдно с кафедры собора. Не стоило Совтеру вчера унижать Этьена. Даже если свидетелем этого унижения стал только один человек.

Если расследование повернёт не туда, Этьена могут привести к Алтарю. Попросить Владыку разобраться, что именно знал Его усердный служитель. В памяти всплыла маленькая горошина, которую епископ когда-то дал мне. И то, что она сделала с моими мыслями. Похоже, рассчитывать только на бумаги Этьен не собирался и всё продумал заранее.

Служба закончилась не сразу. Люди подходили к Марко, называли имена, спрашивали о помощи. «Фениксы» оставались на своих местах, пока остальные не начали выходить.

Я дождался, когда у свечей станет свободнее, и подошёл туда. Послушник протянул мне тонкую свечу. Я расплатился, зажёг её от соседней и поставил в пустое гнездо.

Северин Брен получил всё, что ему полагалось. Геройскую смерть. Благодарность Ордена. Слова епископа перед полным собором.

О человеке, который в последние минуты не мог понять, какая из мыслей принадлежит ему самому, здесь не знал никто.

Свечу я поставил только Северину и не стал разбираться, сколько в этой свече было для него, а сколько для меня самого.

Имён сегодня прозвучало много. И Этьен сказал правильно: люди просто делали свою работу. Что «Смирение» не дойдёт, решали без них.

Решал я.

Женщина с мальчишкой стояла перед отцом Марко и, наклонившись, что-то негромко говорила. Мальчишка держался за её юбку.

Причины уничтожить корабль у меня были. Веские. Я и сейчас мог бы перечислить их по пунктам. Только этой женщины с мальчишкой среди них не было. Изначально их, и таких, как они, я в расчёт не брал. Мальчишка обернулся. Смотрел он не на меня, а на свечи.