Призрак Сталинграда 7 - Рафаэль Дамиров

Первым шёл Ямщиков, за ним Саян, я замыкал.

За очередным поворотом мы наткнулись на пятерых красноармейцев. Они расположились в траншее, готовясь к дальнейшему наступлению. Один перевязывал раненому товарищу руку, двое снаряжали диски к ППШ, пятый наблюдал за развалинами впереди.

— Эй, братцы, свои! — окликнул я, прежде чем мы вышли из-за поворота. — Не стреляйте!

Боец с винтовкой резко обернулся и вскинул оружие.

— Стой! Вы откуда?

— С немецкой стороны. Из трамвая выбираемся. Сержант Сотников, снайперы из Дома Потапова.

— Из трамвая? — переспросил красноармеец, широко улыбаясь и разглядывая нас. — Так это вы там всю дорогу фрицам жару давали?

— Нас засекли там! — усмехнулся я. — Пришлось оставить место. Кто у вас командует?

— Лейтенант — там, дальше, за развалинами. Только осторожнее, немцы, суки, отстреливаются. Никак их вон из того дома не выкурим.

Мы двинулись дальше по траншее. По пути попадались убитые немцы, возле одного из поворотов лежали двое наших. Один совсем молодой, веснушчатый, даже после смерти сжимал в руке винтовку. Я невольно задержал на нём взгляд. Эх, парень… Тебе бы ещё жить да жить.

Впереди ударил пулемёт. Пули защёлкали по кирпичам над траншеей, осыпая нас крошкой.

— Голову ниже, Ямщиков! — приказал я своим, но они и без того пригнулись моментально.

За поворотом траншея выходила к развалинам кирпичного дома. Здесь скопилось с десяток бойцов. Одни снаряжали магазины и проверяли оружие, другие помогали раненым. Возле обрушенной стены стоял молодой лейтенант с перебинтованной головой. Он что-то втолковывал двум бойцам, показывая рукой на противоположную сторону улицы.

— Говорю вам, через двор надо заходить! — сердито повторял лейтенант. — А не лезть всем скопом под пулемёт!

— Товарищ лейтенант! — окликнул я.

Тот обернулся.

— Что ещё?

— Сержант Сотников. Снайперы из Дома Потапова. Помощь нужна?

Лейтенант окинул нас быстрым взглядом, задержавшись на разбитом лице разведчика.

— Откуда вы здесь взялись?

— Ночью пробрались к трамвайному вагону, заняли пулемётную позицию противника. Оттуда и поддерживали наступление.

— Так это вы оттуда стреляли? — Лейтенант даже оживился. — А мы всё гадали, почему немецкий пулемёт там замолчал, а потом по своим бить начал. Хорошо поработали, товарищи!

В этот момент из дома напротив ударила длинная очередь. Над нашими головами посыпалась кирпичная крошка. Лейтенант машинально пригнулся и зло сплюнул.

— Вот суки! Никак их оттуда не выбьем! — проговорил он, не зная, что почти слово в слово повторяет всё то, что уже говорил нам несколько минут назад красноармеец.

Правда у нас была одна, и оттого казалось, что все мы — единый организм со множеством сильных рук, готовых биться.

— Откуда пулемёт бьёт? — спросил я.

Задачу следовало выстроить максимально чётко, а в том, что предстояла новая снайперская работа, сомнений не было.

— Со второго этажа. Два раза пытались подойти, четверых потеряли, ещё трое раненых. Всю улицу простреливают, сволочи.

— С другой стороны дома пробовали зайти?

— Там двор, но проход к нему тоже под огнём. Сейчас хочу отделение вдоль соседних развалин пустить. Только, боюсь, сверху гранатами забросают. Немцы все подходы контролируют.

Я пригнулся и перебрался к обвалившемуся углу стены, откуда просматривался противоположный дом. Осторожно выглянул из-за кирпичей и поднял бинокль.

Пулемёт действительно стоял в окне второго этажа. Ствол выступал наружу, позволяя немцам простреливать почти всю улицу. А вот сам расчёт был укрыт за кладкой, и разглядеть пулемётчиков отсюда не получалось, угол не тот. Зато соседние окна просматривались хорошо. Оттуда немцы могли забросать гранатами наших, когда те подберутся к зданию.

Я опустил бинокль и повернулся к лейтенанту.

— Товарищ лейтенант, мы прикроем штурмовую группу. Пулеметчика пока не достать. Но если кто высунется с автоматом или гранатой, снимем.

— Это дело! — оживился лейтенант. — Только смотрите в оба, людей у меня и так немного осталось.

— Обижаете, товарищ лейтенант! — усмехнулся я. — Только предупредите, когда начнёте. Мы с Саяном к этому времени все окна под прицел возьмём.

— Договорились! — Лейтенант повернулся к бойцам. — Демьянов! Ко мне! Готовь людей, ещё раз попробуем. Снайперы прикроют!

Я подозвал Саяна и показал ему окна второго этажа.

— Правую сторону берёшь, я левую. Смотри внимательно, немцы наверняка гранаты приготовили.

— Понял, Алексей, — ответил Саян, устраиваясь в развалинах с винтовкой.

* * *

Пока Демьянов собирал бойцов, мы с Саяном устроились за обломками кирпичной стены. Я ещё раз проверил свой сектор. На первом этаже немецкого дома зиял большой пролом, к которому штурмовики собирались прокрасться вдоль соседних развалин. И последние метров десять им, как ни верти, придётся преодолеть по открытому месту.

Через несколько минут лейтенант подал знак рукой. Штурмовая группа двинулась вперёд. Бойцы, пригибаясь, перебегали от одного укрытия к другому. Я следил за окнами второго этажа, стараясь не отвлекаться на наших. Те уже добрались до соседнего здания, прижались к стене и начали осторожно продвигаться к пролому.

Пока всё шло хорошо.

Но тут в одном из окон показался немец и тут же занёс руку с гранатой.

Вот он, гад!

Я поймал его в прицел и выстрелил. Немец дёрнулся, исчез в комнате, а спустя секунду оттуда грохнул взрыв. Из окна вырвалось облако пыли.

— Есть, — обрадовался я. — Своих же наградил!

— Алексей, справа! — предупредил Саян.

В соседнем окне появился немецкий автоматчик и полоснул очередью по штурмовикам. Наши залегли за обломками стены. Саян тут же выстрелил, но немец всё-таки успел скрыться.

— Ушёл, — досадливо произнёс напарник.

— Ничего, подождём. Ещё покажется.

И действительно, вскоре автоматчик снова высунулся из окна. На этот раз я был готов. Едва немец поднял оружие, как я нажал на спуск. Он отшатнулся и исчез за подоконником.

— Готов! Давайте, ребята! — крикнул я.

Штурмовики поднялись и бросились к пролому. Один из бойцов споткнулся на битых кирпичах, но товарищ подхватил его, и оба успели скрыться внутри дома. За ними проскочили остальные.

Едва последний боец скрылся в проломе, внутри дома загремели автоматные очереди. Послышались крики, один за другим ухнули два взрыва. Немецкий пулемёт на втором этаже недолго продолжал бить по улице — вскоре он замолчал. Теперь стрельба доносилась уже из глубины здания.

— Давай, братцы! — пробормотал я, не отрываясь от прицела. — Поднажмите!

Вдруг на первом этаже мелькнула фигура в советском маскхалате. Боец отскочил от дверного проёма, и почти сразу оттуда ударила автоматная очередь. Красноармеец упал, скрываясь от наших глаз за обломками стены. Я стиснул зубы.

В доме снова грохнула граната. Вслед за взрывом раздались выстрелы, потом ещё несколько коротких очередей.