Интеллект на тракте - Котус
– Но ведь дварфы на флоте на самом деле – редкость.
– В парусном – да. Но в основном не от того, что кость у нас тяжёлая, а от того, что зрение не подходящее – вдали очень плохо видим, что на море очень важно. И по мачтам лазить как сильваны не можем, даже как люди – не получается, правда, теперь это не актуально. И, кстати, сейчас дварфов на флоте очень даже немало, в основном среди механиков и прочих технических специалистов. И артиллеристы морские из наших замечательные выходят. Штурманы тоже есть, хотя здесь с нолдор тягаться – дурное дело. Не говоря уж о том, сколько наших на верфях работает теперь, когда корабли из нормального, честного железа делают, а не какого-то там дуба или сосны.
Отвлёкшись на исторически экскурсы никакого решения по оставшимся деньгам и новым проектам не приняли, да и не планировали, если честно. Всё же слишком частить с расходованием средств с закрытых счетов не стоит, да и подумать надо хорошо, долго, с цифрами и карандашом в руках, а не так вот, поболтав за столом. Ну, и предварительную разведку провести. В отношении внезапной идеи с озером – это выяснить не только наличие и съедобность рыбы или другой пользы, отсутствие опасности. Не менее важно узнать законы, под которые подпадает такая вот деятельность. Может, там отдельную лицензию приобретать надо, которая сделает затею заведомо невыгодной. Или озеро в аренду брать, с кучей своих подводных камней. Или ещё что-то вылезет, о чём сами сейчас вообще подумать не можем, поскольку не знаем, в какую сторону думать-то.
Все взрослые это и без того понимали, потому больших ожиданий на разговор не возлагали, так, душу отвести в прожектах. Соответственно, разговор плавно перешёл на всякого рода байки, сперва хоть как-то связанные с водой и морем, потом рыбацкие, затем с них плавно и логично перешли на байки охотничьи… В общем, хорошо посидели, душевно. Разумеется, и пиво сравнили, моё из дядюшкиной пивоварки и хоббитское из новой, заодно обсудили и то, какой рецепт будем запускать при следующей загрузке оборудования. Фроло разрывался между желаниями сварить белое пшеничное по старому семейному рецепту и попробовать сделать эль из проса. Давно, мол, хотел, но там специфичные режимы, которые в котле на огне выдержать сложно. В итоге всё же уболтал меня устроить эксперименты с просом, пообещал даже при неудачном исходе компенсировать мне покупным тёмным.
Наутро, едва успел позавтракать, случился аврал. Возле кафе резко, с визгом, затормозила фура. Выскочивший из кабины орк забежал внутрь и с порога выпалил в мою сторону:
– Ты, что ли, по мозгам машинным спец?
– А что случилось?
– У братухи «Мэха» свихнулась!
– А подробнее можно? Что она делает, по кругу ездит и гудит?
– Не, наоборот. Не гудит и не ездит. Мигает огоньками, что твоя дискотека, и не едет.
Так, вариантов там может быть много, от сущего пустяка до серьёзной проблемы.
– Ладно. Ставь свою фуру вон туда, в ячейку, закроем её и съездишь, притащишь сюда поломанный аппарат.
– Да как же я притащу, если совсем не едет?! Колёса не крутятся!
– Заблокированы колёса, что ли?
– Да!
– Тогда так. Свой тягач всё равно освобождай, поедем вместе. Утащишь груз своего братухи – там, кстати, ничего скоропортящегося нет?
– Нет, плитку везём, мраморную.
– Короче, я попробую разблокировать колёса – там, на месте, но потом всё равно придётся сюда в гараж тащить, здесь у меня инструменты, запчасти, оборудование. А и тягач, и груз я своим «гевиком» точно не уволоку. Я даже не уверен, что с одной вашей «Мэхой» управлюсь, может, придётся вам ещё раз съездить.
Орк почесал в затылке и согласился. Пока он загонял прицеп в пенал, я предупредил сотрудников и выгнал на трассу свой «сто двадцатый». Посмотрим, что там такое случилось.
Думал, здесь будет скучно и нечем заняться. Наивный! Уже планов и задач года на два, если не на три составлено, даже не знаю, как быть, когда академический отпуск закончится, что кому поручить и доверить можно будет.
Одно знаю наверняка – скучно мне здесь точно не будет!
Минск,
апрель–июль 2026