Жена офицера. Я тебя отвоюю - Анастасия Дмитриевна Петрова

что не сошлись характерами. И твоя родня за это время поостынет. Потом отвезу тебя на

вокзал, и забудем. Идет?

А разве у меня теперь есть выбор? Сама же его в это втянула… Теперь нельзя заднюю давать.

— Идет.

— Только с бывшим не смей пересекаться, чтобы я в глазах мужиков оленем не был. Поняла,

Яра?

Я соглашаюсь на все. А что мне еще остается делать…. Но с бывшим я и сама даже под дулом

пистолета видеться не хочу.

Разочаровал меня Кирилл своим немужским поведением. Нельзя так.

Глава 9. Глеб

Заявление на регистрацию брака не принимают. Оно и понятно, она же уже подавала заявление с

другим… Женщина смотрит на нас осуждающим взглядом, а мне прихлопнуть эту мегеру хочется. Ее

вообще не должно касаться, как вместо одного жениха оказался совершенно другой. Да и в

принципе, люди не должны лезть не в свое дело. Но обычно они это упорно делают.

— Чтобы подавать новое заявление, тот, кто отправлял заявление в первый раз, должен его

отозвать через портал госуслуг.

— Ясно, — Яра пожимает плечами и поднимает свои зеленые омуты на меня, — телефон так и не

включился после купания. Зайти в госуслуги не смогу пока что.

— Понял, — киваю ей, — вставай.

Я с ней говорю как со своими пацанами. Но это просто привычка. И девушка реагирует на мою

такую привычку абсолютно спокойно, хотя помню, какие раньше истерики выслушивал от других

пассий… Хотя мы были даже не в отношениях. Я не грубый человек, тем более с женщинами, это

просто привычка. И Яра это понимает без дополнительных объяснений.

— Ну вот, приходите тогда, когда заявление будет отозвано.

Женщина выдыхает, словно мы ей надоели, и возвращает наши паспорта.

Беру за руку девчонку, сжимая тонкую ладонь в своей руке. Вывожу ее из кабинета.

— Ну… значит, не судьба, — она пытается пошутить, пожимая плечами, а я вот не разделяю ее

веселья.

У нас только один выход — это свадьба. Гарнизон полон сплетен, и мужчины куда более заядлые

сплетники, чем женщины. Даже военные. Поэтому новость о том, что я собираюсь жениться, с

вероятностью сто процентов разлетелась по всей округе. Пасовать нельзя. Да и если честно,

желание надрать зад этому Орлову ну уж очень велико.

— Значит, вернемся сюда позже и подадим заявление.

Киваю девушке, чтобы шла за мной, а она тормозит.

— Что такое?

— Да неправильно это как-то, — мешкается, — вы не должны мне помогать. Вернее, я безумно

благодарна, что вы спасли меня, что спровадили бывшего жениха… Но я не хочу быть проблемой

для кого-то.

— Разве я похож на того, кто создает себе проблемы на ровном месте?

Приподнимаю скептически бровь. Помимо того, что я ненавижу вмешиваться в чужие разборки,

есть еще одна вещь, которую я на дух не переношу. Это когда за меня пытаются додумывать и

решать, что для меня нормально, а что нет. Я ей слова, блядь, не сказал, что мне тяжело. А

она уже напридумывала…

— Нет, Глеб Игоревич, вы не подумайте ничего плохого… Но ведь из-за меня и правда у вас

будут проблемы. Вы же знаете, кто отец Кирилла?

— Знаю. И?

— Ну, — она тушевается под моим прямым взглядом. Пытается подобрать нужный ответ.

Я же за это время преодолеваю расстояние между нами, встаю вплотную к девушке, ощущая ее

тепло и аромат ее волос.

— Не-ну, Ярослава. Я плевать хотел, кто у него там отец. Не нужно додумывать за меня и

пытаться решить тоже. Идет? Я очень такое не люблю. Если бы меня что-то не устраивало, я бы

этого не делал.

Она молчит, внимательно смотрит на меня. И честное слово, я не знаю, как она это делает, но

ее мимолетное движение губ, когда уголки приподнимаются, заставляют меня вмиг оттаять и

снова стать живым человеком. Не тем, кто раздает приказы… А тем, кого я в себе давно

похоронил.

— Пойдемте, Глеб Игоревич, — вздергивает подбородок вверх, — буду я вашей женой.

Она дефилирует мимо меня, а я даже не успеваю за ее сменившимся настроением.

Пока Яра располагается в своей временной комнате, которую я ей выделил, сам решаю сгонять в

магазин. В холодильнике мышь повесилась, нужно девчонку чем-то накормить что ли…

— Люд, мне килограмм макарон, — диктую продавщице местного магазина, — давай еще курицу,

картофель. Тоже килограмм. Овощи там… помидоры, огурцы. На утро молоко, хлеб, нарезку.

Пока я тотально закупаюсь, за мной выстраивается приличная очередь.

Расплачиваюсь наличкой, поворачиваю с пакетами к выходу и встречаю товарища в очереди.

— Глебыч, ты че это, научился готовить? Или проставляться будешь?

— А есть повод для проставки?

— Да хуй его знает, — ржет Паша, — ты мне скажи, куда тебе столько жратвы.

— Так у него ж это, — слышу голос из очереди, — невеста же приехала.

Что я говорил про сплетни? Пожалуйста, блядь. Сжимаю до скрипа зубы. Сука, ну не лезть же

вам не в свое дело, если не хотите получить по морде. Знаю же, что я могу. Но не буду.

Потому что есть правила гарнизона.

— Невеста? — Павел приподнимает бровь, — с каких пор, Глебыч?

— Долгая история, — отмахиваюсь от разговора.

— Ты ж это… ну вроде как…

Я жестом руки прошу товарища помолчать. Не надо сейчас ничего вспоминать. Не время и не

место.

— Понял, — тут же отзывает друг, — Слушай, а приходи со своей невестой к нам с Наташкой.

Пообщаемся, поужинаем. Да и девушке наверно будет интересно с кем-то из девчонок

познакомиться тут. Завтра, например. Что думаешь?

Идея то, в целом, неплохая… И Яре и правда нужно завести знакомства. Я из отпуска выйду,

время ей уделять не смогу. А насколько наш спектакль затянется, хер его знает.

— Я спрошу у нее.

— Ну и лады, — товарищ жмет мне руку, — Тогда жду весточку от тебя.

Возвращаюсь в квартиру, отмечая, что внутри стало как-то более чисто. И даже очень приятно.

Захожу на кухню с пакетами и вижу, как девчонка в экстремально коротких спортивных шортах,

стоя ко мне пятой аппетитной, мать его, точкой, намывает пол.

Блядь… Да ж такое-то с этой задницей. Манит и манит.