Путь рассекающего ветра. Книга вторая - Василий Груздев
— А откуда вы знаете, господин Сан? — удивился я.
— Да так уж сложилось… Ладно, говори, зачем пришёл, — буркнул он. — Смотрю, травы сдавать не спешишь…
— Да тут проще показать, — я показал взглядом на дверь. — Если вас не затруднит.
Не затруднило: распорядитель вышел из-за стойки и последовал за мной. К тушке пришлось пробиваться — народу, кстати, вокруг столпилось немало. Нечасто тут добычу целиком увидишь, да и сам зверь редкий.
— Вот. Напал на меня…
Сан присвистнул.
— Ох ты ж, — удивился он. — И как ты…
Сказал и прикусил язык. Понял как. Вернее, предположил, что печатью свалил, — вполне могло быть. Он внимательно осмотрел зверя и даже перевернуть не побрезговал.
— Пойдём, — сказал Сан, и мы отошли в сторону. — Однорогий волк, да ещё белый, и шкура целая… Хорошая добыча. Ты ему печать в пасть, что ли, засунул?
— Вроде того, — не стал я врать, но распорядитель и не допытывался.
— Значит так, — стал объяснять он. — Без разделки я его не приму. Но с этим могу помочь. Тушка уже окоченела, работа нелёгкая, но за десятую часть от цены добычи кто-нибудь да возьмётся. Согласен?
— Деваться некуда, — вздохнул я.
— Втрое, — прищурился Сан. — Ты у нас жетона охотника не имеешь. А значит, и сдавать тебе не положено. Ты его и тащить сюда не должен был…
— Так жалко! И диковинка, и деньги… И секте прибавка. Неужто лучше было оставить гнить?
— Не лучше, — согласился Сан. — Потому и говорю. Я уж так и быть, выдам тебе временный жетон охотника. Считай, сегодняшним утром. Но серебряную монету придётся выложить, а не сумеешь выполнить половину месячной нормы…
Он не договорил, а я снова вздохнул. Это как с травничеством: чтобы кто попало себе жетоны не выпрашивал. Если не справлюсь, монета останется в залог.
— Как скажете, господин, — голос мой был печальный, и распорядитель решил меня ободрить.
— Да не переживай ты так, — отмахнулся он. — Тебе этот волк большей частью зачтётся. Остальное как-нибудь добьёшь.
Если так, выходило нормально. Даже охотиться не придётся. Если дело разовое — можно с кем-нибудь из охотников пересечься и пару лишних зайцев у них выкупить, чтобы за своих выдать. В деньгах это не отобьётся, но зато серебрушка мне вернётся.
— Не знаю, как вас и благодарить, господин Сан, — поклонился я. — Если я могу для вас что-то сделать…
— Я не ради благодарности помогаю. Моя работа — чтобы секта была в прибытке! — возмутился он, но на секунду прищурился. — Но слова твои, Син, я запомню.
В общем, на этом и порешили. Распорядитель подыскал мне охотника, который разделал тушку. Времени на это ушло два часа, я успел даже в трапезную сбегать. Мясо волчье было ни на что не годное, но клыки, шкура и особенно рог оказались даже ценнее обычного.
Оценщик выдал мне две серебряные и триста двадцать медных монет. Из них одну серебрушку я тут же отдал господину Сану, а двести тридцать медяков — охотнику, вызвавшемуся разделать тушу. С трав выручил ещё сто двадцать медяков.
В барак возвращался в приподнятом настроении. Даже учитывая утерянную печать, в накладе я не остался. А если верну залог — вообще замечательно будет. Так жить можно. Стоило того риска? Наверное. Рано или поздно такое должно было случиться.
Главное, я оказался к этому готов и неплохо справился. И по-другому не получится. Но и риск можно было уменьшить — кабы не вкусно пахнущие пилюли, может, зверь меня и не учуял. В следующий раз пилюли с собой тащить не буду. Впрочем, следующий раз будет только через день. Завтра пойду за каменными цветами — перед походом в лес надо по-хорошему обновить Разрез Ветра в кольце и печать Барьера Духа. А ещё лучше две разом… Без неё мне было бы туго.
Так и поступил. С утра — в горы за травами, в полдень вернулся, перекусил и зашёл в лавку, где купил две пластины зелёного лазурита. Забрал из хранилища кисть Шу Хао — и снова в горы. Набрал вторую сумку, а после, спрятавшись в рощице у ручья, проглотил пилюлю Потока и до позднего вечера создавал печати.
Вечером перед сном, снова заставив Рафу караулить двери, практиковался со свитком. В этот раз получалось лучше. Первые слова легли легко — значит, выучил. Нити Духовного тела всё так же болезненно покидали меня, вливаясь в руны, но уже не так болезненно, как прежде. Видимо, опыт сказывался.
Но дальше снова пришлось мучиться, чтобы подвинуться хоть на шаг. В итоге я решил сначала проговаривать фразу в голове, подстёгивая её образами. А потом, разбив на части, практиковать их на свитке по отдельности. Под конец, когда в глазах уже двоилось, на листе появились ещё четыре новых слова.
Если так пойдёт дальше, за пару-тройку месяцев должен буду управиться. Лису рассказывать об этом не стал, чтобы потом не разочаровывать. А то, что в этот раз получилось лучше, он и сам видел.
Новый поход в лес, к Тернистым Водопадам, прошёл без приключений. В этот раз повезло — никаких хищников. Но пилюли Потока я с собой всё-таки взял. Оказывается, в специальных коробочках из павильона алхимии они не источают запаха. Впрочем, в этот раз они не пригодились.
Зато пригодились на следующий день, когда я, сорвав бирку, в третий раз заявился к отшельнику. Думал, он снова начнёт меня сразу избивать. Или даст возможность повторять за его движениями. Но старик даже палку в руки не взял. Жестом приказал принять стойку — и сам встал напротив.
А дальше начался бой. Вроде того, как мы с ним сражались в первый раз. Бил он сильно, но не просто так, а в наказание. Сперва я не понял этого, пытался отбиваться, используя формы Кулака Скользящего Ветра. Но вскоре осознал, что за это и получаю! Он хотел, чтобы я перестал думать, и я подчинился. Тогда он начинал меня щадить.
Вспомнив, как повалился в поток в прошлый раз, попытался выкинуть из головы мысли и положиться на чутьё. Но никак не выходило. Всё на грани, но чего-то не хватало. Пилюля! Вот чего не хватало. Начав выдыхаться, потянулся к мешочку. Мастер меня не остановил. Проглотил шарик,