Путь рассекающего ветра. Книга вторая - Василий Груздев
Не сразу, но когда тело словно превратилось в сплошной синяк и от боли было уже вздохнуть, я снова почувствовал единение с ветром. Почувствовав прилив сил, бросился в бой, рисунок которого мгновенно поменялся. Старик мне поддавался, замедляя движения, но я понимал: будь на его месте кто-то моего ранга или немного выше — всё было бы иначе…
Около получаса он сражался со мной почти на равных. Я больше не рвался вперёд, как обезумевший. Бой разделился на отдельные схватки: стычка, обмен ударами, после чего я получал увесистый удар. Краткая передышка — и заново. Однако в какой-то момент мастер изменил ритм движений и обрушил на меня вихрь слишком быстрых для меня выпадов.
Удары были слабенькие, но каждый нёс в себе частичку Ци противника. Она проникала внутрь, спутывая нити моего Духовного Тела. Я сопротивлялся как только мог. Развязывал узлы на ходу.
Более того — начал действовать на опережение. Увернуться не мог, но, «чувствуя», куда идёт удар, заранее отправлял в это место энергию жизни. А в какой-то момент, повинуясь чутью, и вовсе заблокировал его, возведя на месте «прокола» барьер из «мёртвой ци». Возвёл его так, будто собирался отразить проклятие. И это сработало! А затем я повторил это снова и снова. Через раз, но за считанные мгновения мне удалось защититься трижды…
Мастер замер. На его безучастном лице снова мелькнула тень удивления.
— Интересно, — услышал я его голос во второй раз.
Он посмотрел на меня странно, а затем снова атаковал. И в этот раз шансов отбиться у меня не было. Миг спустя я лежал обездвиженный и оглушённый. Боль затопила сознание. В этот раз, чтобы привести себя в порядок, мне потребовалось больше времени, да и то не до конца.
Нити Духовного Тела были не просто смяты, а повреждены. Их приходилось исцелять по возможности. На ноги я поднимался с трудом, понимая, что сражаться уже не смогу. Но в стойку всё равно встал, готовый продолжать несмотря ни на что. Подняв глаза на стоящего напротив мастера, я сжал кулаки.
Но отшельник не шелохнулся. Взгляд его был устремлён в пустоту, а брови едва заметно сошлись на переносице, будто он размышлял о чём-то важном. И тут он посмотрел на меня.
— Через три дня, — сказал он.
И моё сердце снова заполнила радость. Выходит, я опять оправдал его ожидания. Низко поклонился, накрыв правый кулак левой ладонью.
— Спасибо, учитель…
Сказал и ужаснулся! Связь ученика и учителя — это почти родственное чувство. Иной уровень доверия, и претендовать на это какой-то слуга не мог. «Наставник» — правильное слово. «Учитель» — это всё равно что ворваться в опочивальню, выбив двери.
Я замер, ожидая заслуженного наказания. Но старик, застыв на мгновение, усмехнулся и кивнул. После чего развернулся и пошёл к дому, оставив меня в диком смятении. Это не могло быть ошибкой! Такими вещами не шутят!
Не отвергнув мои слова, он принял за меня ответственность. Может, это был приступ безумия? Может быть, через три дня он об этом не вспомнит! Но сейчас меня трясло от переполнявших чувств…
* * *
Го Дешень был раздражён. Его бесила необходимость взбираться на гору каждый раз, когда нужно увидеть учителя. Он вообще плохо понимал, зачем нужны эти горы, когда у подножия расположился город. Хорой не шёл ни в какое сравнение со столицей провинции Лоянь, где он вырос, но всё же был полон удобств и мест, где можно с пользой и удовольствием провести время.
Да ещё эти обязанности перед сектой! Будто он им должен, будто это они занимались его развитием, а не клан Го, тративший горы золота на то, чтобы он в кратчайшие сроки обрёл свой ранг. Но приходилось терпеть. Секта Водного Неба была сильна, а влиять на неё необходимо. Для этого нужны свои люди в её рядах. Чем больше, тем лучше. Тогда и старейшины будут лояльны клану, и на патриарха будет чем надавить…
Горная обитель наставника Дзяна была строгой, но совершенной в своей простоте: во дворе ни единой песчинки, каменные плиты без трещин, будто их только что положили. Редкие кусты ровно подстрижены, краска на воротах свежая, а молчаливый слуга у входа замер изваянием, готовый выполнить любое пожелание мастера. Никакой показной роскоши — но всякий, кто хоть немного разбирался в жизни секты, сразу поймёт: здесь живёт человек, которому нет нужды доказывать своё богатство.
Го Дешень пошёл через двор уверенным шагом наследника рода, поправил пояс ханьфу и толкнул дверь. Внутри было прохладно и ветрено…
Дзян Хэ сидел в центре комнаты в позе для медитации, закрыв глаза. Вокруг него медленно, подхваченные едва заметными вихрями, кружили чайник, пара пиал, несколько свитков, печать и деревянная шкатулка. Ветер шёл по кругу, поднимая края одежд практика и шевеля его седые волосы. Пахло ароматным чаем.
— Дядя, я к тебе по делу, — начал Го прямо с порога. — Через месяц меня отправляют в Дикие Земли, и там…
— Дядя — это когда ты в гостях у моей сестры, в доме твоего отца. А здесь я тебе учитель, — не открывая глаз, перебил его Дзян.
Го на миг замер. По лицу прошла тень раздражения. Он был наследником рода куда более могущественного и древнего, нежели Дзяны. Иные старики обращались к нему с почтением. Но перед Хэ он всё же склонил голову.
— Простите, учитель.
Дзян наконец открыл глаза.
— Что там насчёт свадьбы твоей сестры? — спросил он, заставив Го поморщиться.
Упоминание младшей сестры вызвало ещё большее раздражение, чем поход в горы и надменные слова учителя.
Почему отец разрешил ей заниматься практиками? Будь она простой аристократкой, до нынешней ситуации не дошло бы. Клан Го предложил наместнику долю в караванном деле, чтобы тот запретил постройку портала. А чтобы это не выглядело подкупом, ему предлагали в жёны старшую дочь — Го Юйлинь. Но девка упирается, не хочет быть третьей женой… Грезит о пути практика — мечтает стать независимой! Какая глупость…
Без денег клана она никому не нужна. Да, она стала внешней ученицей, да, дошла до первой ступени Воплощения Духа. Но это не её заслуга — это дорогая алхимия, редкие техники и процедуры. Без поддержки рода ей ранга мастера не видать. Так-то она давно уперлась в свой предел. Понимает это, но всё равно стоит на своём.
— Пока сопротивляется, — ответил Го вслух. — Но отец её заставит.
Дзян медленно кивнул.