Омы серийные (Дикая планета) - Стефан Вул

— Так вот. Для начала немного поспим, чтобы набраться сил. Ночь только начинается, времени у нас много. Но чтобы нас не застали врасплох, выставим часовых. Мне нужна одна рука.

Он поднял руку, растопырив пальцы.

— Кто достаточно отдохнул, чтобы нести караул?

Вызвались несколько омов, среди них и Терр. Брейв пересчитал их, по одному загибая пять пальцев, и включил Терра в число выбранных.

Остальным он велел сесть и продолжил:

— Шарбон будет сторожить у тропы озера, в одной руке двойных рук шагов от дерева. Вайян займёт место возле ручья. Терр, ты останешься у развилки Красного Кустарника. Вы двое — на обоих концах большой аллеи. А я останусь на дереве и глаз не сомкну. Вперёд! Если что-нибудь случится — свистите. Когда придёт время уходить, я свистом позову вас к подножию дерева. Остальные — спать!

Часовые спустились по стволу. Оказавшись на земле, Терр отделился от остальных и направился к развилке Красного Кустарника — туда, где тропа расходилась надвое: одна дорога вела к главному входу для драагов, другая — к Кустарнику, вверх по покрытым мхом каменным осыпям.

Он забрался на груду из двух или трёх камней, возвышавшуюся над развилкой, и затаился в расщелине.

Настороженно прислушиваясь к малейшему вздоху ветра в листве и широко раскрыв глаза в ночном полумраке, Терр долго сидел неподвижно. Но он был молод, и вскоре караул ему наскучил.

Он выбрался из укрытия и поднялся по тропе Красного Кустарника, чтобы расширить поле зрения. Вскоре он достиг небольшой травянистой площадки — идеального наблюдательного пункта. Отсюда взгляд уходил больше чем на сто пятьдесят шагов. Брейв сказал бы: на три руки двойных рук, если бы умел считать так далеко и не путался.

Прошло время, показавшееся Терру очень долгим. Он снова заскучал и посмотрел на вершину каменной осыпи. Любопытство подсказало ему забраться ещё выше — будто бы для того, чтобы увидеть дальше.

Терр поддался желанию и полез среди вьющихся растений.

После некоторых усилий он взобрался на гребень холма. И там, наполовину испуганный, наполовину довольный, смог окинуть взглядом часть парка, куда его банде вход был запрещён: владения Красного Кустарника.

Напрягая зрение, Терр различил его — фиолетовый в свете звёзд, ощетинившийся листьями-лезвиями. Забыв об опасениях и ведомый смутным, но сильным чувством, он скатился по другой стороне холма, пробежал несколько шагов по лугу и закричал:

— Эй, Банда Красного Кустарника! Берегитесь, омы! Завтра драаги будут дезомизировать парк!

Он повторил свой крик, повернулся, чтобы убежать, и растянулся во весь рост, оглушённый ударом дубинки.

Большой чёрный ом, посмеиваясь, склонился над ним, закинул его на плечо, словно пушинку, и побежал к Кустарнику.

Навстречу ему вышли другие силуэты. Вопросы посыпались со всех сторон:

— Что он сказал?

— Он из банды Брейва?

— Я ничего не понял.

— Что с ним делать?

— Скажите Старухе!

Терр смутно ощущал, как его передают из рук в руки. Наконец его с силой бросили на стог сена. Плеснувшая в лицо вода привела его в чувство.

Он сел, тряся головой, и увидел вокруг незнакомые лица. Перед ним скорчилась старая чёрная ома — сухопарая, с белыми курчавыми волосами. Она смотрела на него без всякой доброжелательности. На Терра обрушился град хриплых вопросов:

— Чего ты делал на нашей территории?

— Я… пришёл вас предупредить.

— О чём?

— О завтрашней дезомизации. Драаги…

— Вот как! И кто велел тебе нас предупреждать?

— Никто. Я сам так решил.

— Сам?

— Сам. Это была моя идея.

— Ты говоришь как драаг, малыш. Почему ты говоришь как драаг?

— Мне уже говорили. Я потому так говорю, что провёл детство у драагов и немного учился.

— Ага… Вы там не смейтесь, дайте ему объяснить. Значит, ты пришёл предупредить нас, что… что именно?

— Драаги будут дезомизировать. Они убьют всех омов в парке или возьмут их в плен — не знаю… Это написано на табличке у входа в парк.

Высокий ом с рыжими волосами перебил его:

— Не слушай его, Старуха. Это уловка банды Брейва, чтобы выманить нас из Кустарника!

— Закрой рот, Рыжий, — сказала старуха. — А ты, малыш, откуда знаешь, что написано на табличке?

— Я прочитал. У драагов меня научили читать, и это очень полезное умение.

Старуха почесала волосы обеими руками, а потом, устав искать в них паразита, махнула чёрному ому, который оглушил Терра.

— Почеши меня, сынок.

Чёрный ом принялся энергично скрести ей голову ногтями.

— Всё, всё, — сказала старуха. — А теперь…

Она подтянула к себе сына и что-то прошептала ему на ухо. Чёрный ом скрылся под сводом переплетённых ветвей.

— Теперь, когда вы знаете, что происходит, я хотел бы вернуться к Брейву, — рискнул сказать Терр. — Я…

— Заткнись! — сказала ома.

А когда он продолжил настаивать, Рыжий отвесил ему пощёчину, от которой Терр свалился на стог сена.

В ярости Терр медленно поднялся, зло прищурившись. И вдруг, без предупреждения, бросился на противника и ударил его головой в живот. Рыжий согнулся пополам.

Остальные тут же вмешались. Град ударов быстро положил конец победе Терра. Он почувствовал, как его рука сжалась на чьём-то горле, как зубы впились в чью-то руку, — и снова потерял сознание.

Когда Терр открыл глаза, он обнаружил, что связан. Металлические путы сжимали ему лодыжки и запястья. Перед ним Старуха корчилась от смеха.

— Ну надо же! Вот это да! Ты троих изувечил, малыш! Эй, вы там, ха-ха, этот малец здорово вас отделал, правда? Конечно, он ещё молод, но через несколько дней, когда подрастёт, из него выйдет настоящий здоровяк!

Она зашлась тяжёлым кашлем; горло засвистело. Казалось, ей не хватает воздуха. Наконец старуха снова овладела собой, тяжело дыша и вытирая глаза.

— Да-а, — несколько раз повторила она. — Да, да.

Затем повернулась к сыну:

— Дай сюда.

Чёрный ом протянул ей большой квадрат пёстрой бумаги. Она развернула его перед Терром и подмигнула.

— Вот этикетка. Раз ты умеешь читать, скажи-ка, годится ли в пищу то, что было в коробке.

Терр промолчал: он ещё не оправился после побоев. Старуха снова рассмеялась.

— Вы только посмотрите на него! Нет, вы посмотрите! Надулся, характер показывает!

Но затем её лицо внезапно стало серьёзным.

— Послушай, малыш. Ты мне нравишься. Люблю таких, как ты: жёстких и всё такое. Ты ещё молод, но из тебя выйдет толк,