Воин Разлома - Ян Ли
Первого обладателя особо выдающейся метки я почуял давно — сложно было игнорить тварь яркостью в десяток латников, а вот теперь и услышал. Огромная тварь вломилась в частокол на северном фасе, и бревна в три обхвата, вкопанные на треть высоты связанные и подпертые — разлетелись к херам. Брызнули в стороны, как штакетник под грузовиком. В образовавшийся пролом, судя по людскому водовороту кинули весь оставшийся резерв — откровенно не впечатляющий, и дождь зажигательных зелий. Этот был помощнее, командующий обороной явно понял, что откладывать на завтра смысла нет, не факт что это самое «завтра» наступит. Барона не было по очень уважительной причине, но и среди оставшихся нашлись обладатели неплохих навыков, метка погасла, пролом удержали.
Второй гигант лег, не дойдя до позиций считанные метры — судя по тряхнувшему даже мою яму ураганному ветру, по нему отработал Кранин. Хорош, все-таки, хоть и мудила редкостный. Третий и четвертый ворочались в тылу наступающих тварей — видимо, предназначались для развития успеха или отвлечения обороняющихся, но не прокатило.
Живое тепло людей я теперь различал прокачанным «Чутьем» не хуже холода тварей. И когда это тепло гасло — я это тоже различал. Каждый раз. На северном фасе за первые полчаса погасло дюжины две. На восточном — меньше, там атакующие пока только прощупывали оборону. И все это время обе мертвые кляксы висели за пределами боя, в тылу тварей, недосягаемые, и дирижировали: я видел, как волны перестраивались, как мелочь оттягивалась, а бесы меняли направление ударов — грамотно, сволочи, по-человечески грамотно, выщупывая стыки и слабину.
— Северный фас проседает! — орал я в щели, потому что молчать было уже физически невозможно. — Латники копятся напротив пролома, восемь штук! Восточный — отвлекающий, там одна мелочь!
— Заткнись, тварь, — хрипло сказал сверху часовой. Их осталось при мне двое — да и то роскошь по нынешним временам, — и оба, судя по меткам, разрывались между постом и боем.
— Да пошел ты нахер! Передай хотя бы!
Часовой замялся. А потом таки затопал к ближнему командному костру. И через пару минут к пролому потянулся резерв. Совпадение? Может, и совпадение. Но следующую мою сводку — про то, что мелочь пошла вплавь через старое русло — он уже передавал сам, бегом. И не выеживась.
Сайх пришел, когда небо в щелях начало сереть. Не один — я почуял еще на подходе, ещепару меток… Гесс, наверное… тяжелые шаги Даргена и так узнал.
Сверху заскрежетало — обломки телег поползли в сторону. В яму упала лесенка.
— Вылазь, — сказал командир.
Я и вылез, раз предлагают. Ночь наверху была рыжей от пожаров и вспышек, несло гарью, кровью и вонью дохлых тварей, которую не перепутаешь ни с чем. Дарген стоял чуть в стороне, белесые его глаза в отсветах пожара казались двумя бельмами.
— Под поручительство, — сказал он без предисловий. — Десятник Сайх и его люди отвечают за тебя головой. Побежишь — и их казню, и тебя все равно найду. Ударишь в спину — умрешь до того, как замахнешься, об этом позаботятся. — Легкое движение подбородка в сторону Смолы… вот чья вторая метка. Ну, в целом логично, да. — Твое чутье нужно на валу. Твое копье — тоже.
Кривой, непонятно как подошедший, сунул мне в руки копье — и правда мое, ясеневое, с долами, сберег, жучара, — и ремень с подсумком.
— Держи, страдалец. Там пожевать и склянка малая, не вылакай без нужды.
— Ты как здесь? Ты ж не из Сайхового десятка.
— А я теперь везде, — щербато ухмыльнулся он. — Штат у нас нынче не то чтобы раздут. Не отсвечивай особо, и запомни: на тебя сейчас пол-лагеря смотрит. Одна половина ждет, что ты их спасешь. Вторая — что ты обернешься и всех сожрешь. Постарайся не разочаровать… хоть кого-то.
И мы пошли на вал.
Меня поставили на северном фасе, в двадцати шагах от заваленного телами и обломками пролома, — Сайх слева, Гесс справа, Смола за спиной. душевная такая расстановочка, — и первое, что я сделал, это раскрыл Исток на полную. И чуть не засмеялся как идиот. от нахлынувших эманаций, пьянящих не хуже самой забористой алкашки. Здесь, в гуще штурма, где сотни тварей несли в себе холод Разлома, а башня качала в них силу, — эманаций здесь было больше, чем на болоте. Больше, чем где-либо, где я успел побывать. Настоящий океан. Я стоял по горло в океане, и вся энергетика просто захлебывалась, просто пела от напора.
Бесы не оставили попыток пролезть с первыми рассветными лучами. И со вторыми тоже. Я бил, как привык, как вбил в меня Лысый — коротко, в сочленения и в валики. Только теперь каждый тычок с «Ударом Разлома» бил где-то на уровне усиленного «Ударом» обычным же. Пожалуй, все ж чуть слабее — зато постоянно… и всегда можно добавить Поток. А иногда и Переполнение.
Наконечник проламывал бесовскую броню в слабых местах без особого усилия. Ткнуть. Провернуть. Выдернуть. Я знал, откуда придет следующая тварь, за полсекунды до того, как она подходила, и полсекунды в такой работе — это вечность, это разница между «успел» и «умер». Иногда тварь попадалась особо шустрая — тогда и выдавалась возможность проверить Поток в работе — с ним практически стиралась разница между сочленениями и любой другой частью доспеха. По расходу энергии было, в целом, приемлемо — не проседая, можно было заполнять каждый третий выпад… но как-то очково.
Слева мерно и спокойно, без единого лишнего движения работал Сайх. Справа Гесс стоял сонный и расслабленный, а твари вокруг него почему-то умирали. Сзади сопел Смола, его секира дважды прошла у меня над плечом… пока, вроде бы, действительно случайно.
Недоверие… Оно было тут же,