Искра Свободы 7 - Александр Нова

Самого Илларда я не знал. Совтер мог рассказывать правду, мог что-то опускать. Мёртвый друг возразить ему уже не в силах.

— Поэтому вы его убили?

На мой вопрос об Илларде Совтер ответил быстро. Впрочем, у него было полтора века на раздумья и подготовку речи.

— Я убил своего лучшего друга потому, что не видел другого способа остановить войну.

— И война остановилась?

— Владыка получил то, чего хотел.

— А остальные?

Совтер откинулся на спинку кресла.

— Эллади, Владыка — говнюк. Мне нет нужды объяснять это человеку, побывавшему у инквизиторов. Но Владыка дал нам антибиотики. Обязательное бесплатное образование. Гигиену, которая спасла больше жизней, чем все зелья исцеления вместе взятые. Я повторю ещё раз: Владыка — говнюк. Но говнюк полезный. При нём множество людей получило возможность просто жить.

Я невольно поднял бровь. Никто в этом мире, даже не-бог, даже я, не мог себе позволить вслух назвать Владыку «говнюком». Такая позиция Совтера мне определённо импонировала.

— У Владыки есть какие-то планы на наш мир. Какие — я не знаю. Но все эти полтора века я требовал от него улучшения качества жизни людей. Не знати, не орденских фанатиков, не церковных коррупционеров, а простых людей.

Совтер горько усмехнулся.

— И по прошествии стольких лет я, предатель Первой Республики, смею надеяться, что хотя бы часть случившихся перемен произошла благодаря мне.

Похоже, Совтер действительно считал, что сумел повлиять на Владыку. Так ли это на самом деле? Я сомневался. И кто угодно на моём месте сомневался бы. Но Совтер искренне верил. Потому что без этой веры он оставался всего лишь убийцей своего друга и предателем тысяч людей, что верили в Республику.

— Я не пытаюсь убедить тебя верить во Владыку, Эллади.

На вербовку это действительно походило мало. Скорее на отчёт. Антибиотики, образование, гигиена. Легат, похоже, очень хотел чтобы о его достижениях услышал Иллард. Или хотя бы его реинкарнация.

— И тем не менее, вы довольно подробно перечислили блага, на которые он расщедрился.

— Потому что они есть. Как есть и всё остальное, с чем ты уже успел познакомиться. Мне важно, чтобы ты понимал, из чего выбираешь.

Совтер тяжело вздохнул.

— Падший Алтарь тоже умеет обещать, — продолжил Совтер. — Он говорил нам о свободе. О будущем, в котором люди сами будут распоряжаться своей жизнью. Получилось совсем другое.

В памяти возник очень показательный пример свободы воли, как она выглядела после знакомства с не-богом. Северин. Спорить с легатом по этому вопросу я не собирался. Но и помогать ему подробностями не стал.

— У меня есть цель, Эллади. Я хочу, чтобы никто больше не мог копаться в наших головах.

Совтер подался вперёд.

— Алтари можно подчинить.

Я посмотрел на него. Похоже, мы дошли до главной темы сегодняшнего разговора.

— Себе?

— Людям, которые будут ими управлять.

— То есть вам.

— Для начала — нам.

Вот как быстро я получил повышение. Пришёл на беседу, а уже назначен в руководство человечества.

— Я полтора века занимаюсь Алтарями, Эллади. Их строительством, размещением, снабжением. Я знаю, что они могут дать людям. И знаю, насколько мало из этого мы получаем.

Легат заговорил быстрее. Из его голоса исчезла прежняя усталость. Я слушал и неторопливо водил большим пальцем по подлокотнику. Пусть видит спокойного собеседника.

— Навыки не обязательно выдавать как награду за послушание. Модификации не обязательно продавать тем, кто способен заплатить. Можно установить другой порядок. Человек приходит к Алтарю и получает необходимое. Совершенно бесплатно.

— А картриджи?

Совтер на мгновение остановился.

— Что?

— Энергия. Работа Алтаря чего-то стоит.

Я слишком хорошо помнил восемь средних картриджей, которые теперь задолжал не-богу. Бесплатное светлое будущее уже на этом месте требовало уточнений.

— Энергия потребуется, — согласился легат. — Но сейчас простой крестьянин кормит Церковь, Орден и аристократов. Мы уберём всех троих, уменьшим налоги и на эти средства будем содержать Алтари.

Мысль интересная. Я кивнул, предлагая продолжать.

— Мы запретим Алтарям вмешиваться в сознание и читать мысли, — сказал Совтер. — Полностью запретим. Никаких внушений. Если человек хочет получить знание, ему передадут системный навык. Вместе с ним в голове не должно появляться желание умереть за того, кто это знание дал.

Я перестал водить большим пальцем по подлокотнику. Совтер это, конечно же, заметил. Человек с Ловкостью за 30 не мог не заметить.

— Ты прекрасно знаешь, чего позволяют добиться системные навыки. Три дня вместо десятков лет обучения и практики. Да, понадобятся ОР. Но если разрешить их свободное обращение и освободить от грабительских поборов Церкви, они станут в десять раз дешевле.

Сначала картриджи, теперь ОР. «Совершенно бесплатно» за пару минут стало «дешевле в десять раз». Тоже неплохо. Но принцип уже совершенно другой.

Легат замолчал. Я смотрел на него и пытался понять, сколько в его речи было расчёта.

Хотелось сказать — всё. Так было бы проще. Но Совтер, похоже, верил в каждое слово. Сейчас я, кажется, видел ту самую цель, о которой он говорил в начале встречи.

Искренность, правда, ничего не гарантировала. Северин в разное время тоже совершенно искренне верил двум Алтарям.

— Допустим, — произнёс я. — Вы запретили Алтарю лезть в головы. А потом решили, что в одном случае всё-таки можно. Ради общего блага.

Лицо легата стало жёстче.

— Поэтому запрет должен быть заложен в сам порядок управления. Так, чтобы его нельзя было отменить.

— Вы знаете, как это сделать?

Совтер некоторое время молчал. За окном шевелились листья. В коридоре было тихо. Я находился в доме уже достаточно долго, чтобы поверить: кроме нас, здесь действительно никого нет.

— Нужные знания существуют, — ответил Совтер. — Они сохранились в артефакте Илларда.

Я выпрямился. Совтер заметил и это.

— В каком артефакте?

— В «Мнемосе». Он вживляется в височную кость.

Лицо я удержал с трудом. Ведь именно к этому артефакту не-бог дал мне ключ. И именно его я должен был взять у мёртвого Совтера как оплату за голову предателя.

— И что мешает вам воспользоваться этими знаниями? — спросил я.

— Привязка. «Мнемос» принадлежит Илларду.

Совтер положил руки на подлокотники. Перчатки негромко скрипнули.

— Владыка обещал, что артефакты Илларда я смогу оставить себе. И слово сдержал. Только вот о снятии привязки мы не договаривались. Я считал это само собой разумеющимся. Владыка же ответил, что такого не обещал. И это правда.

Я посмотрел на Совтера. Полтора века хранить вещи убитого друга, которыми даже воспользоваться нельзя. Владыка, похоже, умел подбирать подарки.

— Эллади, ты — реинкарнация Илларда. Значит, можешь вернуть доступ к артефакту. А с его знаниями и моими возможностями мы сумеем изменить