Фиктивный брак. Не смей в меня влюбляться - Полина Грёза

— Привет, Наташ. Извини, не успел предупредить заранее, — ровно произносит муж, застегивая тугую молнию, — Я улетаю в Кельн на пару дней.

— Что, прямо сейчас?

— Да. Возникла экстренная ситуация, требующая моего личного присутствия. Регистрация на рейс уже через час, машина ждет внизу. Хорошо,что ты успела вернуться, хоть попрощаемся по-человечески.

Значит, теперь Кельн…

Внутри меня мгновенно вспыхивает ледяное пламя. Знаю я что там за экстренная ситуация. Илона снова позвала. Поманила пальчиком, и мой неприступный статусный муж покорно срывается с места, бросая все на свете...

Острая, токсичная злость закипает внутри, кислотой разъедая душу.

Мне хочется кричать. Хочется вцепиться ногтями в его лживое лицо и расцарапать, чтобы он неделю не мог выйти из дома!

Хочется больно ударить, и выяснить, почему я должна делить его с кем-то еще? Почему каждую ночь должна сгорать от унизительной, сжирающей заживо ревности, а сама хранить эту никому не нужную верность?!

Но только я не могу себе этого позволить… Он не мой. Он всегда принадлежал Илоне…

А я… Я даже его женой себя назвать не могу, потому что наш брак — фиктивный. Я — ширма. Декорация. Женщина, умеющая держать лицо при любых обстоятельствах.

Из последних сил загоняю свою боль в самые дальние уголки сознания и натягиваю грустную улыбку.

— Я все понимаю, Артур, — кротко киваю, заглядывая ему в глаза, — Береги себя. И… легкой дороги.

Татищев обнимает меня за талию и, как ни в чем не бывало, на прощание целует в губы. Его поцелуй горячий, жадный и насквозь пропитанный ложью…

— Как приземлюсь — позвоню, — обещает он, и стремительно выходит на лестничную клетку.

Тяжелая входная дверь глухо захлопывается за его спиной. Щелчок замка звучит как контрольный выстрел мне в голову.

Я остаюсь одна. Снова.

На негнущихся ногах прохожу в гостиную. Достаю из сумочки визитку Горчакова. Долго, не мигая, смотрю на ровный ряд цифр.

Внутри отчаянно борются остатки здравого смысла и жгучая, разрушительная обида. Обида женщины, о которую в очередной раз вытерли ноги.

Артур играет исключительно по своим правилам. Наслаждается свободой, содержит вторую семью, дарит свою любовь и заботу другой женщине.

А я в это время добровольно сижу в золотой клетке, которую сама же себе возвела.

У нас свободный брак. Если ему можно быть с другой женщиной, то почему мне нельзя завести интрижку на стороне? Почему я должна быть вечной жертвой? Хранить верность фиктивному мужу, любить которого все равно не имею права?

Я тоже имею право на эту проклятую свободу! И сегодня я воспользуюсь им!

Трясущимися пальцами достаю смартфон. Вбиваю номер бывшего жениха в контакты. Открываю мессенджер и быстро, чтобы не передумать, печатаю короткое сообщение:

"Привет! Спасибо за шикарный букет. Извинения приняты".

Крепко зажмуриваюсь и решительно нажимаю кнопку “отправить”.

Все. Пути назад нет.

Ответное сообщение от Фила прилетает мгновенно, словно он сидел с телефоном в руках и ждал.

«Не могу поверить, что ты ответила! Ты просто даже не представляешь, как я рад. Весь день думал о тебе и о том, как умудрился потерять такую девушку…», — светится на дисплее.

Смотрю на эти буквы и чувствую какое-то темное удовлетворение. Я полностью отдаю себе отчет в каждом своем действии. Я не питаю к Филиппу ни капли прежних чувств. Он умер для меня еще три года назад. Сейчас Горчаков — лишь слепой инструмент, пешка в войне против Артура. Способ доказать себе, что я тоже имею право на ту свободу, которой Татищев пользуется без зазрения совести.

Филипп — классический нарцисс, у которого сейчас не все гладко. Уставший от бытовых неурядиц и от упреков Аделины, он ищет подпитку для своего уязвленного эго. А я для него — идеальный трофей: недосягаемая женщина из высшего общества, которая когда-то заглядывала ему в рот.

Я затеяла эту игру с одной-единственной целью — сделать больно своему неверному мужу. И веду ее с хладнокровием опытного гроссмейстера.

Флиртовать в открытую не хочу. Это выглядело бы слишком подозрительно. Стараюсь выглядеть отстраненной. Переписку не прекращаю, но выдерживаю между ответами долгие паузы. Заставляю нервничать и ежеминутно проверять телефон. Играю словами, все глубже затягивая его в сети. Использую двусмысленные фразы и прозрачные намеки. Не поощряю,но и не даю далеко отойти от гаджета. Как могу, мучаю его.

В итоге добиваюсь чего хотела. Бывший с ностальгией начинает вспоминать наш неудавшийся студенческий роман.

«Сейчас смотрел старые фотографии... Ну, те, когда мы встречались… Каким же идиотом я тогда был! Как? Как умудрился все разрушить?»

«Прошлое не вернуть, Филипп, — отстраненно отвечаю я, — Мы были слишком молоды и не ценили того, что имеем. Зато теперь жизнь научила нас отделять зерна от плевел».

Холодная вежливость подливает масла в огонь его азарта. Он всерьез думает, что у него есть шанс. Пишет о том, как скучает по моему голосу, как жалеет, что не сумел разглядеть во мне ту самую, единственную…

А к вечеру субботы начинает напрямую просить о встрече:

«А может как-нибудь поужинаем вместе? Только ты и я. В каком-нибудь тихом месте, где нас никто не знает? Я просто хочу побыть рядом и объясниться без лишних глаз».

Оставляю его предложение висеть без ответа. Пусть помучается. Лишь в воскресенье днем сухо печатаю: «Даже не знаю. У меня очень плотный график. Но я обещаю подумать».

Отправляю сообщение и с удовлетворением откладываю телефон. Почва для мести подготовлена.

В воскресенье вечером возвращается Артур.

Слышу, как щелкает замок в прихожей, и выхожу встречать. Муж выглядит бодро. От него пахнет дорогим парфюмом и прохладой улицы. Выглядит немного усталым,но при этом довольным. Как человек, который отлично провел время.

Конечно, он же две ночи провел со своей любимой Илоной.

— Привет, Наташ, — Артур обнимает меня и оставляет на коже губ короткий, теплый поцелуй.

Затем улыбается и достает из внутреннего кармана обязательную бархатную коробочку:

— Это тебе. Наткнулся в Кельне на интересную ювелирную лавку, и решил