Против ветра - Анна Джейн

Александр довольно быстро довез свою вторую невесту до дома и любезно проводил ее до квартиры, остановившись на лестничной площадке.

– До завтра. – Он не хотел расставаться с девчонкой. И это его напрягало. Саша очень не любил к кому бы то ни было привязываться. Чтобы не получилось как с Никой. – Ты все помнишь, что мы с тобой сегодня обговаривали относительно свадьбы?

– Помню, все помню, – кивнула Карлова.

– Я заеду за тобой в двенадцать утра и отвезу к себе в квартиру. Миха привезет твою свидетельницу. Вас одевают, красят и делают прически. За город уезжаем к пяти, на церемонию. В шесть будем на теплоходе. Если ты и правда хочешь позвать друзей, скажи мне, я пришлю за ними тачки.

– Я все помню, Саша.

– Отлично. Иди домой, – разрешил Дионов.

Карлова за несколько секунд преодолела лестничный пролет и оказалась около своей двери, держа наготове ключ. Саша стоял внизу и внимательно смотрел на нее, собираясь уйти только тогда, когда сестренка очутится дома.

Марта аккуратно вставила ключ в замочную скважину. Время подходило к двенадцати, и, возможно, ее мама и бабушка уже спали. Будить их не хотелось.

– Мне понравилось, – неожиданно обернувшись, тихонько сказала Марта.

Дионов с трудом расслышал.

– Что понравилось? – не понял он.

– С тобой целоваться. – При этом она одарила Сашу таким хмурым взглядом, что тот не стал шутить или подкалывать ее.

Александр дождался, когда Марта откроет дверь и скроется в квартире, в которой, судя по сладкому приятному аромату, готовили вкусную выпечку. На миг ему захотелось оказаться за дверью этой уютной квартиры – а Саша не сомневался, что Марта живет именно в такой. Он быстро спустился по лестнице и, сев в свою верную машину, поехал к себе.

– Где ты была? – устало спросила мама, когда Марта стояла в прихожей.

Ни она, ни бабушка не спали. Что-то готовили – по всей квартире витал аромат бабушкиной выпечки.

– Я же звонила и сказала, что гуляю с друзьями, мы были в кафе, отмечали закрытие сессии, – ответила Марта, ставя балетки на полочку.

Она действительно разговаривала с мамой, но сказала неправду. Ну не могла же она сообщить ей, что стоит и выбирает обручальные кольца или свадебное платье!

– Марта, у тебя появился… парень? – осторожно поинтересовалась Эльвира Львовна.

Удивленная Марта хотела сказать, что никого у нее нет, но вдруг огрызнулась, хотя редко позволяла себе это:

– А что, мне нельзя иметь парня?

Такого заявления ее мама не ожидала. Да и такого тона – тоже.

– Почему, можно, просто… почему ты не сказала о нем мне? – серьезно спросила она, подозрительно оглядывая дочь.

– Мама… – начала Марта, но ее неожиданно перебила бабушка, которая неслышно вышла из кухни:

– Эля, вот ты мне сразу сказала в свои двадцать, что с Костей своим познакомилась? – сварливо осведомилась она у взрослой дочери.

– Хватит мне говорить о нем! – тут же вскинулась Эльвира.

– Эля, уже сколько лет прошло, а ты все никак успокоиться не можешь, – покачала головой ее пожилая, убеленная сединами мать в цветочном розово-голубом переднике.

– Мама, это мое дело, я сама со своей личной жизнью разберусь, – поджала губы Эльвира Львовна.

– Марта, думаю, вправе сказать то же самое, – посмотрела дочери в голубые глаза бабушка Марты. – Хватит ее контролировать, милая моя. Тебе ведь не нравится, когда я контролирую тебя, так ведь? И не говори ничего сейчас о возрасте, хорошо?

– Мама! Хватит! И при чем тут возраст? – рассердилась ее дочь.

– Когда тебе было двадцать, ты за Костю вышла и ребенка от него ждала, – напомнила ее мать.

– Вот именно! Когда мне было двадцать, как Марте, я совершила ошибку, и я не хочу, чтобы она… – заявила Эльвира, но осеклась, увидев полный негодования, возмущения и обиды взгляд своей дочери.

– Спасибо, мама, что назвала меня ошибкой, – громко и выразительно сказала Марта.

У нее был такой насыщенный день и столько неприятностей: этот похотливый мужик, например, которого и вспоминать страшно, и вместо того, чтобы просто поддержать, мама начинает нести всякую обидную чушь!

Марта, хлопнув дверью, скрылась у себя в комнате.

– Марта! – крикнула Эльвира в растерянности. – Я не это имела в виду!

Однако ответом ей было молчание.

– Вот видишь, Эля, – наставительно сказала растерянной дочери самая старшая из Карловых, – вот видишь?

– Что вижу? – волком взглянула на нее Эльвира, понимая, что обидела дочь.

Она действительно имела в виду совершенно не это!

– Хватит контролировать дочь. Если у нее появился парень – это ее дело и ее парень. А совершать ошибки мы все горазды, знаешь ли. И ты не сможешь ее контролировать, она уже взрослая девица, – резонно заметила ее мать. – Я, конечно, тоже не хочу, чтобы она однажды, как говорится, принесла в подоле, но если так…

– Мама! – заломила руки Эльвира. – Что ты несешь?!

– Я просто размышляю вслух, – вздохнула ее мать и направилась на кухню, оставив дочь в одиночестве.

Эльвира подошла к большому зеркалу, висевшему в прихожей, и с затаенной печалью посмотрела на свое отражение. Когда-то, в возрасте Марты, она была красивой статной девушкой. У нее было много поклонников – некоторые из них рисовали ей краской признания в любви под окнами и пели песни под балконом, сильно этим раздражая не только родителей и брата, но и многочисленных соседей. Одна из соседок, зловредная баба Яна, даже в школу ходила жаловаться на юную соседку, к которой повышенное внимание проявляло большое количество парней.

Молодые люди настойчиво пытались добиться расположения гордой светловолосой голубоглазой красавицы, однако все они были ей не по душе. Зато когда ей только-только исполнилось девятнадцать, Эля познакомилась со студентом консерватории по имени Костя и влюбилась в него – почти мгновенно, за один вечер, проведенный в большой веселой компании. Кажется, это был день рождения одной из многочисленных подруг Эли. Костя – симпатичный высокий молодой человек с зелеными глазами и растрепанной шевелюрой обаятельного музыканта – здорово и волнующе пел под гитару, очаровав все женское общество.

Неприступная Эльвира в тот день сама подошла к молодому человеку, завязала с ним разговор и добилась того, что Костя, которому резковатая, но красивая девушка с характером тоже понравилась, пригласил ее, жутко стесняясь, на свидание. Эльвира благосклонно согласилась, сияя от непонятного счастья, и ждала их следующей встречи так, будто ей должны подарить миллион рублей или, по крайней мере, билет на концерт любимых групп «Наутилус Помпилиус» и «Парк Горького». Правда, Костя умудрился немного опоздать, а Эля, наоборот, пришла первой и некоторое время ждала парня, злясь на него, но, как только увидела, сразу простила – почему, и сама не понимала. Костя притащил с собой букет роз, и на каждом свидании молодой пианист дарил Эле цветы, или небольшие подарки, или делал приятные сюрпризы, влюбляя в себя все сильнее и сильнее, хотя сильнее, казалось, было уже невозможно.

Вот так романтично начинались отношения тогда