Коннемара - Николя Матье
Сам Жан ничуть не против. Он признает женино превосходство в этой области, которое, во-первых, неплохо компенсируется, а во-вторых, избавляет его от любой бумажной возни (сюда относится все – от проверки тетрадей Элен, семейных налоговых деклараций и заказов по каталогу «Редут» до бронирования квартиры у моря в отпуске). Со своей стороны, Жанно любит ходить по грибы, возиться у себя в мастерской, смотреть с дружбанами матчи на стадионе и колесить на велике по округе. А еще он божественно готовит, с неизменной голуазиной в зубах, – и, когда он склоняется над плитой, колдуя над фрикасе или суфле, то и дело заглядывая для верности в исписанную фиолетовыми чернилами тетрадь с рецептами, завещанную ему двоюродной теткой, в сизой дымке Элен видит из-под воротника синей футболки пучки волос на его шее, такие же, как на бицепсах, и наметившуюся лысину.
Жан, в сущности, парень добрый, но в меру, лучше его не доводить. Он тоже работал на текстильной фабрике «Госс» – там же, где Мирей, но производство в итоге закрылось, несколько месяцев он сидел без работы, а потом согласился пойти в помощники к зятю, мужу сестры, в магазин красок, напольных покрытий и обоев. И неплохо себя там чувствовал, даже несмотря на то, что зятек не столько впахивал, сколько выпендривался на своей «ауди».
Атмосфера в доме Пуаро – кстати, в тринадцать лет носить такую фамилию целое испытание – пронизана легким эротизмом. Раньше Элен этого не осознавала. Но теперь родители ее буквально бесят: все время целуются, сюсюкаются, позволяют себе сальности. Сколько раз она видела, как они среди бела дня запираются в спальне. Ребенком она начинала скрестись под дверью, и тогда мать отсылала ее поиграть. Ночью она все слышит, и тогда затыкает уши. Впрочем, обычно это происходит быстро. Ее предки принадлежали к тем удивительным парам, которые продолжают испытывать страсть после пятнадцати лет совместной жизни, вопреки привычке, знанию каждой складочки на теле друг друга, неизбежному однообразию. Если подумать, даже странно, что они не завели еще детей. Впрочем, Жан был здесь принципиален. Зачем плодить детей в мире, когда завтра работа может вас забросить в Марокко или, скажем, в Турцию? Кроме того, Элен родилась у них довольно поздно – обоим было уже за тридцать. Что поделать, придется ей отдуваться за троих.
– Я не могу пойти и принести какое-то убожество, – ныла она.
– Мы деньги не печатаем, – замечает мать без особой связи с происходящим. – Если так, значит, не пойдешь туда, и точка.
Элен обдумывает оба варианта: пойти и опозориться или пропустить столь глобальное светское мероприятие. В конце концов, а что она распереживалась? Эта Брассар обычная хамка. Элен со своими подружками, Бенé и Фаридой, терпеть ее не могут.
– Просто купи ей шарфик, – предлагает отец.
– Идея! – соглашается мать: она знает, что в универмаге «Призу» можно купить что угодно, не рискуя при этом семейным бюджетом.
– Вот и ладненько. Съездим туда в субботу, у меня будет время.
– Давайте-давайте, – говорит мать тоном решительным, но словно с каким-то намеком.
* * *
Всю следующую неделю Элен и ее подруги не способны думать о чем-то другом. Этот праздник для них – событие года. Разумеется, Шарлотта ходит королевой, все перед ней заискивают, даже мальчишки стараются угодить, – и в целом несколько дней атмосфера в классе напоминает суету на мысе Канаверал перед запуском ракеты.
– Ты во сколько придешь?
– Точно не первая, – говорит Бене. – Не хочу, как дура, оказаться с ней с глазу на глаз.
– Ой, правда! Я даже не подумала! – воскликнула Фарида, самая громкая из них.
– Лучше явиться ближе к трем, тогда точно никто не скажет, что мы ждали под дверью.
Каждая из них воображает предстоящее событие по-своему. Фарида рисует себе великолепный, потрясающий бал, в духе то ли «Мадам Бовари», то ли «Золушки». Элен – скорее, шикарный прием с коктейлями, как в сериале «Династия». А Бене в основном мечтает о газировке и Curly с M&M’s: у нее дома сласти под строжайшим запретом после вердикта терапевта о «небольшом лишнем весе» девочки. Всеобщее возбуждение достигло такого накала, что в конце уроков в пятницу даже классный руководитель пожелал им отлично повеселиться. В четыре часа все разошлись по домам в почти лихорадочном состоянии. Накануне не спалось, слишком велико было предвкушение.
В субботу за завтраком не успела Элен доесть свою порцию, как отец, взглянув на настенные часы, потянулся и выдал:
– Ну что, скоро пора отправляться.
– Куда? – спросила Элен.
– К твоей подружке. Где это, кстати?
– Но еще слишком рано!
– Что поделать. У меня полно других хлопот.
– Но тогда я приду самая первая!
– Я обещал заехать к Депетрини, проверить, откуда течь. А потом еще к доктору Микло, какие-то неполадки с бойлером. Так что мы едем прямо сейчас.
Жанно – мастер на все руки, и бытовые проблемы в их семье решаются без сторонних спецов. Пуаро ни разу не нанимали плиточника, каменщика или, скажем, сантехника. Жанно еще и садовод. Огород на сто квадратных метров за их домиком просто загляденье: грядки с луком, ряды колышков, по которым вьются помидоры и зеленая фасоль, рядом ревень и петрушка. Сорняков тоже немало. Летом обязанность Элен – вырывать их вручную, что она делает с плеером в ушах под Who Wants to Live Forever. Кто «хочет жить вечно»? Уж точно не она. В любом случае, подработки отца приносят лишнюю денежку, и на этом фоне переживания по поводу дня рождения мало кого волнуют. Начинается перепалка. Но Мирей ее обрывает:
– Будет или так, или никак. Мы тебе не прислуга.
Элен решает, ладно, подождет где-нибудь на улице, погуляет. Телесиноптик Ален Жийо-Петре пообещал, что температура во Франции в этот ноябрьский день будет колебаться от шести градусов в Страсбурге до восемнадцати в Бастии. Терпимо. Она натягивает свои псевдомартенсы, наматывает на шею шарф, берет
Ознакомительная версия. Доступно 22 из 110 стр.