Музыка в пустом доме - Яна Александровна Верзун
Друзья жили в четырехкомнатной квартире, ширина коридора которой не уступала ширине парадной. Мужчина лет пятидесяти в белом костюме встречал их с бокалом виски в руке и хлебными крошками на усах. Артем представил Аню девушкой, с которой они вместе живут, и весь вечер не выпускал ее руки из своей. По рассказам Артема, у его друга был бизнес в шести регионах России и столько же любовниц – по одной на каждый регион. Жена друга лежала на диване, длинная, худая, как статуи на первом этаже Эрмитажа. Не хватало таблички «Руками не прикасаться».
Мужчины выходили на балкон покурить, и тишина в комнате становилась пугающей. Каждые полчаса Аня ходила в прихожую – посмотреть в зеркало и проверить, не превратилась ли она в мумию. Разговоры о политике, инвестициях и акциях. Мертвые глаза женщины на диване. Семейные портреты вдоль стен коридора и много алкоголя. Бар на кухне, бар в гостиной, и даже в ванной на полу – начатая бутылка вина. Налив немного в стаканчик для зубных щеток, Аня сделала глоток, потом налила полный стакан и выпила. Проверила полочки и шкафчики на наличие наркотиков, но никаких оранжевых банок, которые показывают в фильмах, не нашла. Заглянув в гостиную, где под булькающий храп хозяйки мужчины обсуждали Валентину Матвиенко, Аня взяла сумку и молча вышла из квартиры.
Пьяно покачивались деревья во дворе. Мелкий дождь капал на безобразно чистый асфальт. Больше десяти минут потребовалась на то, чтобы найти выход к Мойке. Кафе были закрыты. Булочные тоже. А есть хотелось. Бездомный в сером свитере с оленями спросил покурить. Туфли натерли пальцы. Аня подняла руку, чтобы остановить такси, и через пять минут села на заднее сиденье тонированной девятки, где сняла туфли и назвала водителю адрес ночного клуба. Домой она вернулась на рассвете. Первым делом, войдя в парадную, дернула ручку двери соседки. Закрыта.
Глава 12
июль, 2008 год
На дачу ехали втроем. Настроение Артема отравляло все: от одного его взгляда осыпалась штукатурка с домов и желтели листья на березах. Рита на заднем сиденье молча читала Гоголя. Аня жевала третью за дорогу жвачку. На улице жара, машин на дороге нет. Только иногда лениво проезжает автобус «Черная речка – Комарово», забитый студентами в солнечных очках. Они едут купаться на залив: от остановки до берега пять минут пешком. Но сначала зайдут в местный продуктовый за холодным пивом и сухариками. Лучше бы Аня поехала на автобусе.
Предупреждение «в машине не курить и семечки не щелкать» задало тон поездке. По радио DFM ведущий рассказывал об аномальной жаре. Он так кричал, бедняжка, так торопился. Гвен Стефани не успевала домурлыкать про свою неразделенную любовь, как ведущий включал рекламу «Мегафона», после которой речитативом зачитывал условия размещения и прочую муть. «Инфинити» вопрошали: «Где ты? Где ты?» Аня пыталась ускорить время силой мысли. Конечно, Артем ничего плохого не сделал. Просто обозначил правила поведения. Но Рита обиделась, потому что никаких семечек она с собой не носит. Аня тоже обиделась, но по другой причине. По причине семечек, которые она везла с собой.
Несомненно одно: друзья Ани не нравились Артему. Протянутая рука Ромы, который встретил черный «мерседес» у ворот, висела в воздухе до тех пор, пока Артем не уехал. Но перед этим при всех поцеловал Аню и взял с нее обещание не задерживаться. Она не собиралась, потому что завтра прилетала мама. Мучительно сдерживаемый мат полился из Риты рекой, как и пиво из бутылки. Какой же мудак этот адвокатик! Наличие дорогой тачки не дает ему права указывать людям на их положение. Какие семечки! Живет в мире стереотипов, придурок. Когда оскорбления иссякли, Рита выпила полстакана пива и затянулась косяком. Сняла стресс, сняла футболку. Подставила лицо солнцу. Аня дала второе за час обещание: она никогда не выйдет замуж за этого адвокатика.
Небо становилось все голубее с каждым глотком холодного пива. Теплая трава щекотала пятки. Всю прошлую ночь Аня пролежала без сна: представляла встречу с мамой. Она и на дачу решилась поехать, только чтобы отвлечься и перестать перемывать квартиру. В компании Ромы, который жонглировал пивными банками или шашлыком, рассказывал пошлые, но смешные анекдоты, танцевал на манер гоу-гоу, забывались даже самые навязчивые мысли. Когда Рома замолкал, были слышны крики чаек. Залив совсем рядом, и эта близость ощущается даже в запахе. Тихо пьянея, Рома предложил гостям экскурсию по лесу: собирать ягоды в обрезанную бутылку из-под минералки, залезать на заброшенные участки, выйти на залив и искупаться. Во время прогулки Аня думала, что было бы хорошо жить в уединенном домике в лесу и каждый день писать, провожая закат. Может, когда-нибудь она продаст квартиру и поселится в Комарово. От этих мыслей пахнуло ностальгией по бабушкиной даче. А почему обязательно участок в Комарово, если можно вернуться на Сосновую улицу, в лес под Новосибирском? Вот Рита возвращается домой, и ничего. Избавляется от шелухи. Питер – специфический город, не каждому удается прижиться.
Рита уедет, и Аня снова останется одна. С Артемом придется расстаться.
Она уже попросила его встретить маму в Пулково, и потом, когда через неделю он отвезет маму обратно, они разойдутся. Расставание неизбежно, учитывая спонтанную измену на прошлой неделе. Непримечательная на первый взгляд, она оказалась даже полезной. Аня поняла, что хороший секс может быть и в старой «тойоте». Главное – настрой. Наутро после измены она ощутила легкость, несмотря на похмелье и содранные коленки. Должно быть, именно легкости не хватало отношениям с Артемом.
Рома хотел понять, почему она с ним встречается. Нанизывая на шампуры новую порцию жирного мяса, он смотрел в упор и ждал ответа. Рита и Катя, раскрасневшиеся и раздевшиеся до купальников, тоже настаивали на откровении. Наверное, она не может долго оставаться одна. Наличие партнера гарантирует некую безопасность. Стабильность. К тому же Артем действительно заботливый, просто ему важно все контролировать. Посреди рассуждений Ани и потрескивания угля Рома сказал, что пригласил Десятова и скоро он должен приехать. Отдыхает в Репино со своей подругой. Сам он случайно встретил философа на «перинках» в районе Думской. Тот прогуливался в