Шляпа: юмористические миниатюры - Алексей Константинович Смирнов

Блондин, сидевший в кресле напротив стола, подался вперед.

- Меня заинтересовало ваше объявление. Собственно, не оно само, а примечание: «в том числе из материала заказчика». Правильно ли я понял, что речь идет о гробах?

- Это так, - гробовщик озабоченно вздохнул. - Необходимость, диктуемая жизнью. Предложение, диктуемое спросом.

Заказчик вскинул густые брови:

- Что же, вы испытываете дефицит в древесине? Может быть, в мраморе? Это довольно странно при том, что вы позиционируете себя как успешную фирму. Вы даже называете себя лидерами на рынке похоронных изысков - как же так?

Гробовщик доверительно потянулся навстречу и навалился грудью на стол. Шепнул:

- Я не всесилен. Вот этими руками, - он вскинул пальцы, которые могли сделать честь виртуозному пианисту, - я способен сотворить что угодно. Но приходят люди и просят, скажем, хрусталь. Ну нет у меня хрусталя! - Руки гробовщика взметнулись и упали, как плети. - Или золото. Мы процветаем, я состоятельный человек, но столько золота у меня нет. Такое количество нужно заказывать, а время не ждет. Покойник не терпит. Поэтому я вынужден предупредить, что если вы пришли с подобными пожеланиями, то...

Блондин остановил его жестом:

- Я пришел с другим пожеланием. Думаю, я не ошибся дверью. Давайте поговорим начистоту и без обиняков: вы можете сконструировать гроб из меня?

Гробовщик проглотил что-то невидимое и некоторое время молчал, собираясь с мыслями. Наконец он каркнул:

- Ваша мысль нуждается в пояснении.

- Разумеется. Видите ли, моя любимая женщина скоропостижно скончалась. Она... -Теперь настала очередь заказчика думать и подбирать слова. - Она такая... миниатюрная. Намного меньше меня. Короче, мне кажется, она влезет. Я хочу, чтобы она осталась во мне навсегда. Вы сделаете из меня такой особенный саркофаг - можно просто зашить ее внутрь, а можно и уложить, если распороть меня, скажем, вдоль, чтобы получилась крышка.

Мастер похоронных дел откинулся на спинку стула - высокую и узорчатую. Стул был жесткий, неудобный, зато красивый и смахивал на трон.

- Прошу прощения, - осторожно произнес гробовщик, - но это означает, что и вы...

- Конечно, - блондин кивнул не без участия к деликатности собеседника. - Мне осталось недолго. Я вечером отравлюсь. Решение принято, и вам незачем беспокоиться о пустяках.

Гробовщик подставил руку, уронил лоб.

- Скажите, - осведомился он после паузы, - ваша возлюбленная - она случайно не была беременна?

Блондин удивился:

- Нет. А, - он ударил себя по колену, - я понял. Не сразу сообразил. Нет, внутри нее нет ничего такого.

- Вы не сердитесь, - попросил гробовщик, - это личное. Просто я начинал с матрешек...

- Я ничуть не сержусь, - любезно отозвался заказчик. - Ну так что, по рукам?

- Постойте. Это дело, милостивый государь, обойдется недешево. Я надеюсь, вы учитываете нюансы...

Тот проявил нетерпение:

- Не тяните резину и назовите сумму.

Гробовщик закатил глаза и долго шевелил губами. Потом перекрестился и назвал. Блондин рассмеялся, поднял кейс на колени, расстегнул замок, откинул крышку. Хозяин привстал, заглянул и покрылся влажным румянцем.

- Это снимает все вопросы... Простите за любопытство, но разве вы не боитесь расхаживать запросто вот так, с такими деньгами?

Заказчик отмахнулся:

- Мне уже нечего бояться. Да это не мои деньги.

- Не ваши? А чьи же, позвольте спросить?

Блондин отмахнулся:

- Это деньги ее мужа. Он мой босс и ничего не знал о нашей любви. Он просил меня не жалеть средств на ее погребение. Святой, доверчивый человек! Она сказала, что больше не может его обманывать, ее мучает совесть. И скончалась. Не смотрите на меня так. Это не ваше дело.

- Да мне все равно, что с ней сделалось, -заверил его гробовщик. - Меня интересует другое: кто и как похоронит вас?

- Я как раз к этому подошел, - подхватил блондин. - Мой босс - человек очень крупный, прямо великан. Места много. Пусть ему икается. Он остался за углом, лежит в фургоне. И на нем остановимся, потому что мне кажется, что босса вполне устроит мрамор или даже дуб. Оставим этот вопрос на усмотрение его деловых партнеров. У этих людей нет ни сердца, ни воображения.

© ноябрь 2011

Король пьянствовал вторую неделю. Горе было неимоверно: принцесса так и не рассмеялась. Кроме того, никто не нашел ее туфельку, хотя на поиски была брошена вся полиция нравов.

Король скособочился на троне и мутно взирал на придворных. Его борода, полная непрожеванной пищи, растопорщилась; проспиртованные щеки пылали, корона сидела криво. Горностаевая мантия, прожженная в двенадцати местах, готовилась к новой дыре: завернувшись в нее, король стряхивал пепел куда ни попадя.

Мрачная принцесса сидела рядом, но ниже уровнем.

Король икнул.

- Ничего смешного, - заметила принцесса.

- Так-таки ничего? Что ж, тогда смеяться буду я... Казна пуста, я выписал для тебя юмористических животных и смешных людей... - Король поерзал, не находя отдохновения в положении сидя. - Купил новые туфли, но тебе не смешно. Тогда поступим так: кто первым войдет вон в ту дверь, - дрожащий палец нацелился и начал выписывать мелкие вензеля, - за того ты и выйдешь замуж.

Принцесса вздохнула.

- А если это будет мама?

- Хоть скорпион... Еще и лучше, обеих к черту...

Король перегнулся через трон, подцепил кубок, выпил. Зубы лязгали о металл. Воцарилась тишина. Придворные замерли, не сводя с двери глаз. Гвардейцы вытянулись в струну, королевский шут прозвенел бубенцами и колесом укатился в угол. Принцесса чистила ногти. Завыла любимая борзая короля, но отвлеклась на блоху, и безмолвие сделалось абсолютным.

- Даже замужем никому не дам, - предупредила принцесса. - Я даю только тем, кто меня рассмешит. Хорошая шутка равняется десяти бонусам.

Дверь распахнулась, вошел жизнерадостный молодой человек с сумкой в руке.

- Ну, вот и все, - обрадовался король.

Гость поклонился:

- Ваше величество, я принес хорошие новости.

- Встань, - рыкнул король уже без улыбки. - Кто ты такой? Ты хочешь рассмешить принцессу?

- Это как получится. Я принес ее туфельку, обронила после бала...

Принцесса заинтересованно привстала.

- Точно! Она и есть!

Короля одолела сильнейшая тошнота. Он погрузился в бороду и молча посматривал из нее маленькими злыми глазками, задерживая дыхание.

- Это не все, - молодой человек склонился над