Случайная попаданка для дракона. Академия Лоренхейта - Алена Шашкова

Делаю вид, что просто прогуливаюсь по кабинету, останавливаюсь у ближайшего к двери окна и чуть-чуть, прямо самую каплю, делаю громче голоса за дверью. И тут же узнаю того, кто сейчас у Ксавье.

— Ваше Высочество, но ведь вы мне обещали…

Принц? Принц Альберт? И Ксавье?

Это кажется чем-то совершенно невероятным, но в то же время расставляет многое по местам. В первую очередь то, почему целителя не подвергли публичному обвинению, а еще… Почему, несмотря на запись, именно такой вердикт вынесла комиссия.

Черт! Это так очевидно, что практически невероятно. Но зачем это все? И кто мне поверит, если я кому-то расскажу?

Цветок. У меня в руках то, что может помочь, если в этот раз распорядиться этим по уму. Хотя сейчас такое положение, что уже не знаешь, кому стоит доверять, а кому — нет. Остается надеяться только на себя.

Секретарь откладывает бумаги и как нельзя вовремя выходит из приемной. Ну ведь должно же мне когда-то повезти? Не могу же я все время расхлебывать какие-то неприятности?

Создаю активирующее плетение над цветком, как в прошлый раз поправил мне его Эриан, а потом, надеясь только на свою память, пробую плетение, которое должно сделать разговор за стеной лучше слышимым.

— Дорогой Данте, — чуть насмешливо произносит принц, и я даже представляю, как он расслабленно сидит в кресле напротив целителя и качает головой, — уговор у нас был на то, что мне не придется вмешиваться и подтирать за тем, как ты обосрался.

Ксавье закашливается. Честно говоря, я тоже поперхнулась, но приходится давить в себе кашель, чтобы записи не мешало.

— Я не…

— Прекрати блеять, как козел, честное слово, — фыркает принц. — Еще скажи, что ты сожалеешь, что вообще на это пошел.

— Нет, Ваше Высочество.

— Во-о-от, этот ответ уже лучше, — в голосе Альберта звучит ухмылка. — К тому же ничего такого и не произошло, так ведь? Все живы, здоровы.Тебе, кстати, за это стоит поблагодарить Алессу. Если б кто-то из нестабильных сдох от этого зелья, на тебя бы быстрее вышли.

— Она не ошибается, — возражает Ксавье.

— Ну как это не ошибается? Она уже выбрала не ту сторону, — принц хмыкает. — Решила ни с того, ни с сего помогать ректору. Ай… А какой был бы союз! Лучший в стране блокиратор и гениальный зельевар с огненной магией. Союз сильнейших! Сам жениха подбирал.

Он это так произносит, словно маги для него племенные лошади, а он их спаривает и разводит. Фу!

— И что теперь? — севшим голосом спрашивает целитель.

— Ну как что… Алессандру куда-нибудь на периферию… Есть у меня там на примете один граф-затворник, — словно о каких-то мелочах рассуждает принц. — А тебя… — он вздыхает, задумывается. — Пожалуй, целители на рудниках тоже нужны. Ты не справился, Ксавье. Ты должен был выставить нестабильных опасными, а сам выдал себя. Мне пришлось за тобой доделывать дело.

— Но…

— Молчать!

Из кабинета доносится громкий удар, а потом треск.

— Ваше Высочество, так вы тоже… Но тогда зачем?

Если бы я оценивала удивление Ксавье по шкале от нуля до десяти, он бы взял двадцать. Впрочем, я тоже в шоке.

— Нестабильный… — целитель повторяет это слово снова и снова, как будто пытается убедить себя. — Нестабильный…

— Тебе, стабильному, не понять, — ледяным голосом произносит принц. — Но скоро все перевернется. И такие, как ты, пожалеют. Обо всем, когда у меня будет верные слуги из тех, к кому относились как к грязи под ногами. Ах, да. Спи.

Раздается глухой стук падающего тела. Тело реагирует быстрее, чем разум. Я кидаюсь прочь из кабинета, бегу по коридору и ныряю в ближайшую открытую палату, закрывая за собой дверь и вжимаясь в стену.

Я осознаю, что уже некоторое время не дышу. С огромным трудом заставляю себя сделать вдох и деактивировать растение. Я услышала гораздо больше, чем должна была.

И я совсем не знаю, что не теперь с этим делать. Потому что я понятия не имею, где ректор. А кроме него… Кто еще поверит? Кто прислушается?

Выжидаю время. По ощущениям проходит не меньше нескольких часов, хотя по факту, наверное, не больше тридцати минут. Принц наверняка должен был уйти, а я… Черт. Я же последняя, кто приходил к Ксавье! И если его найдут не совсем живым (очень не хочется думать о том, что с ним на самом деле может быть), подумают, что это я его…

Вот и везение! Потрясающее просто.

Как мне выйти отсюда и не попасться никому на глаза? Не через окно же!

Выглядываю из палаты, поражаюсь звенящей тишине коридора и, перехватив поудобнее цветок, выскальзываю из лазарета.

— Вы не видели ректора? — останавливаю одного из преподавателей, кажется, по артефакторики.

Высокий худой мужчина отшатывается от меня, потом поджимает губы и мотает головой. Не видел. Ладно…

Через галерею добираюсь до своей комнаты. Припрячу цветок тут сейчас, чтобы целее был. А там — уже буду искать Эриана, чтобы объяснить и вчерашние мои слова, и рассказать про Ксавье и принца.

Детей нужно спасать: если я правильно поняла слова Альберта, то он собирается сделать из них своих ручных кукол, он просто собирается использовать их дар в своих целях. Ну почему власть имущие во всех мирах одинаково гадкие⁈

Я уверена, что у ректора уже есть план. Иначе Ферст не был бы Ферстом: он всегда находит выход из ситуаций. По крайней мере, я хочу в это верить.

— Госпожа, — в комнату буквально врывается Берта, всклокоченная, совсем на себя непохожая. — Господин… Ваш папенька… Он ждет вас у ректора! Ох… Что же будет⁈

Еще и этот. Ему-то что не ймется? Я вроде бы против не была, не перечила, все там было постепенно… Спешит, потому что у него чуйка, что принц может передумать? А ведь он уже передумал, но вряд ли успел оповестить об этом папеньку.

Ставлю цветок рядом с Сильвио:

— Ты же герой, да? — шепчу я ему.

Он обалдело выпучивает глаза.

— Ты опять во что-то вляпалась? — вопрос-не вопрос, а стон в исполнении моего фамильяра. — И мне это точно не понравится.

—