Искатель, 2010 № 10 - Журнал «Искатель»

ИСКАТЕЛЬ 2010

№ 10

Александр и Сергей ЮДИНЫ

ЖЕЗЛ АССУР

ЮДОЛЬ СКОРБИ

Середина XXII века; после глобального потепления, Третьей мировой войны и прочих катаклизмов большая часть цивилизованного мира обрела наконец вожделенные покой, благополучие и даже добилась известного процветания под благодатной сенью вселенской теократии. Конечно, кое-где порой случаются мелкие неприятности. Так, с некоторых пор целый ряд монастырей, ешивов, медресе и иных общин, относящихся к ведению Всемирного Совета Монотеистических Церквей (ВСМЦ), ни с того ни с сего подверглись настоящему нашествию представителей «адова» и «небесного» воинств. Это создает нездоровый ажиотаж, а порой сеет настоящую панику среди добропорядочных мирян и усердного в вере клира. Для расследования упомянутых инфернальных явлений Священная Конгрегация Веры направляет едва ли не лучшего своего сыщика — нунция-дознавателя Ассура (в миру — Георгия аль Рашида).

В двух предыдущих частях Ассур уже побывал в аркадийской обители на Крите и в одном из монастырей Великоморавского княжества. Ныне путь его лежит в благословенные пределы Ичкерийского имамата.

По неширокой лесной дороге-просеке огромным бронированным удавом ползла танковая колонна. Чудовищные допотопные механизмы слепо перли вперед, куроча землю, дробя камни, рыча, лязгая и громыхая в клубах грязного сизого дыма. Впереди гусеничных монстров катилась волна невыносимого зловония из ядреной смеси смрадных выхлопов и густого чада от раскаленного металла.

Лишь спустя без малого час нескончаемая змея рыкающих боевых машин наконец оборвалась и хвост ее скрылся за дальним поворотом, а замерший от ужаса лес вновь стал наполняться жизнью: щебетом птиц, сухим стрекотом цикад, гудящим писком комариных полчищ и шелестом листвы.

Ассур выбрался из своего укрытия — пещероподобного дупла тысячелетнего чинара — и спустился на землю. Судя по тому, что техника двигалась на юго-восток, имам вновь решил призвать к порядку одно из вассальных ханств, шамхальств или кайтагств Закавказья. Скорее всего, Ширванское либо Щекинское. Потому как карабахские, Гянджинские и талышские владетели давно не доставляли никаких поводов для беспокойства властям Ичкерийского имамата, чему в немалой степени способствовало нахождение одной половины их ближайших родственников в качестве почетных аманатов при грозненском дворе и набальзамированных голов второй половины — на кольях вокруг личной резиденции наместника Аллаха, меча Пророка, великого Хаджи-Додыра Мойдова.

Убедившись в том, что дорога совершенно безлюдна, Ассур быстро перемахнул на другую ее сторону и стал стремительно углубляться в чашу, петляя по едва приметной, поднимающейся в гору тропке промеж дубов, карагачей и буков, ныряя в густые заросли самшита и кизильника, ловко преодолевая древесные завалы и полосы колючих кустарников. Вскоре подъем стал заметно круче, слева и справа показались провалы узких и глубоких ущелий, а тропинка сделалась сперва едва различима, после же исчезла вовсе. Впереди виднелись скалы, лесистые гребни и зеленые травяные отроги Главного, или Водораздельного, хребта, между которыми мелькали, подобно серебристым лентам, Терек и впадающие в него реки и ручьи.

Солнце уже перешло далеко за полдень, когда Ассур добрался до небольшой гранитной скалы, очень похожей по своему виду на языческий жертвенник. Скала имела не более шестидесяти метров вышины; верхняя часть была плоской, но совершенно недоступной, нижняя спускалась к земле покатостью, по которой могла вскарабкаться разве обезьяна, а не человек. На половине ее высоты виднелось незначительное круглое отверстие и перед ним длинная горизонтальная скважина, открывавшая вход в обширную, но абсолютно неотличимую от подножия пещеру. Именно тут и находился его временный лагерь.

Место для тайной стоянки Ассур выбрал не случайно. Он знал, что здешние леса почти непроходимы для тех, кто незнаком с местностью и всеми проложенными в них воровскими тропами. Вековые неохватные стволы теснились здесь друг возле друга; корявые пни и корни деревьев, вырванных частыми в этих краях бурями, загораживали дорогу со всех сторон; колючие кусты и тысячи нитей от вьющихся растений, снабженных острыми, нередко ядовитыми шипами и широкими листьями, пересекали путь и составляли непроницаемую сеть, через которую можно было прорваться разве только с помощью топора и лазерного ножа.

Охотники тут показывались не часто: крупных зверей, вроде допотопных медведей, кабанов и диких коз, не говоря уже о позабытых зубрах или барсах, в кавказских лесах давно не водилось, а из мелкой живности попадались разве только лисы, куницы да шакалы. Последних, правда, было несметное количество.

И вообще, лучше этой самой природой устроенной крепости нельзя было и придумать для убежища. Продолговатая скважина защищалась натуральным бруствером, сверху ее прикрывал нависший широким козырьком уступ; отверстие можно было баррикадировать, в случае нужды, камнями, лежащими во множестве на дне пещеры, а самая скала едва виднелась среди непролазной чащи дремучего горного леса.

Ассур ловко преодолел неприступный на вид подъем и зашел в пещеру. В дальнем углу ее матово поблескивал обтекаемый серебристый корпус нового аэромоба-амфибии, предоставленного в его распоряжение Священной Конгрегацией. То был, по уверению Генерала-хранителя, аппарат наисовершеннейшей конструкции, вместивший в себя все последние достижения технической и дизайнерской мысли.

Действительно, аэромоб, или, правильнее, аэроморф, показал себя во время перелета сюда из Великой Моравии с самой хорошей стороны. В отличие от своих предшественников он имел повышенную безопасность эксплуатации в режимах вертикального взлета и посадки, а также — что немаловажно — исключительную экономичность подьемно-маршевой силовой установки. Это транспортное средство воистину нового поколения оказалось легким и стремительным, как самолет, и, при желании, экономичным, будто велосипед. Его композитный двигатель работал практически на любых видах топлива и даже на сжатом воздухе, а при необходимости легко переходил в реактивный режим. Но самое главное, его можно было