Пустая ловушка - Джон Данн Макдональд

— Чем занимаешься?

Его это, похоже, позабавило.

— Хочешь, чтобы я тебе растолковал?

— Ну давай. Так, ради смеха.

— Изучаю готовую комбинацию, которую собираюсь применить на турнире в Нью-Йорке, сразу после окончания школьных занятий.

— Ты просчитываешь такие вещи наперед?

Он окинул меня снисходительным, терпеливым взглядом:

— В наши дни все турниры выигрываются с помощью каких-нибудь готовых комбинаций.

— Ты так силен в шахматах, Джон?

— После этого турнира, если, конечно, выступлю так хорошо, как надеюсь, я буду пятым игроком в стране. — Он вдруг ухмыльнулся. — Тебе ведь все это до лампочки, так зачем спрашивать? — В этот момент он настолько походил на Мэри, что у меня прямо зашлось сердце.

— Мэри здесь?

— А ты разве не слышал? Тетя Мирна места себе не находит. Малышка Мэри прошлой ночью вообще не вернулась домой. Она и дядя Вилли в городе — теребят полицию.

— Я слышал про это. Ко мне с утра наведывалась полиция, потому что я встречался с ней накануне вечером. Я рассчитывал, что к этому времени она уже будет здесь.

— Появится! Она всегда появляется. Но тетя Мирна каждый раз беспокоится. Мэри уже не ребенок, ей двадцать шесть. Я тоже не ребенок, но попробуй это объяснить тете Мирне.

Прежде чем я вышел из комнаты, Джон уже вернулся в свой особый шахматный мир с жестокими диагональными ударами слонов и эксцентричными скачками голодных коней.

Я прошел к пляжу — полоске песка между двумя лодочными станциями. Там было много людей, в большинстве своем мне знакомых. Помахав кое-кому, я прошел к мужской раздевалке и переоделся. Потом принялся кружить по пляжу, присаживаясь на корточки, чтобы переговорить с разными группками. Факт исчезновения Мэри интересовал их постольку поскольку. Это была не требующая особенного напряжения игра — попытаться отгадать, что ей взбрело в голову.

Три девочки — дети Вилли и Мирны Прайор — находились на пляже. Само собой, Мэри они приходились двоюродными сестрами пятнадцати, шестнадцати и семнадцати лет. Коричневые, крепенькие, хорошенькие, с кудрявыми каштановыми волосами. Благодаря отсутствию Вилли, оставшегося в городе, девочки вели себя куда более раскованно со своими друзьями мужского пола, чем мне доводилось видеть прежде. Их купальники были ультра-консервативного фасона (вероятно, по требованию Вилли), но одна из них использовала в качестве подушки поясницу своего друга, а другая предоставила спутнику подушку в виде своего округлого коричневого бедра. Третья парочка шепталась, соприкасаясь головами. Девушек звали Джиггер, Дасти и Скитер, но я не знал, кто из них кто. Они заставляли меня чувствовать себя очень, очень старым.

Некоторых из гостей я видел прошлым вечером в клубе, и они знали, что я встречался с Мэри, так что мне пришлось рассказать мою историю несколько раз, стараясь не отклоняться от той, которую я поведал двум разбудившим меня офицерам.

При этом я все время продолжал думать о безмолвном теле, которое оставил в лесу.

Быстро искупавшись, я вернулся на пляж. Кто-то дал мне банку холодного пива. Я разговаривал с изящной блондинкой, которая, разомлев на солнышке, похоже, стала оказывать мне знаки внимания, когда увидел Додда. Он шел к пляжу, явно кого-то разыскивая. Увидев меня, Додд направился прямо ко мне, улыбаясь и помахивая рукой друзьям, мимо которых проходил.

Додд — мой босс. Он высокий, как и я, но на тридцать фунтов тяжелее. Дополнительный вес не сосредоточен в каком-то одном месте, а распределяется равномерным слоем, размывая его очертания. Его волнистые светло-каштановые волосы чуточку длинноваты. За исключением рта, черты лица Додда приятные, щеки покрыты румянцем. А вот рот маловат, так что в гневе его лицо становится чуть заостренным и женственным. У него дружеская, сердечная манера общения. Он почти чудесный парень. Вот это и осложнило дело, когда на пляже появился Додд, — то, что он почти чудесный парень.

Его предшественник, мой предыдущий босс, был лучшим из всех существующих.