Любовь не без улик - Настя Ненастьева

– Без понятия, – выдохнул Егор.

– Думаешь, твой сосед как-то поможет нам с расследованием?

– Возможно. Леша историк, к тому же коренной петербуржец. Надеюсь, что-то полезное расскажет. Сейчас приедем, должны его встретить, он как раз в шесть утра с ночной смены вернулся.

– Работает?

– Ага, подрабатывает где-то, хочет девушке айфон на день рождения купить.

– Понятно.

– А ты? Хотела бы айфон? – осторожно спросил Егор.

Юля удивленно приподняла брови.

– Не знаю, – честно ответила она. – Наверное, нет. То есть телефон – это просто телефон. Лишь бы не тормозил и камера была нормальная. Желания должны нести в себе что-то большее… Потому что чем они проще, тем короче радость от исполнения. Невозможно ведь долго радоваться телефону, правда? Сначала ты такой: «Вау, новый айфон!», а через пару дней: «Ага, новый айфон». Это как воздушный шарик: сначала радует, а потом сдувается.

Она бросила на Егора быстрый взгляд:

– А ты что, планировал?

Он заметно смутился, отвел глаза и потер переносицу – жест, который выдавал его всегда.

– Да нет… э-э… просто спросил.

Отчего-то Юля тоже смутилась и почувствовала себя так, будто сказала лишнее.

– Хороший скетчбук – лучший подарок, это я тебе как художница говорю, – быстро сказала она, будто оправдываясь.

– А скетчбук – это разве не материальное? – улыбнулся Егор и облегченно выдохнул: как хорошо, что она перевела тему.

– Материальное, – согласилась Юля. – Но! Там я могу нарисовать какой-нибудь шедевр, который войдет в историю. И тогда это будет уже совсем не материальный подарок.

Она оживилась, словно переключив тумблер:

– Кстати! Я такого колоритного дядьку сегодня зарисовала, пока в электричке ехала! Сядем в вагон – покажу!

– Че? Привидение? Это прикол какой-то?

Если Егор производил впечатление человека, который в три ночи способен был сорваться с места ради странной идеи или спонтанного расследования Юли, то Леша выглядел так, словно предел его приключений – это очередь в архив и редкая удача найти нужный документ с первого раза.

Юля ожидала увидеть кого угодно: простого студента, вечно сидящего в компе в наушниках и во что-то играющего, шумного тусовщика в яркой футболке или загадочного фрилансера в выглаженной рубашке и с ноутбуком под мышкой. Вместо этого перед ней стоял классический представитель вида «ботаник обыкновенный».

Худой, высокий, чуть сутулый, в растянутой кофте и в очках с тонкой оправой, правда, довольно модных, возможно, даже фирменных. Леша держал в руках кружку с давно остывшим кофе и выглядел так, будто существовал последние несколько часов в режиме энергосбережения и экономил каждое движение.

Взгляд у него был расфокусированный, волосы торчали в разные стороны, а лицо выражало чистое, неподдельное недоумение из разряда «я вообще-то собирался спать, а не разбираться с потусторонними явлениями».

Юля сидела на стуле у стола, Егор стоял рядом, скрестив руки на груди, а Леша прислонился спиной к подоконнику и смотрел на них так, словно уже чувствовал какой-то подвох.

– Ну, не то чтобы прям привидение, – начала Юля. – Это я так сказала, чтобы сразу тебя заинтересовать.

– Так, ладно. Выкладывайте по порядку. Мы знакомы пять минут, а прекрасная девушка уже хочет меня заинтересовать! Вообще-то, у меня уже есть кое-кто, – деловито заявил Леша, поправляя очки.

Юля растерянно переглянулась с Егором. Тот лишь едва заметно дернул уголком губ.

– Я вообще не в этом смысле… В общем.

Она коротко рассказала про странные фотографии из разных эпох, про девушку с зонтом, которая появляется на снимках, и про то, как та же самая фигура мелькнула в объективе Егора совсем недавно – уже в наше время. Леша слушал молча, время от времени морщась и делая глоток остывшего кофе, а под конец прищурился так, будто в голове у него уже начали щелкать какие-то внутренние «исторические» шестеренки.

Юля достала из сумки бумажный конверт с фотографиями, но Леша остановил ее одним движением руки.

– Можешь даже не вынимать фотки. Я уже и так знаю, кто это и о чем вы.

– Да ладно?! – не сговариваясь, воскликнули Юля и Егор.

– Девяносто девять и девять процентов, что речь идет о так называемой Вечной прохожей. Слышали о такой городской легенде?

Он посмотрел на них поверх оправы.

– Хотя… откуда вам слышать. Вы же приезжие.

Слова прозвучали почти буднично, но Юлю они все равно царапнули. Она выпрямилась на стуле.

– Я вообще-то коренная петербурженка. Просто… ради бабули мы переехали за город. Вот и все.

Леша кивнул и повел плечом, будто принял эту ненужную ему информацию к сведению. Тогда Юля продолжила, уже чуть жестче:

– И все равно. Про призрак Павла Первого в Михайловском замке я слышала. Про Софью Перовскую – тоже. Про Пиковую даму на Малой Морской – пожалуйста. Но про эту Вечную прохожую – вот ни разу. Откуда она вообще взялась?

– Леха, может, ты взглянешь все же на снимки? – спросил Егор, взял из рук Юли конверт и подал соседу.

Леша оторвался от подоконника, взял фотографии и неспешно разложил их перед собой на столе, заваленном тетрадями, книгами и пустыми пачками из-под разных снеков. На мгновение он замешкался:

– Откуда они у вас?

– Купила на ярмарке на Манежной площади. А что такое?

– Ничего, просто интересно. Они ведь редкие.

Он начал перебирать снимки, оценивая незнакомку. Юля ловила взглядом каждое его движение. И в какой-то момент на лице Леши появилась тихая довольная улыбка, почти незаметная.

– Почему улыбаешься? – настороженно спросила Юля.

– Потому что все сходится, – спокойно ответил Леша. – Вечная прохожая. Это она.

– И что ты можешь о ней рассказать? – вмешался Егор.

– А это вообще точно городская легенда? – не унималась Юля.

Она и сама не могла понять, что ее больше раздражает: мысль о том, что все можно объяснить очередной байкой-бабайкой, или этот слишком уверенный тон Леши.

Леша вздохнул, снял очки и устало потер переносицу.

– Юля, да? Если вам обоим не нужна моя помощь, можете сразу сказать. А если не веришь, просто посмотри в интернете. Там найдешь кучу статей и упоминаний о Вечной прохожей на сайтах и в блогах.

Юля смутилась.

– Прости. Я правда не хотела тебя задеть.

– Расскажи, – мягко попросил Егор.

– Считается, что девушка с фотографий – Мария Ярская, дочь мелкого петербургского чиновника, жившая в середине девятнадцатого века, – начал Леша уже куда увереннее, словно пересказывал выученный конспект. – В юности она работала помощницей в одном из фотосалонов: раскладывала реквизит, поправляла фоны, встречала клиентов. Поэтому часто крутилась рядом с фотографами, а потом стала и позировать, потому что была редкой красавицей.

Он тихо цокнул языком, пролистывая карточки.

– В источниках пишут, что она мечтала о театре, хотела стать актрисой,