Любовь не без улик - Настя Ненастьева

– В смысле, исчезла? – нахмурилась Юля.

– Официально – уехала с гастролирующим цирком. А неофициально – утонула в Неве. Документов не сохранилось.

– Второе звучит правдоподобнее, – заметил Егор.

Леша пожал плечами.

– Возможно. Но именно после этого она начинает появляться на чужих снимках. Легенда говорит, что в день ее исчезновения в салоне делали экспериментальный кадр с длинной выдержкой и новым химическим раствором. Мария случайно прошла перед объективом и будто растворилась. Исчезла, короче. С тех пор она якобы застряла между фотографией и реальностью.

Брови Юли тут же взлетели вверх.

– Самые упертые коллекционеры верят: если собрать все снимки Вечной прохожей, она сможет вернуться. Поэтому в узких кругах такие фото ценятся особенно.

– Это уже совсем сказки, – фыркнула Юля. – Человек из девятнадцатого века не может просто взять и воскреснуть.

– Кто знает. – Леша криво усмехнулся. – Но факт остается фактом: снимки с Вечной прохожей стоят бешеных денег. Тебе, Юль, реально повезло, потому что ты купила их почти даром. Коллекционеры сейчас прочесывают весь город и область в поисках очередного экземпляра. Я слышал, на факультете говорили, что одна фотка с Марией стоит тысяч сто.

– Да ты шутишь?!

У Юли внутри будто что-то щелкнуло. Мысли понеслись наперегонки, как электрички на соседних путях. Продать? Тогда можно какое-то время спокойно снимать комнату в Питере. Или купить бабушке действительно хороший подарок, не из разряда «что было по акции». Оставить? Вдруг через пару лет цена станет еще выше. Или вообще отдать в музей и стать филантропом хотя бы на один день и почувствовать себя ценным человеком.

Она уставилась на фото, лежащие на столе. Леша, видимо, понял, о чем сейчас думает Юля, а потому посоветовал:

– Не продавай, – сказал он уже без шуток. – И вообще, не светись с ними перед антиквариатщиками. Пусть полежат. Такие вещи со временем только дорожают.

– А что в них такого особенного? Не верю, что фото малоизвестной девушки так интересуют любителей антиквариата.

– Согласен. Моя мама тоже хранит дома снимки прапрабабки, а она дворянка была. Но они стоят ну максимум косарь, – добавил Егор.

– Ну как что особенного? Это же настоящая коллекция теней! Она как тень появляется на фото!

Юля недоуменно свела брови: такой аргумент ее не устроил.

– Сами посудите, – продолжил Леша. – Привидение на снимках.

– И ты туда же с привидениями… – вздохнул Егор.

– Ладно, вот вам более весомые аргументы.

Леша посмотрел на обороты нескольких карточек.

– Фотки сделаны самыми известными фотографами России девятнадцатого века. Это большой раритет, то есть они уже имеют историческую ценность и как минимум должны лежать в одном из многочисленных музеев.

– Допустим.

– Дальше. Мария всегда одинакова на снимках разных десятилетий, что создает эффект «вечной девушки». А коллекционеры ценят уникальные мотивы: не просто портрет, а повторяющийся, «завораживающий» образ. Вы и сами не просто так ввязались в это… хм… расследование? Зачем, кстати, вам это все?

– Затем, что Егор сфоткал ее на Манежной площади, когда я покупала эти самые снимки!

Лицо Леши вмиг вытянулось. Улыбка исчезла, плечи напряглись, а взгляд стал вдруг слишком внимательным.

– Что ты сказала?

Егор разблокировал телефон и показал фото, сделанное в тот день. Леша присмотрелся.

– Д-да. Это она, – растерянно сказал он, переводя взгляд на окно.

– Как это можно объяснить?

– Я… Я не знаю. Это… что-то странное.

– Выходит, Мария все же воскресла? – улыбнулась Юля.

– Выходит, да, – перевел взгляд на нее Леша. – Ой, да ерунда это какая-то. Наверняка просто похожая девушка.

– В таком же платье?

– Совпадение.

– И с зонтиком?

– Ну, бывает. Что, разве редко кто-то по улице с зонтом ходит?

– В плюс двадцать пять? Ты серьезно?

– Короче, не знаю я. Решили в детективов поиграть – играйте. Я вам рассказал все, что мне известно про Вечную прохожую. Дальше уже сами.

Леша взглянул на часы.

– И вообще, не хочу показаться некультурным и негостеприимным, но ко мне должна Туся прийти. У нас свидание, – быстро добавил он и кивнул на коробку, лежащую на краю стола.

Там был новенький айфон последней модели. Юля понимающе и с улыбкой закатила глаза: видно, девушка и впрямь ему нравится, раз такие дорогие подарки дарит. Или же… просто понимает, что она – его единственный шанс.

– Спасибо, Леша. – Юля искренне поблагодарила его и встала со стула.

Тот коротко и немного нервно кивнул и небрежно сгреб фото со стола.

– Осторожнее, они стоят как этот самый айфон, – нахмурился Егор, забирая карточки. – Сам говорил.

– Да… Ладно, пока!

Оказавшись за дверью, Юля с Егором почти сразу столкнулись с уже знакомым ей соседом Виталиком. Тот окинул девушку внимательным взглядом, кивнул и выдал с неожиданной торжественностью:

– Здравствуйте, барышня.

После этого так же внезапно исчез в своей комнате.

В крошечной каморке Егора она вдруг почувствовала себя спокойно, будто попала не в еще одну съемную комнату коммуналки, а в какое-то временное убежище. Здесь пахло кофе и стиральным порошком – Егор был тот еще чистюля. Юля бросила сумку на кровать и выдохнула.

– Что думаешь по поводу всего этого? – спросил друг, щелкая кнопкой электрического чайника.

– Леша какой-то странный, – задумчиво протянула Юля. – Начал нас выгонять ровно в тот момент, когда увидел фотку с этой Марией на телефоне.

– К нему правда девушка должна прийти. Я же говорил: он по ночам вкалывает, чтобы ей на подарок заработать. Вот – заработал.

– Ты знаком с этой Тусей? Что вообще за имя такое?

– Лично нет. Только по его рассказам. Она у него и красивая, и умная, и вообще идеальная. Наташа ее зовут, на журфаке СПбГУ учится.

– А-а-а… – протянула Юля. – Тогда понятно.

Она помолчала секунду и добавила:

– Все равно. Откуда он так досконально знает историю про Марию Ярскую? Я вот впервые слышу.

– Ну, он историк. Он много чего знает, на красный диплом идет вроде как. Плюс сказал, что на факультете эти фотки обсуждали. – Егор пожал плечами, достал из шкафа две идеально белые чашки и бросил в них по пакетику чая из коробки.

– Мне…

– Зеленый с жасмином. Твой любимый.

Юля распахнула глаза. На секунду она просто уставилась на Егора и почувствовала, как внутри что-то мягко екнуло, а щеки предательски загорелись.

– Ты запомнил?

Егор неловко почесал затылок, делая вид, что очень занят чайником.

– Ну… да. Ты же сама говорила как-то. В электричке, кажется.

Юля улыбнулась. Она никогда не говорила, что это ее любимый чай. Просто всегда заказывала зеленый с жасмином, если он был в меню кафе. Машинально, не придавая значения.

А Егор заметил.

И запомнил!

От этой мысли стало