Мюнхенский узел. Книга 1 - Тим Волков
— Weiland! (Некогда!) — проходя мимо, угрюмо буркнул Захар.
— О-хо-хо! — ночная фея явно обиделась. — Was für eine! Pfui auf euch. Ugh! Nun, heute ist es so unglücklich! Oh, du. pharaonen noch! Du hättest deine Krallen zerrissen, Anchen!
(Ишь какие! Тьфу на вас. Тьфу! Да что ж нынче невезуха такая! Ох ты ж. фараоны еще! Рвала б ты когти, Анхен!)
Обиженная дама полусвета зацокала каблучками. Ушла. Только белое платье мелькнуло. Белое платье и красный берет.
Оказавшись у знакомого крыльца, Амзораков вытащил из кармана инструменты. Иван Павлович, в куртке и кепке, добросовестно стоял на шухере… Что-то звякнуло. Захар обернулся:
— Прошу!
С замком кабинета он провозился еще меньше, а вот с несгораемым шкафом — минуты две.
Иван Павлович поднес к бумагам фонарик… Какие-то накладные, счета…
— Ого! Тут и по-русски…
Отчет от концессии с компанией «Марзолото»! Какие-то цифры… Черт! «Мариинское золото»! Берикуль! Они восстановили заброшенный прииск! И это золото теперь…
— Иван Палыч — тсс!
Доктор замер. Снаружи, в коридоре, послышались чьи-то крадущиеся шаги.
Глава 17
Кто-то осторожно, крадучись, подошел к двери и нажал на ручку. Видно было, как конец ручки медленно пополз вниз. Доктор поспешно выключил фонарик.
Скрипнула дверь, и на пороге возникла худосочная фигура вкепке…
— Бежим!
Оттолкнув незнакомца, Иван Павлович выскочил из кабинета и опрометью бросился по лестнице вниз. Позади поспешал Амзораков.
— Нет, не к пивной! — догнав доктора, взволнованно воскликнул Захар. — Там полиция… Давайте туда, за деревья…
Со всей поспешностью беглецы юркнули в узкий проулок, едва не столкнувшись с маленьким черным кабриолетом с понятым верхом. На переднем сиденье, рядом с шофером, сидела женщина — молодая блондинка с накрашенными ярко-красной помадой губами. В белом платье и в красном берете в цвет губ. Водителя разглядеть не удалось — все на бегу, быстро…
— Вон, туда… — снова указал Амзораков.
Соратники проворно юркнули во двор. Слышно было, как позади, на улице, завелся, загудел мотор. Машина отъехала… Все стихло.
Над покатыми крышами ярко сияла луна. Где-то в подвале утробно мяукнула кошка.
— Нам бы сейчас такси, — осматриваясь, Захар глянул на часы. — Полпятого. Однако, скоро и утро.
— Поедем, — чуть помолчав, сквозь зубы протянул доктор. — Не надо, чтоб нас здесь кто-то видел. И такси или извозчика лучше поискать в каком-нибудь другом месте. Подальше от конторы!
— Понимаю, Иван Павлович… — напарник вдруг улыбнулся и вытащил из кармана тужурки… целую пачку купюр! Две коричневые банкноты по пятьдесят марок, четыре «синенькие», еще несколько двадцать пяток, красивых, с серыми нарисованными елками.
— В шкафу вместе с бумагами лежали. Вот, прихватил… — неожиданно улыбнулся Захар. — Не потому, что я — вор. А потому что — пусть думают, что мы — воры.
— Молодец, соображаешь! — Иван Павлович тут же оценил задумку. И подумал, что очень хорошо сделал, что не прихватил с собой найденные документы… хотя, признаться, мысль такая была.
— А парня того я узнал, — тихо произнес Амзораков. — Тот самый, с улицы. Который к нам подходил. Видать, проследил, гад… Уж сейчас поживится! Может, еще денег найдет.
Парень еще хотел что-то сказать, да не успел — где-то невдалеке вдруг гулко прозвучал выстрел! А еще послышался звук разбитого стекла.
— Да уж, — студент передернул плечами. — Ну и райончик!
— Ага… — оглядываясь, отрывисто кивнул Петров. — Давай-ка ноги в руки…
— Да. Пожалуй, пора.
Светало. Звезды потускнели, а луна сделалась серовато-белой и какой-то будто бы ненастоящей, как отраженье в воде. Пройдя наугад дворами и спугнув пару влюбленных парочек, напарники вышли к Изару, и по узкой набережной зашагали к мосту. Там, у помпезного здания Маскимилианеума, начинались уже куда более цивилизованные места. Там и поймали такси — большой колымагистый «Даймлер».
* * *
Утром следующего дня Иван Павлович выехал по делам концессии Берлинским экспрессом. Якобы в Советское торгпредство — так было сказано Лобанову и всем прочим. На самом же деле доктор ехал к старому Эрнсту Вайбергу. Владельцу книжной лавки, человеку, адрес которого еще в Москве дал Ивану Павловичу Валдис Иванов, чекист и старый приятель.
Дорога прошла незаметно. Уютное купе первого класса, священник-сосед — пожилой и молчаливый. Даже удалось немного поспать!
Через пять с половиной часов, технический директор концессии уже садился в такси на привокзальной площади германской столицы.
Бульвар под Липами — Unter den Linden, Дом, Мартин-Лютер-кирхе…
— Данке! Прошу получить…
Кантштрассе, проходной двор, старинная, с колокольчиком, дверь. «Эрнст Вайберг. Книги и ноты».
— Здравствуйте, герр Вайберг. Я от Валдиса. Уже как-то заходил…
— Я вас помню… Прошу! — старик кивнул на задернутую занавеской дверь за прилавком…
— Это надо будет отослать в Москву обычной почтой.
Пройдя в комнату, доктор вытащил зашифрованное послание:
— На имя инженера В. Иванова. Адрес указан…
Увы, международные отправления нельзя было просто бросить в почтовый ящик. От иностранца же обязательно потребовали паспорт! А вот к местным отношение было не таким строгим…
Мюнхен был не вариант — за иностранной концессией в любом случае присматривали, следили…
Пришлось действовать через Берлин.
На первый взгляд — вполне обычное ничем не примечательное письмо. Приветы родным, жалобы на берлинские цены… Самое главное было написано между строк симпатическим чернилами.
Иван Павлович срочно просил тщательно и тайно проверить концессию по добыче золота «Марзолто — Стассенбург». И прииск на Берикуле.
* * *
Иван Павлович вернулся в Мюнхен ранним дождливым утром. Сразу же взяв такси, поехал к себе на Максмилианштрассе, в гостиницу «Четыре времени года». Взяв в вестибюле вчерашних газет, доктор уже собрался было подняться к себе, как вдруг его окликнул портье:
— Герр Петрофф? Sie erhalten eine Polizeimeldung!
(Вам полицейское извещение)
Что такое «извещение», господин технический директор не понял, зато хорошо разобрал слово Polizeimeldung — «полицейское».
— Данке… — взяв плотный казенный конверт, поблагодарил Иван Павлович. — Данке шен.
Войдя в комнату, доктор поставил саквояж в угол и повесил на вешалку мокрую шляпу. Спать не хотелось — выспался в поезде, а вот принять ванну было бы неплохо. Если, правда, имелась горячая вода. С утра могла и не быть, с горячей водой в Германии дела обстояли печально. Впрочем, не только с горячей водой.
Но, сначала повестка!
Сняв пиджак, доктор зашел в ванную и включил воду — пропустить холодную. Потом уселся в кресло,