Офшорный блюз - Владимир Прягин

— Гм, — сказал Ростислав с сомнением, — ты уверен, что сможешь его заинтересовать?

— Ну, тебя же смог.

Ростислав нахмурился и замолчал надолго. Я не торопил его, просто смотрел на город, наполненный электричеством.

— Предположим, я дам тебе его номер, — прервал молчание Ростислав. — Позвонишь ему прямо сразу?

— Нет, через пару дней. Сейчас у меня ещё нет внятного плана, надо определиться и подготовиться.

Мы договорились, что встретимся в ближайшее время, и я поехал домой.

Мой так называемый план напоминал уравнение с таким количеством неизвестных, что рябило в глазах. Как привести всё это в удобоваримый вид, я пока не знал. Надеялся, что придумаю что-нибудь на свежую голову, завтра-послезавтра.

Полезных снов я вновь не увидел, к вящему сожалению.

Утром поработал извозчиком для Фёдора Степановича, а когда вернулся в контору, со мной вдруг заговорил второй советский чиновник, весёлый Илья Семёнович.

— Я вас не отвлеку, Александр? — спросил он.

— Нет, я свободен. Отвезти вас куда-нибудь?

— Я по другому поводу. Если не возражаете, хотел бы задать вам пару вопросов.

В отделе мы с ним были вдвоём, коллеги разъехались по делам.

— Да, слушаю вас, — сказал я.

— Как я узнал от вашего начальства, вы непосредственно участвовали в задержании Синельникова и некоторое время общались с ним без свидетелей. Он рассказал вам что-нибудь конкретное о ходе своих поисков? Что-нибудь такое, что вы не упомянули в отчёте? Мне интересен уровень его информированности.

— А вы с какой целью интересуетесь, Илья Семёнович? Вы точно из МВД или из другого ведомства, смежного?

— Ход ваших мыслей мне нравится, — улыбнулся он добродушно. — Но я и вправду из МВД. Хотя отрицать не буду, моя задача в Новоархангельске отлична от той, которую выполняет Фёдор Степанович. Мне поручено обсудить со здешними коллегами несколько другие вопросы. И да, вы правильно догадались, они касаются аномалии на одном из маленьких островов. Но если вы наотрез отказываетесь это обсуждать, не буду настаивать. Для меня высказывания Синельникова представляет лишь косвенный интерес. Они помогли бы мне лучше оценить ситуацию.

— Особых подробностей всё равно не знаю, — сказал я. — Синельников, по его словам, рассчитывал там найти какие-то уникальные артефакты. Они называл их «вкрапинами». Они якобы вокруг острова. Не металлы и не драгоценные камни, что-то вообще другое. А ещё он намекнул мне, что они имеют инопланетное происхождение. То ли всерьёз так считал, то ли морочил мне голову. Если честно, у меня подозрение, что он тоже агент какой-нибудь…

— Уверяю вас, он — именно тот, за кого себя выдавал. Рисковый авантюрист и страстный коллекционер. Адреналиновый наркоман, как принято сейчас выражаться.

— Ну, может быть, — согласился я. — А точных координат острова он не знал, отсеивал варианты. На юг от Новоархангельска собирался искать, насколько я понял…

— Юго-юго-восток, километров сто сорок, — поправил Илья Семёнович безмятежно. — В проливе Дюка. Но это не имеет практического значения. Побочные эффекты вокруг острова не являются артефактами в том утилитарном смысле, как это представлялось нашему фигуранту. Нельзя туда просто съездить и собрать их в корзинку. Это скорее флюктуации, регистрируемые приборами.

Я ошарашенно уставился на него:

— А вы откуда знаете?

— Из бесед со специалистами, разумеется. Есть косвенные данные. Не забывайте также — до революции эта тема курировалась из Петербурга. Существовала лаборатория при Русском географическом обществе, не публиковавшая результаты открыто. Обсуждались гипотезы, опять-таки в закрытом кругу. Как мне говорили знающие люди, там были заняты очень сильные теоретики. Они с высокой точностью вычислили момент, когда аномалия должна выйти на пик. Погрешность составила всего около полугода, как мы теперь убеждаемся. Но после революции лабораторию упразднили. Наше государство в те годы не было склонно тратить деньги на изыскания, не имеющие прикладного значения. Да и доступ к аномалии был утрачен.

— Так всё-таки, — сказал я, — что хранится на этом острове?

— Я не знаю, — развёл руками Илья Семёнович. — В девятнадцатом веке аномалия проявлялась не так активно, и ещё не было нужной техники, чтобы работать с ней полноценно. А наши нынешние данные — косвенные, повторюсь. Ситуацию я наблюдаю извне, как, собственно, и вы. На острове не был, в секреты ваших концернов не посвящён.

— Ну, аномалия хотя бы инопланетная или нет? Зелёные человечки, метеорит? В Петербурге до революции это ведь наверняка обсуждалось…

— Теоретические выкладки до конца понятны лишь физикам, а я — не из их числа. Но, насколько могу судить, версия с пришельцами или с метеоритом никогда не считалась приоритетной. Затрудняюсь ответить более точно.

Мы помолчали. Затем я хмуро спросил:

— Зачем вы мне это рассказали?

— Во-первых, — спокойно ответил он, — в порядке взаимности. Из вежливости, если угодно. Вы кое-что рассказали мне, а я — вам. Ну, а во-вторых… Простите за прямоту, Александр, но вы мне кажетесь человеком, который тоже склонен к авантюризму. И, судя по контексту, ваш интерес к делу несколько выходит за рамки чисто служебного. Почти не сомневаюсь, что вы продолжили бы искать этот остров и в итоге нашли бы. Это не так уж сложно при наличии времени… Нет-нет, я вас не отговариваю. Каждый, как говорится, сходит с ума по-своему. Просто хочу немного смягчить для вас разочарование. На сам остров вас всё равно не пустят, а никаких сокровищ в окрестностях не найдётся. Сами посудите — если бы они были, кто-то уже собрал бы их и похвастался бы прилюдно. Судоходство там достаточно интенсивное…

Встав со стула, он усмехнулся:

— Впрочем, вреда от морской прогулки тоже не будет. Удачи вам в любом случае. Расспросить вас о впечатлениях уже не смогу — мы с Фёдором Степановичем сегодня улетаем обратно. Вы нас подбросите до аэропорта?

— Куда ж я денусь.

Илья Семёнович вышел, а я схватил крупномасштабную карту архипелага.

Юго-юго-восток, сто сорок километров…

М-да, если он не врёт, то это рядом с крупными островами, суда там ходят периодически, да и сам пролив не такой широкий. Если бы «вкрапины» бросались в глаза, их могли бы и с берега заметить…

Но хотя бы для галочки я должен проверить лично. И да,