Звездные Рыцари. Книга 3 - Юрий Винокуров

Планета Скверна

Система BTC-83956АА

17 мая 2244 года с основания Звёздной Империи (настоящее время)

Дредноут «Истина». Высокая орбита.

Поверхность Мёртвого мира с «милым» именем Скверна с орбиты в обычное время разглядеть было невозможно.

Её затягивала элериумная буря, которая постоянно бушевала в верхних слоях атмосферы всякого Мёртвого мира и выжигала начинку любого корабля, подошедшего слишком близко. Планета была завёрнута в эти буревые потоки, как в тёплое одеяло, и лишь изредка, на короткое время, которое имперская наука так и не научилась предсказывать, в этом «одеяле» иногда появлялись прорехи. И сквозь них открывался небольшой кусочек поверхности, тот, что случайно оказывался под разрывом, и ровно настолько, насколько Скверна позволяла на него взглянуть непрошеным гостям.

Всё остальное, происходящее на поверхности, оставалось только домысливать. Вот только Империя домысливать не любила, а потому имперский наблюдатель просто терпеливо ждал новых «окон».

Над планетой, на почтительном расстоянии в стороне от неё, стояли космические флоты. Их было семь, семь флотов Великих государств, и каждый держался над своей зоной ответственности, не смешиваясь с соседями. Транспортники Золотой Лиги, с конвоем из тяжелых крейсеров, авианесущий флот Единой Республики прикрывал собственные сухогрузы, разномастные корабли крупнейших кланов Конфедерации Ориона окружили свои военные транспортники… Все флоты висели раздельно, держа между собой расстояние, которое не пересекал ни один вымпел.

Это были флоты Игр Возвышения Великих государств. В основном здесь должны были быть транспортные корабли с небольшим эскортом. По факту же понятие «небольшой» у каждого Великого государства разнилось. При том, что личным указом Императора во время Игр в космосе над Мёртвыми мирами противостояние между Великими государствами было запрещено, по факту, время от времени стычки случались. Тем более, что между Великими государствами постоянно шли военные конфликты какого-либо рода. И в любой конкретный момент времени политические отношения между ними сильно разнились.

Игры Возвышения длились в среднем один год. Никто в здравом уме не будет держать экспедиционный корпус с лучшими своими воинами, а именно — Звездными рыцарями, этот год над мертвым миром. Они прибывают незадолго до высадки на поверхность, когда там уже организован плацдарм. А вот обычный военный флот с обычным неодаренным персоналом — это совсем другое дело. Общая численность всех флотов Великих государств была поистине огромна, и поддержать небольшой контингент над миром, который поставляет самый ценный ресурс в Галактике они вполне себе могут позволить. Тем более, что транспортники, используемые здесь, имеют всего одно назначение — обеспечение Игр Возвышения.

Ну и, опять же никто не отменял старое доброе «поиграть мускулами».

Между флотами, как будто обособлено, стоял одинокий корабль. Это был имперский дредноут под названием «Истина».

Дредноутов не существовало ни в одном из семи Великих государств — строить корабли этого класса дозволялось только Империи, и запрет этот был одним из основополагающих в Империи. «Истина» превосходила размером и числом орудий любой из кораблей Великих государств, однако главное её свойство было иным: дредноут мог уничтожить мир. В его чреве находилось оружие, которым Империя за тысячи лет не поделилась ни с одним из подданных, и это было гарантией мира в Галактике и основой власти Императора.

На борту «Истины» находился имперский Арбитр, и потому именно она была здесь главной.

Многие из государств буквально ненавидели друг друга, и в иное время и в ином месте эта ненависть выплеснулась бы космическим сражением прежде, чем кто-нибудь успел бы назвать причину. Но под сенью «Истины» ни один командующий не осмелился бы отдать приказ к началу сражения, потому что над ними всеми стоял дредноут Того, кого любили и боялись больше всего. Ради одного этого, ради того, чтобы над умирающим миром не вспыхнула вдобавок грызня падальщиков за право первыми обглодать добычу, Империя и держала здесь «Истину» и своего Арбитра.

Арбитра не звали никак.

У него было обозначение — короткое сочетание буквы и числа, которым он подписывал донесения на Терру, и это обозначение заменяло ему имя так давно, что имя, если оно когда-то и было, не оставило в памяти даже тени. Его взяли ребёнком, как берут всех, кому предстоит служить имперским Орденам, и то, что из ребёнка сделали… уже было трудно считать настоящим человеком.

Из него убрали лишнее. Убрали страх, убрали жалость, убрали ту часть человека, что колеблется и пытается найти противоречия в приказах, и оставили ровно столько, сколько нужно, чтобы измерять, взвешивать и выносить решение. Арбитр был живым инструментом, выкованным под одну задачу, и задачу свою он исполнял безупречно, потому что ничего иного в нём не осталось.

Кстати, именно эти Игры были для Арбитра первыми. Нет, он был опытен и заслужен, за плечами лежали десятилетия измерений: торговые войны, пограничные споры, клановые распри Великих государств. Просто прежний наблюдатель Игр ушёл в отставку по возрасту, случалось в Империи и такое, и на освободившееся место Орден выставил лучшего из готовых. Так что Скверна стала его первым Мёртвым миром.

Таких, как он, Империя делала не первую тысячу лет и делала хорошо. Детей брали рано, до того как в них успевало сформироваться и «затвердеть» личность, непригодная для службы Императору. Их растили так, что «детство» переживал едва ли один из сотни, ну а тех, кто… отсеивался в процессе, не считали потерей, потому что смысл отбора в том и состоял, чтобы отсеять всё, что способно сломаться.

Выживших детей в имперских Орденах не награждали и не любили. Их «затачивали», как затачивают оружие. Из будущего Арбитра вытачивали Его Правду, из будущего Инквизитора — Его Волю, из будущего Преторианца — Его Карающую Руку, и каждого доводили до совершенства «инструмента», в котором не оставалось ничего человеческого.

И на самом верху этой Машины по производству Инструментов, недостижимо далеко, стоял Тот, кто её придумал: бессмертный и безымянный для большинства так же, как безымянны были его слуги, и оттого, что он был бессмертен, вся выстроенная им махина не знала ни усталости, ни сомнения, ни спешки. Орден Арбитров просто «измерял» Галактику и выносил ей решения, век за веком, и никогда не ошибался…

Сейчас Арбитр диктовал донесение.

— Шестьдесят вторые сутки наблюдения, — говорил Арбитр в пустоту перед собой, и корабль записывал каждое слово, чтобы после сжать его в шифрованный пакет и бросить сквозь космическое пространство туда, где такие пакеты собирали и читали. — Диспозиция флотов без