Быть человеком - Вадим Алексеевич Михейкин

Тот, что за стойкой, продавал визы – тощий, лицо его, в отличие от охраны, без маски, и было оно будто изъедено оспой.

Перед ним – весы для патронов, микстуры и пистолет.

– Новые лица! Надолго в наши края? – спросил он, ковыряя под ногтями грязь ножом.

– Я – на три дня, а он…

– На неделю, – быстро вставил Костик.

Голос парня звучал слишком уверенно для того, кто тут впервые. Он даже не дрогнул, когда бандит в противогазе якобы невзначай громко передернул затвор своего автомата.

Продавец виз хмыкнул, достал из-под стола старый, еще советских времен калькулятор. Набил числа.

Костик побледнел, но Сорока достал ПДА, приготовился к оплате.

– Не спеши, парень. У тебя дробовик? – Бандит глянул на его оружие и добавил к полученной сумме еще процент.

Сумма получилась круглой. Даже слишком.

– Это за мой дробовик такая цена? – изумился сталкер.

– А ты думал? У нас тут демилитаризованная зона. Если цена кусается, можешь оставить здесь. Все равно через три дня вернешься, – усмехнулся бандит.

Стоящий за спиной боевик в маске хмыкнул.

Сорока осмотрел их и тяжело вздохнул. Расставаться со своим оружием он никак не хотел. Да и слабо верилось, что оно не исчезнет здесь за три дня.

Пришлось платить. Бродяга перевел деньги.

«Почти ничего не осталось», – процедил он мысленно.

Бандит за стойкой взял планшет, пару раз клацнул, и на коммуникаторы бродяг пришло оповещение. Сорока прочитал свое:

«ВИЗА АКТИВИРОВАНА. СРОК: 72 ЧАСА».

Бандит за стойкой хлопнул по коленям.

– Ну вот и потрещали. Приходите – не бойтесь, уходите – не плачьте, хе-хе.

Виза представляла собой что-то вроде метки – маячок на ПДА, который отображался у бандитов. Хорошая проверка. Его не потерять и не перепродать. Она автоматически крепилась на личном деле сталкера в электронной сети «Костер». Умно.

Когда охранники отвернулись, Костик дернул Сороку за рукав и мотнул головой в угол.

– Смотри… – едва прошептал он, указывая на кровавые следы. Видимо, здесь наказывали неплательщика.

Пальцы Костика непроизвольно сжали ремень рюкзака, и до того сильно, что костяшки побелели.

Охранники отступили и пропустили бродяг.

– Мне бы в местный лагерь. Не подскажете, куда идти? – спросил Сорока.

Один из бандитов мотнул автоматом, прохрипел:

– У своих спрашивай. Я без понятия.

Вот и все. Коротко и ясно.

Дверь в Топи открылась, и они покинули «Болотный дом». Здесь на свежем воздухе топтались еще двое бродяг. Видимо, из тех, кто только перешел «границу» и начинал путь в Топи.

Сорока повесил свой дробовик через плечо, вздохнул, не скрывая разочарования, снова проверил остаток денег на счете. Плата за проход обошлась ему в круглую сумму. Особенно надбавка на ствол.

Сталкер почувствовал, как по спине пробежал холодок: остатка хватит разве что на пачку патронов и консервную банку.

Костик, словно читая его мысли, вслух сказал:

– Спасибо, мужик. Выручил! Ох как выручил!

Он тут же взялся за свой коммуникатор, ткнулся в него:

– Сейчас-сейчас… я вызову гида и рассчитаюсь с тобой.

Как и ожидалось – никакого гида здесь не оказалось. Как и многих новичков, Костика, вероятно, просто развели.

Глаза его бегали, когда он судорожно начал клацать по ПДА, пытаясь с кем-то связаться. Но ответа не было. Парень ругался, пытался снова и снова, однако результат был нулевым.

Сорока молча осмотрелся, изучая местные пейзажи. Эта часть Топей была другой и сильно отличалась от Больших болот. В первую очередь бросилась в глаза пожелтевшая, будто осенью, растительность. Чем дальше вглубь Топей, тем более рыжей она становилась. Это касалось и воды – она была красноватого оттенка, словно в нее век сливали химические отходы. А еще здесь уже виднелись торчащие ввысь стрелы строительных кранов. Было их два – один чуть наклонен, а другой стоял прямо, как столб.

Один из бродяг – коренастый, с лицом, изрезанным шрамами, будто карта забытых троп, обронил зажигалку и не заметил. Сорока сделал пару шагов, поднял и с удивлением обнаружил гравировку с именем владельца – Щелчок.

– Эй, дружище, твоя? – окликнул Сорока растяпу.

– О! Спасибо! – Тот ловко поймал зажигалку пальцами, обтертыми до мозолей. – Впервой здесь? – спросил Щелчок, прищурив единственный глаз. Второй скрывал грязный пластырь.

– Вроде того.

– Я тоже. – Щелчок хрипло рассмеялся, ткнул пальцем в своего напарника. – А это Скол. Старый хрыч. Меня в эти края он затянул.

Скол – высокий, сухой – лишь хмыкнул. На его не то куртке, не то накидке болтались обрывки изоленты, а за поясом торчал нож с обломанным кончиком.

– Знал, что я в заднице, – продолжал Щелчок нервно. – Предложил хоть какой-то калым. А я и согласился.

Сорока кивнул, пожал им руки. Скол присвистнул, когда ему на глаза попался дробовик Сороки.

– Нехило. Много за него бандиты содрали?

– Прилично, – коротко бросил Сорока.

Щелчок фыркнул:

– Блин, эти вообще… обнаглели в край! Я проводнику за проход в Зону и то меньше отдал! Придумали, блин, визы…

Его напарник, Скол, возразил:

– Раньше хуже было. За ствол деньги не брали, но и убить могли за милую душу. Так что…

Сорока перевел взгляд на тропу:

– Мужики, а ближайший лагерь где?

Скол ухмыльнулся, обнажив желтые зубы:

– Идешь по этой дорожке – прямо в жопу цивилизации. А как видишь ангар – считай, пришел.

– Вы сами в лагерь? – поинтересовался сталкер.

Скол отрицательно замотал головой:

– Не, сразу на точку. День только начался, авось успеем чего тут отрыть.

Костик все это время тыкал в экран своего ПДА, лицо его дергалось от бессилия:

– Не выходит на связь! Черт…

Скол скосил на них взгляд:

– Вы вместе?

– Нет, – слишком быстро ответил Сорока. – Просто… мы улаживаем один вопрос.

Щелчок и Скол переглянулись. Потом взвалили на плечи рюкзаки, набитые так, что лямки впивались в потрепанные куртки.

– Ну, удачи вам, – буркнул Скол. – Еще увидимся.

– Бывайте.

Внезапно неподалеку послышались выстрелы. Сорока на рефлексе вытянул шею, пытаясь определить, в какой стороне. Через минуту ветер донес запах гари – не костер, а порох. Щелчок и Скол переглянулись. Скол показал рукой:

– Это в лагере. Там тревога!

Сказав это, он без предупреждения сорвался в том направлении. Щелчок бросился за напарником. Сорока в ту же секунду помчался следом. Это случилось само собой, без какой-либо просьбы или призыва. Рванул за ними и Костик – видать, не хотел оставаться один.

Бежать пришлось недолго. Стрельба была где-то рядом, и судя по хлопкам – палили преимущественно из пистолетов да ружей. И то последние поддерживали канонаду реже.

Тропинка петляла зигзагами. Местами путники на своем пути видели торчащие