Песнь Таргитая. Гойда - Юрий Анатольевич Молчан

Он шагнул дальше и оказался в чистом поле, где вороны сидят на телах павших в бою артан и куявов. Долбят мощными клювами глазные яблоки, черепа, чтобы добраться до мозга. Воздух оглашается хриплым карканьем и хлопаньем крыльев. Яркий закат полыхает в небе, облака полыхают будто в огромном погребальном костре. Поодаль - обугленное тело насаженного на кол артанина. На черном, обгоревшем лице застыла маска ужасающей боли.

Таргитай поднес дудочку к губам, и тишину медленно заполнила спокойная, чистая мелодия, выливаясь из сопилки в ночь, точно ключевая вода в сухое русло ручья. Звуки обрели видимость серебристых нитей, похожих на туман. Они стали разлетаться в стороны от играющего бога, закручиваясь вихрями, пронзая воздух от земли до самого неба.

Воздух вокруг задрожал. Продолжая играть, Таргитай узрел в темнеющем воздухе полупрозрачные силуэты людей. Одни поднимаются из разбросанных по степи вокруг артанских и куявских воинов, другие появляются со стороны города, где учинили резню. Души куявов — светлые, от них исходит бело-серебристое сияние с едва заметным изумрудным оттенком. Души артан тоже светлые, но поражены изнутри чернотой, как плесенью.

Из распахнувшегося, объятого пламенем заката, неба принялись спускаться прекрасные крылатые девы с с длинными волосами и венками на головах. Приветливо улыбаясь, стали манить души куявов, увлекая в поток сыплющихся сияющих хлопьев света с неба. Очень скоро и они, и крылатые девы исчезли. Таргитай сменил мелодию, добавив низких нот, заиграл надрывнее.

Артанские души принялись обеспокоенно переглядываться. В тот же миг разверзлась земля, и оттуда показались крылатые девы...непроницаемого черного цвета, как сама изначальная Тьма. Их глаза — сплошная чернота, как и огромные крылья за спинами. Властными жестами они велели артанам приблизиться. Когда те подчинились, но неохотно, со страхом, в руках черных дев возникли цепи. Тут же обвились вокруг шей артанских душ, сцепив их парами, точно рабов.

Издав пронзительные крики, черные девы рванули цепи на себя, увлекая артан в глубины подземного тцарства. В ужасе артане принялись кричать, тщетно пытались вырываться из цепей. До Таргитая донеслись исполненные ужаса крики, громкий лязг цепей, от которого веяло могильным холодом, страхом и вечными муками.

В тот же миг черные девы и души исчезли. Края трещины в земле принялись с грохотом сближаться, ползти навстречу друг другу, пока не столкнулись и не срослись.

Таргитай остался один. Тяжко вздохнув, словно выполнил неприятную обязанность, спрятал дудочку запазуху. Поправил волчовку, Меч за спиной, одернул портки. Закрыв глаза, шагнул вперед, и вновь оказался в мире, где ни верха, ни низа, а вокруг сплошная черная, пронизанная огнями звезд пустота. И нет ни души, кроме него, и еще чьего-то незримого, но очень могучего — невыразимо!! - Присутствия, непонятного ему самому.

Дорога от Арсы заняла два дня. К вечеру крытая повозка Кирилоги, сопровождаемая младшими волхвами и дюжиной воинов, достигла подножия гор. Именно здесь, согласно легендам, сокрыто заброшенное святилище древнего бога Гарана, в прошлом владыки этих мест. По легендам, он был могучим божеством, который тряс горами, окрестными землями и племенами, как баба вениками.

По дороге Кирилога велел захватить в близлежащей деревне старого, дышащего на ладан волхва и мальчика трех лет, которого выкупил у бедной многодетной семьи. Его отдали за мешочек серебряных монет, чтобы было чем кормить остальных пятерых исхудавших от недоедания детей.

Тцарский шут Иохла вызвался приехать с ними. Коротко обрезанные волосы на голове взъерошены, в левом ухе поблескивает золотая серьга. Одет в красные шаровары, зеленый кафтан, на ногах сафьяновые сапоги.

Повозку оставили под охраной четверых воинов, а сами двинулись в горы. Впереди, опираясь на клюку, медленно шествует старый волхв. Следом Кирилога с посохом, в богатой, отделанной золотом мантии, с тяжелым золотым амулетом в виде креста и круга сверху на толстой шее.

Ведет за руку одетого в обноски мальчугана, Михала. Его покормили в дороге, и теперь мальчик улыбается, непрестанно спрашивая, куда они идут. Иохла дал ему петушка из жженого сахара на палочке, и заверил, что когда придут, то получит еще больше гостинцев. А пока надо идти и не задавать вопросов. Мальчик послушно замолчал, продолжая радостно облизывать большого сладкого петушка на палочке и глядя по сторонам широко раскрытыми от любопытства глазами.

Полуголые артанские воины с топорами на поясах идут следом. Три младших волхва в черных хламидах замыкают шествие, неся на длинных шестах хоругви с ликами Перуна, Сварога и Мокоши.

Старый волхв остановился у входа в пещеру. Воины запалили факелы, и в пляшущем свете огней стало видно, что проход раздваивается. После некоторых раздумий, старик двинулся по левому. Кирилога с Иохлой переглянулись, последовали за ним. Верховный тцарской волхв звучно постукивает посохом по каменному полу.

Михал вновь было спросил, куда они идут, но тцарский шут шикнул, велев замолчать. Сам напряженно вглядывается в темноту впереди, держа перед собой пылающий факел. Воины с младшими волхвами не отстают, слышно их напряженное сопение, шаркающие шаги. По каменным стенам по обе стороны ползут огромные искривленные и дрожащие тени.

Кирилога заметил на стенах почти целиком стертые временем вырезанные в камне символы, значения которых не понимал, но показались знакомыми — видел подобное на древних священных дощечках из обожженной глины с чертами да резами.

Внезапно старый волхв остановился, изо всех сил всматриваясь в темноту. Кирилога и остальные тоже замерли на месте, глядя ему в спину, словно пытаясь понять, какого лешего этот старый пень стоит и не двигается.

- Эй, доблестные вояки, - проговорил старик хриплым голосом. - Кто-то один ступайте гляньте. Кажись, там надо просто камешек с дороги сдвинуть.

Кирилога обернулся, жестом велел ближайшему воину пойти и посмотреть, что к чему.

- Эй, ты! Ступай, живо! Не хватало нам тут заночевать.

Воин переглянулся с товарищами, нехотя пошел вперед. Он поравнялся со стоящим впереди всех старым волхвом и шагнул в темноту, выставив перед собой факел. В тот же миг он с криком провалился прямо в пол. Его полный ужаса крик удаляется, словно парень летит в пропасть. В тот же миг он оборвался, наступила зловещая тишина. Ее нарушил скрежет камня. Вытаращив глаза, тцарский волхв, Иохла с мальчишкой и воины с младшими волхвами смотрели, как широкая яма в полу закрылась выдвинувшимся снизу ровным квадратным камнем, образовав своего рода мост.

- Не стоит мешкать, - бросил старик и спокойно двинулся вперед, словно ничего не произошло. Судя по его невозмутимому виду, он этого ожидал.