Песнь Таргитая. Гойда - Юрий Анатольевич Молчан

- Что сие было? - спросил было шут, глядя старику в согбенную спину, но Кирилога резким жестом велел замолчать.

- Не время расспрашивать, - прошептал он, все еще напуганный. - Вперед!

Пройдя еще немного и свернув вправо, старик снова остановился. Кирилога подошел к нему, поднял перед собой факел. Никаких дыр в полу, зато путь преграждает стена с вырезанным изваянием мускулистого человека с головой неведомого рогатого зверя. Глаза вытаращены, рот раскрыт в нечеловеческой муке. Руки вскинуты перед грудью, ладони с хищно загнутыми пальцами смотрят друг на друга. Изваяние наполовину выдвинуто из стены, словно его пленил камень, он попытался вырваться, но так и застыл на веки вечные.

Кирилоге показалось, что четко посредине изваяния, от ног до головы, проходит едва заметная трещина. Он посмотрел на старого волхва, гадая, откуда этот старый хрен все тут знает. Во взгляде Кирилоги читался вопрос, старик, словно видя его мысли, спокойно кивнул. Иохла поймал его взгляд. Ему показалось, что все понял, по губам пробежала едва заметная усмешка.

Кирилога чуть отошел, повернулся к оставшимся двум воинам. Плечистые парни нервно переминаются на месте, пальцы лежат на рукоятях топоров на поясе.

- Эй, парни! - позвал тцарский волхв. - Пусть один из вас сдвинет этот камень. В полу никаких ям, так что опасности нет!

Видя, что они нервно мешкают, поторопил:

- Давайте же! Иначе не пройти! Зря что ли ехали в такую даль!

Оба воина сделались бледнее мела, не сдвинулись с места.

- Да если не подчинитесь, - пригрозил Кирилога, наливаясь дурной кровью от ярости, - то в Арсе велю обоих на кол! А ну, ты, высокий дурень! - Он ткнул пальцем в сторону воина слева. - Марш вперед и сдвигай гребаный камень!! Не трусь, а то лужу напустишь сейчас! - Он натужено засмеялся. - Ха-ха-ха!!

Иохла поддержал, оба затряслись от смеха.

Воину в лицо бросилась кровь, скулы заалели от нахлынувшего гнева при таком унижении. Он решительно шагнул вперед, Иохла принял из его руки факел. Пойдя к наполовину вырезанной из камня статуе, он принялся осматривать ее, затем уперся руками каменному чудовищу в грудь, надавил.

В то же мгновение каменные руки ожили, крепко схватили артанина и рванули на себя. Воин в ужасе закричал, стал вырываться, но ожившая статуя, хищно глядя горящими глазами, все глубже тащит на себя, затягивая в камень. Второй воин с ревом бросился на помощь. Могучая каменная рука схватила его за волосы, рванула на себя. С истошными, полными ужаса криками оба исчезли, провалившись в стену из сплошного камня, точно в бездонный омут.

В наступившей тишине слышалось только частое дыхание волхвов и мальчика. Кирилога с Иохлой переглянулись. Тцарский шут нервно сглотнул. Волхв вытер со лба пот, чувствуя, как бешено колотится сердце. Тут же статуя дрогнула и...разделилась на две половины - как раз там, где Кирилога ранее заметил вертикальную трещину. Половины каменной фигуры с треском и грохотом поползли в стороны, открывая темный проход. Пахнуло затхлым воздухом, словно из древнего склепа, в который веками никто не заходил.

- Боги, куда мы идем?? - всхлипнул Михал, пугливо прижавшись к ноге верховного волхва. Недоеденный петушок выпал из разжавшихся пальцев. - Мне страшно!!

- Не бойся! - заверил Иохла с нарочито широкой улыбкой дурня. - Боги с нами! А это были угрёбищные твари, которые поплатились за прегрешения! Нас никто тронуть не посмеет! Мы — хорошие!

Он потрепал мальчишку по волосам. Ребенок всхлипнул, но приободрился. Ручонкой вытер слезы, размазывая по щекам грязь и копоть.

Старый волхв-проводник шагнул вперед первым. За ним Кирилога с все еще дрожащим от страха мальчиком двинулся и тцарский шут. Следом молча и невозмутимо пошли младшие волхвы с хоругвями, негромко напевая под нос священный гимн Перуна.

Темный коридор казался нескончаемым. Факелы в руках младших волхвов и Иохлы коптят, пламя мечется, хотя никакого ветра нет и в помине в этом затхлом, давящем на грудь воздухе. По стенам рядом двигаются громадные изломанные тени, похожие на исчадий подземного царства Ящера.

Мальчик смотрел на эти тени, отбрасываемые Кирилогой и всеми, кто с ним, и его охватывал ужас, но Михал не смел проронить ни звука. Впереди шаркающей походкой движется старик-волхв, держа факел перед собой.

Вскоре неровные каменные стены резко пошли в стороны, узкий коридор расширился, впуская их в просторную пещеру. Иохла повел вокруг факелом. Колышущееся пламя осветило неровные стены, покрытые письменами, искусно вырезанными в камне.

- Никогда не зрел ничего подобного, - пробормотал Кирилога, разглядывая эти резы и символы.

- Их тут вырезали задолго до появления Троецарствия, - пояснил волхв-проводник. - В древности насколько глубокой, что никому из вас и не представить. Это очень древнее капище...

Прямо впереди свет факелов выхватывает из темноты вырезанное в дальней стене нечто, напоминающее человеческую фигуру. Высокая, увитая мускулами, с непомерно широкими плечами. Голову, что напоминает помесь человеческого и звериного черепа, венчают изогнутые рога. Руки с выпирающими буграми мускулов разведены в стороны, словно это существо не только вросло в камень, но еще и распято в нем. Невидящие каменные глаза смотрят прямо перед собой. Массивная челюсть опущена. Рот полон громадных острых зубов, способных перегрызть бревно.

В тусклом свете факелов шагах в десяти за изваянием что-то заблестело, преграждая дальнейший путь. Сияние сделалось ярче. Воздух там искривляется, колышется, как огромная светящаяся паутина под ветром. Волхв-проводник остановился, подозвал жестом Кирилогу. Тот, передав мальчика Иохле, нехотя подошел. Старик сунул губы в ухо придворному тцарскому волхву, что-то едва слышно шепча. Кирилога поморщился, но кивнул.

Затем вернулся, глянул быстро на младших волхвов, ткнул пальцем в направлении того, что слева.

- Курнак, - велел он. - Ступай вперед! Тебе выпадает великая честь первым войти в древнее капище! Моли о нас древнего Гарната, и он да ниспошлет тебе и нам всем свою милость! От тебя отныне — зависит здесь все, ибо тебя избрали боги!!

Суровый до этого взгляд Курнака дрогнул, он быстро переглянулся с товарищами, но остальные двое младших волхвов смотрят с гордостью и нотками зависти. Мол, свезло тебе, дурень…

Расправив плечи, Курнак с нервной улыбкой двинулся вперед. Кирилога с мальчиком и Иохла расступились, пропуская. Шут и верховный волхв провожают взглядами, где страх смешался с любопытством. Михал посмотрел ему