Геном хищника 10 - Евгений Александрович Гарцевич

— А убивать-то их, похоже, нельзя, — мысленно потянулся я к Пеплу, обнаружив, что он сидит уже не рядом, а в засаде у меня за спиной. — Нам такое не простят…

Появилась шальная мысль, вскинуть «марлин» и проверить костяной лоб на прочность, но, думаю, такое здесь тоже не оценят. Здоровяк был без оружия. Хотя ему и не надо — он сам выглядел как оружие, ещё и эта ньяла с рогами, похожими на острозаточенные толстые арматуры.

Ладно. У нас тоже усы и хвост наши документы, а Пепла ещё и клыки есть.

Толпа неодобрительно загудела, мол, чего ждём, и я поднял руку. Повертелся перед всеми, привлекая внимание, и медленно начал скидывать с себя снарягу. И тоже раздевшись до пояса, сложил всё в уголок, возле оттянувшегося к зрителям вождя. Размял шею, хрустнул костяшками, разгоняя «Стальную кость» и прощупывая, где там моя «Композитная кожа», которая сейчас явно может пригодиться.

Убойных зон чуйка не подсветила, но всё-таки это был человек. Я надеюсь, что всё ещё был человек! А значит, висок, челюсть, солнечное сплетение, печень, селезёнка… Учитывая рост, минус висок и челюсть, учитывая костяную защиту — минус всё остальное.

«Ты, конечно, натворил тут дел, но я на позиции, — пронеслось в голове, когда я уже собирался кивнуть вождю, что готов начинать. — Расстояние предельное, но рабочее. А в этого горного „халка“ сложно промазать. Работаю? Можешь эффектно пальцами щёлкнуть, пусть дикари думают, что ты волшебник».

На меня налетел поток запыхавшихся мыслей от Осы. И я не увидел, но почувствовал её на соседней горной вершине.

Идея была соблазнительной. Я уже даже мысленно представил, как гигант падает и толпа замолкает в священном ужасе… И я им такой: да расслабьтесь парни, я хороший. Айда со мной Гранаду освобождать. Но нет. Будем играть по местным правилам, уважение — штука тонкая.

Я сверился с Пеплом, объединив наши чуйки и синхронизировав движения, но не смешивая сознание. План простой: распределяем цели, на рога не лезем, артерии не прокусываем, в остальном никаких правил и ограничений.

— Ну, понеслась…

Мы сблизились с Пеплом, и когда ньяла взвилась в воздух, сиганув через костёр, бросились врассыпную. План приходилось придумывать буквально на ходу, а, точнее, на бегу. Я как-то с запозданием вспомнил, что коня на скаку только в сказках останавливают. А валят одним ударом так вообще только в фильмах.

Если туземец, хоть был здоровым, но воображение не поражал, то вот горная ньяла в исполнении под тонну и со скоростью спортивного автомобиля — впечатляла. Пепел, кажется, был тоже мнения. Потому что бросившись врассыпную и разделив противников, как то так оказалось, что мне досталась именно антилопа.

Я краем глаза заметил, как шакрас лихо маневрируя, а заодно и нервируя ограду из зрителей, взвился в воздух, мазнул тяжёлой лапой по лицу туземца, а зубами вцепился тому в плечо. Помня, что убивать мы не хотим, Пепел проигнорировал артерию, вгрызаясь в ключицу и пытаясь добраться до связок, чтобы выключить здоровяку руку. Они завертелись — туземец пытался сорвать Пепла, но тот, не разжимая пасти, вертелся, царапался и лупил хвостом.

Я всё это время лишь летал вокруг костра, уворачиваясь от прыжков ньялы. Антилопа то пыталась поднять меня на рога-вилы, то затоптать, то просто двинуть корпусом. Улучив момент, я ей всё таки по морде дал. И в моём представлении это был великолепный удар. По технике, по вложенным силам и применённым навыкам, но получив по уху, ньяла лишь удивлённо «крякнула» и тряхнула рогами в момент моей добивки «Двойным укусом». Ещё и вперёд рванула, подцепив меня и перекинув за спину.

И тут же подло долбанула копытами, выбросив меня в толпу. В месте удара саднило «Поглощение» и крутилась регенерация, но зато приземлился я хотя бы мягко. Плотное кольцо зрителей под улюлюканье и смех вытолкали меня обратно в круг под уже развернувшегося ньялу.

Так что я даже на ноги встать не успел, сразу уже уйдя в кувырок. Поймал призыв от Пепла и начал кружить, выманивая антилопу подальше от сцепившихся туземца с шакрасом. И по чёткой синхронизации, когда Пепел дал туземцу до себя дотянуться, я сначала бросился на антилопу, но в последний момент активировал «Бросок» и перелетел через костёр.

Здоровяк как раз закинул за спину обе руки, пытаясь разжать челюсти Пепла, и корпус остался полностью открыт. Туда я с ходу и пробил, используя подходящий арсенал своих навыков: «Анатомический взлом» и «Нокаут». Я отработал по открытому корпусу буквально, как по обычной боксёрской груше. Бил боковыми: селезёнка, печень, селезёнка, печень…

Туземец зарычал, бросив попытки достать Пепла, и со страшной гримасой на лице замахнулся на меня, но тут его, наконец, догнал болевой спазм, и он рухнул на одно колено, подставив мне под удар уже голову. Пепел тут же отцепился и, оттолкнувшись лапами, метнулся наперерез ньяле, уже нацелившей на меня свои рога.

Всё происходило слишком быстро, а практически синхронизация с шакрасом ещё и удваивала эту скорость. Пепел громко клацнул зубами, лишь обслюнявив меховой воротник антилопы, но хотя бы заставил её чуть вильнуть, пролетев мимо меня. И пока она разворачивалась, я доработал по туземцу, пробив в подставленный висок. Снова «Нокаут» с «Анатомическим взломом» и для надёжности, потому что костяной лоб я не пробил, я вложил в удар «Биоэлектрогенез» и «Кондрашку».

И это сработало!

Голова здоровяка мотнулась в сторону, глаза закатились, и он рухнул лицом в землю. Звук у толпы зрителей разом выключился, зато ньяла заорала так, что даже над соседней горой вспорхнули птицы.

Она замерла на низком старте — копыто заскрипело по камню, а пристальный взгляд на удивлённой морде заметался между мной, Пеплом и оглушённым туземцем. Блин, очень выразительная, конечно, морда у этой ньялы. Было бы даже смешно, не разгорайся в её глазках адское пламя!

Я поискал глазами вождя, встревоженно наблюдавшего за поединком. Встретился с ним взглядом, кивнув мол, может, хватит? Мы же побеждаем? Но в ответ он лишь растянул рот в гаденькой улыбке и кивнул на ньялу. И та, наконец, прыгнула.

С грохотом и треском развалила камень на месте, где только что стоял Пепел, и, опустив рога, помчала на меня. Тореадор из меня получился так себе — от рогов