К черту на кулички - Анастасия Итрухина
Йердан простонал и закрыл лицо руками. Партнёрство, определённо, будет сложным. Очень, очень сложным. Но, по крайней мере, скучно не будет.
Их диалог прервал сухой, но настойчивый стук в дверь. Не три удара, как стучались свои, а робкие, но частые постукивания. Йердан и Астария мгновенно переглянулись. Веселье в её глазах потухло, сменившись настороженным интересом. Йердан, всё ещё слегка розовый и с покрасневшими веками, выпрямился, его лицо вновь обрело привычную каменную маску. Он кивнул в сторону своей обычной позиции в тени за столом, давая понять, что ведёт приём он.
– Войдите, – произнёс Йердан.
Его голос снова стал низким и нейтральным, лишь лёгкая хрипотца выдавала недавние чиханья.
Дверь скрипнула, и в проёме показалась огромная, широкая фигура. Это был тролль. Этот тролль был одет в старенький, но безупречно чистый и выглаженный коричневый костюм. Рукава и брючины были чуть коротковаты, обнажая мощные, каменного цвета запястья и лодыжки. Его большие, похожие на булыжник лапы бережно сжимали потрёпанный портфель. Лицо, грубое от природы, было скорбным и предельно серьёзным. Он вошёл, осторожно притворил за собой дверь, и смущённо переминался с ноги на ногу, явно не зная, как себя вести.
– Прошу прощения за беспокойство, – голос у тролля был глубоким, как далёкий гром, но очень робким. – Мне сказали, здесь могут помочь… в деликатных вопросах.
Йердан жестом указал на грубый, но прочный стул для клиентов.
–Присаживайтесь. Чем мы можем быть полезны? Меня зовут Йердан. Это моя ассистентка, Астария.
Астария чуть привстала в знак приветствия, вцепившись с деловым видом в папку с бумагами. Папка красиво соскользнула с высоты стопки и содержимое разлетелось по полу.
– Ничего, ничего, – невинно улыбаясь под осуждающим взглядом Йердана и собирая бумаги с пола, затараторила Астария, – Я сама всё соберу. Вы рассказывайте.
Троль, представившийся Громаром, опустился на стул, который заскрипел под его весом, но выдержал. Он положил портфель на колени и обвёл взглядом комнату, его маленькие, умные глаза приметили и пыльные свитки, и простую обстановку.
–Мне нужна помощь с… с судом. С дочерью.
Он начал говорить медленно, тщательно подбирая слова. История была грустной и знакомой до боли. Громар работал дворником в районе храмового квартала. Его супруга, трольша по имени Хельга, была хирургом в городской лечебнице – редкая и уважаемая профессия для его расы из-за громоздкого телосложения и толстых пальцев. Они расстались полгода назад. Суд, учитывая «более стабильный график и существенно лучшие финансовые условия матери», оставил их восьмилетнюю дочь, Леру, с Хельгой.
– Но график у неё не стабильный, – с болью в голосе продолжил Громар. – Дежурства, ночные смены, срочные операции. Лера часто остаётся одна. Или с соседкой, которая… которая даёт ей на ужин сухой хлеб с остатками еды и включает страшные визио кристаллы на всю ночь. А деньги… Хельга тратит их на новую одежду, на приёмы у эльфиек в салоне красоты, на… – он замялся, – на других мужчин. Она говорит, я слишком простой. Что я не могу дать Лере правильное воспитание и достойное будущее.
Йердан слушал, не перебивая, его пальцы были сложены домиком. Астария сидела неподвижно, но Йердан чувствовал, как её эмоциональный фон меняется: насмешливость уходит, появляется острое, колючее внимание и… понимающая горечь.
–У вас есть доказательства? – спокойно спросил Йердан. – Свидетельства соседей? Рапорты о вызовах стражи, если девочка оставалась одна? Выписки о тратах?
Громар кивнул, с дрожью в огромных пальцах открыл портфель. Оттуда он извлёк аккуратно сложенные бумаги: несколько расписок от соседей, официальную жалобу в попечительский совет (оставшуюся без ответа), смету своих скромных, но стабильных доходов и даже детские рисунки – на одном из них была изображена маленькая трольчиха, сидящая одна в тёмной комнате.
–Я каждый свободный час провожу с ней. Читаю, учу её грамоте, ходим в парк. Она… она боится оставаться в той квартире. Но судья, господин Лир… Он посмотрел на мою справку с работы и на диплом Хельги и даже не стал слушать.
– Судья Лир, – повторил Йердан, и в его голосе прозвучала лёгкая, узнаваемая нотка. – Известен любовью к… «цивилизованным» аргументам и взяткам.
– Я не могу предложить ему взятку, – просто сказал Громар. – Но я могу заплатить за вашу работу. Я копил. – Он достал из портфеля небольшой, туго набитый мешочек. Звук был глухой, тяжёлый – там была в основном медная мелочь и пара лунниц, собранные, судя по всему, по грошам.
Йердан посмотрел на мешочек, потом на аккуратно собранные бумаги, потом на огромное, полное отцовской боли лицо тролля. Он перевёл взгляд на Астарию. Её глаза уже горели.
– Вы согласны на нестандартные методы? – вдруг спросила она, прежде чем Йердан успел открыть рот. Её голос был тихим, но твёрдым. – Не взятки, а сбор компромата. На этого судью. На вашу бывшую жену. На её методы воспитания.
Громар уставился на неё, затем на Йердана.
–Я… я не хочу ей вредить. Хельге. Она мать моей дочери. Я просто хочу, чтобы Лера была в безопасности и счастлива.
– Мы не будем вредить, – сказал Йердан, его голос обрёл деловую, расчётливую интонацию. – По крайней мере физически точно нет. Мы будем искать рычаг давления на нее. И создавать… благоприятные обстоятельства для передачи опеки судом. Ассистентка права. Судья Лир, как бы это сказать, его репутация – его слабое место. – Йердан взял один из рисунков. – Это ваша сила. Не дипломы, не деньги. Это. Любовь вашей дочери. И вы не должны жалеть тех кто вот так поступает с вашим ребёнком!
Йердана окатила волна уважения со стороны Астарии с примесью непонятного для него чувства. Он никогда такого не испытывал.
Он положил мешочек с монетами обратно перед Громаром.
–Пока оставьте это. Наш гонорар будет зависеть от результата. И он будет меньше этой суммы, если мы просто найдём компромат на судью. Если же нам понадобится более глубокая работа… обсудим отдельно. Согласны?
Громар смотрел на них обоих, и в его глазах, помимо надежды, появилось недоумение. Он пришёл в контору с тёмной репутацией, ожидая увидеть отбросов общества, а нашёл… странного благородного мужчину с красными болезненными глазами и