Как укусить вампира - Лена Тулинова

— А Пётр Николаевич стал жертвой такого опыта? — замирая, спросила Дина.

Замер и Безруков.

— Весьма неожиданный вопрос, — произнёс он.

— Но всё-таки, — настойчиво сказала Дина.

— Вне всяких сомнений, Пьер так раз такая жертва, что несколько роднит его с пойманной вами химерой. — улыбнулся Карабашев. — Впрочем, он и сам уже догадывается, что находится в шаге от окончания этого опыта. Который и так слишком затянулся.

— Опять загадки, — сказала Дина разочарованно.

— Если Пьер захочет, он расскажет вам, — улыбнулся Карабашев.

— Позже, — сказал Безруков. — Ночь скоро закончится, так что нам пора. Я провожу вас, Дина.

— Да зачем. У меня отличная коляска, отвезу сначала барышню, затем тебя, — сказал Мор Адрианович. — Кстати, вот моя карточка, Дина Владимировна, дайте мне знать, когда условитесь посетить вашего дедушку. С этим лучше не затягивать.

— Постараюсь не затягивать, — отчеканила Дина.

«Иначе и сама изведусь от любопытства!» — добавила она про себя.

Оставшуюся часть ночи Дина провела в полицейской управе. Бессменная Катерина, которая, как оказалось, жила тут же в пристрое, отвела девушку в комнатку, похожую на кладовую. Там Катерина, зевая и кряхтя, развернула складную парусиновую кровать со скрипучими пружинами, дала подушку и одеяло. Дина сняла мундир, юбку и ботинки и уснула, как только улеглась. Ни похрапывание Катерины за тонкой стеной, ни поскрипывание пружин ей помешать не могли.

Однако разбудили её довольно рано, около восьми.

— Вставай, девонька, — сказала Катерина, бесцеремонно входя в комнатушку. — В управление за тобой приехал какой-то советник Одинцов, требует немедленно. Кажется, он и дома у тебя уже побывал, такой сердитый.

Дина кое-как умылась и стала собираться, досадуя, что блузка помялась и уже несвежая, юбка не почищена у подола, ботинки пыльные, а волосы на голове торчат как пучок пшеничной соломы. С трудом соорудив подобие причёски и нахлобучив сверху фуражку, девушка в раздражении посмотрела на своё отражение.

— Чаю подать? — спросила Катерина с материнской заботой.

— Боюсь, тогда господин советник изведётся от ожидания, — вздохнула Дина.

Есть, если честно, хотелось невыносимо. Да и чай был бы кстати, а лучше — чашечка-другая кофе. Но мечты разбились о лёд в голосе Одинцова, который оказался настолько напорист и нагл, что ворвался в Катеринин пристрой с гневным:

— Сколько же можно ждать? Дело очень срочное!

— Доброе утро, Кирилл Сергеевич. Что случилось? — спросила Дина сухо.

— Покушение на Тугарина, вот что, — бросил Одинцов. — Жив, но пока без сознания.

— Я была на службе, а потом у Катерины, так что у меня алиби, — как-то сама собой вырвалась невесёлая шутка.

— Всё бы вам шуточки шутить, Дина Владимировна, — оборвал её Кирилл Сергеевич.

— Один мой знакомый считает, что это лучше, чем изображать трагедию, — сказала Дина довольно-таки резко. — Так чем обязана? Почему вы прибежали ко мне, простому городовому магу?

— Едем, — сказал Одинцов. — Сами увидите.

Сначала Дина молчала, зевала, в пролётке с опущенным верхом было зябко, но затем всё-таки спросила у сердитого Одинцова:

— Как и когда это произошло, Кирилл Сергеевич? Я имею в виду покушение.

— Господин Тугарин изволят вставать с первыми петухами, — ответил магдетектив, явно всё ещё раздражённый. — Встаёт и идёт на прогулку, встречает рассвет. Гуляет он чаще всего в сторону Висячего камня, оттуда, дескать, лучше видно, как солнце встаёт. Не так давно мы с ним договорились, что встретимся там нынче, я пришёл — Артура Никифоровича нет как нет. Чтобы он опоздал?..

— Постойте, постойте, Кирилл Сергеевич, а для чего вам было с ним встречаться на рассвете возле Висячего камня? — удивилась Дина. — Разве не проще было устроить встречу в его кабинете? Ведь вы же служите под его началом, как-никак…

— Он пока не назначен, только выдвинут, есть разница, — с заметным холодком в голосе ответил Одинцов. — Конечно, Тугарин отдаёт распоряжения и ведает делами магического приказа, но кабинет ещё не занял. А его прежнее рабочее место он делит с другими офицерами. Другой бы наплевал на все эти правила да ритуалы и вошёл бы в кабинет Майского, чтобы навести там свои порядки. Не таков наш Тугаринов, очень уж он въедливый и охочий до выполнения всех предписаний. Даже в мелочах вроде этой… Ну, вы и сами знаете, Дина Владимировна. Так что у Тугарина нет кабинета.

— Понятно, — кивнула Дина, — а ваша беседа, очевидно, обещала быть секретной.

— Вам точно место среди нас, детективов, — раздражённо сказал Одинцов, потом словно бы опомнился и мизинцем будто бы невзначай коснулся перчатки Зориной. — Дина, у вас есть цепкий ум и внимание к деталям. Переходите ко мне, я зову вас, я, более того, настаиваю, чтобы вы служили под моим началом.

— А потом сразу из ваших подчинённых — в ваши жёны, да? — Дина не удержалась, чтобы не подпустить шпильку, но Кирилл Сергеевич был серьёзен и прям.

— Да. Так вы хотите узнать, что было дальше с Тугарином?

— Рассказывайте, — сказала Зорина со всем возможным смирением, которого ей с трудом хватало. — Вы остановились на том, что Артур Никифорович не пришёл.

— И это было весьма необычно для него. Ведь Тугаринов во всём любит порядок и точность. Я уж повернулся идти за ним в его дом, но заметил вдоль дорожки от Висячего камня примятую траву и пятна крови.

Дина стиснула кулаки, чтобы не перебивать, и старалась запомнить каждое слово. Но всё-таки…

В серой и сырой предрассветной хмари, когда хочется зевать и ёжиться, а не разглядывать каждую примятую травинку, не больно-то будешь обращать внимание на всякие мелочи. Следователь, ещё не заподозривший чего-то странного, не будет утыкаться носом в обочину.

Но ладно. Заметил.

— Вы слушаете, Дина Владимировна? — спросил Одинцов. — Итак, пойдя по этим пятнам, я и нашёл в кустах черёмухи его тело. Две раны от ножа… Познания в целительстве у меня не слишком хороши, но я сумел понять, что наш начальник ещё дышит, и принялся останавливать кровь. А