Как приручить Снежинку - Татьяна Лаас

Вот тот самый момент, когда надо со слезами на глазах бросаться в объятья и, давясь словами, чтобы даже орку точно было понятно, как ей страшно, умолять о защите. От слез легко перейти к поцелуям, этого зеленой харизме на первое время должно хватить, чтобы сменить сторону. Парни легко покупаются на такое, а у орков мозги от поцелуев отключаются вообще. Оставалось надеяться, что целоваться будет не сильно противно. Вигго следил за собой, это не Шенк. Окна в «Индрике» затемнены, так что Релонлей даже не догадается, как Александров поменяет хозяина. Только… В руках Арины была чашка с горячим кофе. Рвануть в объятья, обливая кавалера кипятком, так себе романтика. Отставить кружку в сторону, а потом броситься в омут страсти — слишком демонстративно и расчетливо. Тут даже до Шенка бы дошло, что что-то не так. Допить отчаянно горячий напиток, давясь слезами и словами, а потом кинуться на шею, умоляя о защите… К тому времени поезд уйдет. Никто не поверит, что можно хладнокровно выпить кофе, а потом устроить истерику. Обычно бывает наоборот. Или с Вигго прокатит? И слез, как назло, нет. Только до сих пор трясет. Вигго думает поди — от страха. Её трясло от невозможности сбежать и защитить своих.

— Арина Семеновна, вы так трагично смотрите в чашку… Вам кофейка подлить?

Вигго ещё и бровь харизматично приподнял. Арина посмотрела на чашку, на орка… полуорка и поняла, что он все её размышления отслеживал, не иначе. Он специально её нейтрализовал этой чашкой, просчитав всё наперед! Еще до того, как она сама решила воспользоваться его неразборчивостью. Вот же умная зараза!

Ладно, в эту игру можно играть вдвоем. Ей бы сейчас хоть капельку дара… Хотя именно из-за него она и занимается глупостями, перетягивая на свою сторону эту ходячую гору мышц. Можно подумать, он первый такой. Она по приказу императора чего только не делала и даже в условиях, когда дар применять нельзя — на чужих послах, например.

Арина притянула ноги к груди, поставила чашку на колени, и опустила плечи, поникая от страха. Реакции не последовало, и Арина громко вздохнула и призналась:

— Мне очень страшно… Вигго… Об этом сложно говорить… Я была в плену у дроу.

Она исподтишка бросила взгляд на Вигго. Тому хватило этого признания. Он помрачнел, сжимая руки в кулаки. Это всегда однозначно действовало на всех. Стоило такое сказать, и матерые воины выдыхали от волнения. Арина чуть расслабилась и подалась к Вигго, прислоняясь к его жесткому боку. Хорошо, что бронника на нем не было. Тот еще квест был бы по его снятию в условиях страсти… Вигго осторожно, крайне деликатно, словно она хрупкая Ядвига Феллимовна, обнял её за плечи. В её макушку прозвучало что-то на оркском — какие-то сдавленные ругательства. Не в вечной же любви он клянется.

Славка знала оркский, Арина нет. Потом спросит, если вспомнит, конечно… Ради подруги Арина пойдет на всё. Ярославу надо спасти. Ей нечего противопоставить тому сумасшедшему дроу, который идет за их головами. Славка была магом-бытовиком из отряда обслуги гармонизаторов. Это она решала все проблемы и строила планы. Где ночевать, что есть, как протащить запрещенку на территорию лагеря, где стирать одежду, как из простой футболки сделать соблазнительное непотребство, которое заставляло Даньку краснеть, бледнеть, а потом отжиматься на плацу вместе со всем отрядом. До полуночи! Потому что к футболке прилагались ультракороткие шорты из обрезанных военных штанов, а на вёрсты кругом не было ни одной женщины, кроме них со Славкой. Они тогда ничем не рисковали — через Галакту, которую к женскому роду причисляли только по наличию двух ХХ-хромосом, никто бы не прорвался… Славка знала, как развлекаться там, где только горы и небо, как отшить влюбленного офицера или как найти приключений там, где отчаянно скучно. Или как сбежать в белые ночи из-под охраны и гулять по столице, не думая ни о чем… И как потом смотреть в глаза всем с позором отправленным в отставку, потому что срыв охраны гармонизатора подвели под измену императору. Что-то странное тренькнуло в голове, заставляя краснеть от этого воспоминания… Всё было завязано на Славку, которая выживать в суровых условиях не умела. Это Арина прошла через юнкерское училище, Славка заканчивала обычный магуниверситет, правда получила диплом с отличием, как лучшая выпускница… Как же она потом кляла в подземельях свое рвение к учебе, желание выделиться и получить самое лучшее назначение. Получила. Только это привело к дроу. Арина вздохнула, зная, что Вигго поймет это иначе. Славку надо спасать… И Вигго станет всего лишь ступенькой по её защите. Или Арина все же доберется до своего дара и высвободится сама. Ей всего-то нужно вырваться из-под опеки Релонлея на сутки, может, чуть больше. Жаль, что снотворное никак не раздобыть! Даже если у Релонлея, как и у неё, стоит универсальный антидот, он не реагирует на нормальную дозировку лекарства. Главное, чтобы подобная мысль не сверкнула у шерифа.

Вигго мрачно ждал продолжения. Его аккуратно положенный на заднюю полку скимитар намекал, что парень готов ко всему. Его надо только чуть поманить. Он же орк, он легко перешагнет через такое потом, когда всё закончится.

Арина сделала глоток кофе и чуть поощрила Вигго:

— Мне так страшно на самом деле все эти дни и недели после плена… Только рядом с тобой ужас подземелий отступает.

Кажется, она переборщила. Вигго отвернулся в сторону. Арина сбавила пафос, продолжая:

— Нам повезло. Спустя месяц нас спасли…

Говорить, что она со Славкой и Данькой сбежали от спасающих, она не будет.

— … и с тех пор я всегда в дороге. Ищу место, где безопасно.

Она снова сделала глоток кофе и шмыгнула носом.

— Вы шли к Ретунскому?

— Нет, — призналась Арина. Тут лгать смысла не было. Всё легко проверить. — Он шел ко мне на помощь.

— Это ему вы звонили с автозаправки?

Арина чуть отстранилась. Это что, допрос?

— Ему… Он должен был мне помочь.

— Вы знаете, где он жил? — продолжил забрасывать её вопросами Вигго. Как-то всё шло не туда.

— Нет. После освобождения мы разбежались в разные стороны.

— И куда же вы тут шли?

Арина призналась под пристальным взглядом Вигго — тут её легенда была отработана заранее:

— За Разлом.

— В гномьи слободки?

За Синим хребтом Синеярского Алатау добывали руду, там все было отдано гномьим переселенцам, которых когда-то на свою голову переманил император Петр