Мертвая тишина. Том 3 - Денис Старый

пойти спать. Но интуиция требовала продолжить разговор. Если уж со мной общается вполне адекватный, пусть и обозленный человек, нужно было вывести его на какое-то глобальное решение.— Я тоже понимаю, что мы не сможем выжить, находясь рядом и враждуя, — медленно произнес я, глядя на тяжелые, свинцовые облака. — Мы просто будем жечь друг друга каждый день. Если у вас там в загашниках даже танковая бригада припрятана — поверь, у нас найдется, чем ваши танки угомонить. Мы начнем бесконечную, изматывающую охоту друг на друга. И поэтому мои люди перестанут выходить из домов. Мы не сможем возделывать поля, не сможем урвать у природы хоть какой-то урожай, чтобы не сдохнуть от холода и голода зимой. У нас не будет запасов на продажу. Мы просто сдохнем. Все вместе.Я нащупал их самую слабую сторону. Если они, военные, просят тушенку в обмен на дефицитные патроны, значит, их армейский склад был либо уничтожен, либо разворован подчистую еще до всего этого коллапса. А может, продукты просто испортились из-за остановившихся генераторов. Пока не увидишь сам, не поймешь, но факт оставался фактом: им нужна еда. При том, что личный состав их части явно уменьшился раз в семь или восемь, запасов им должно было хватить на десятилетие. Но они голодали.— Ты правильные вещи говоришь, — голос в рации вдруг потеплел, обретя некую философскую глубину, контрастирующую с окружающей разрухой. — Стволы надо направлять только в тех тварей, что бродят за периметром… А людей надо выводить на поля, хлеб сеять и собирать. Можно было бы договориться о ресурсах. Спокойно, без крови раздербанить то, что осталось нам в наследство от великой цивилизации.Я почти физически представил его лицо в этот момент: грязное, заросшее щетиной, с воспаленными глазами, устремленными куда-то в стену бункера. Он сделал длинную паузу. Я не перебивал, напряженно ожидая, когда появится это пресловутое, переворачивающее всё «но».— Но… — наконец выдохнул он. — Кровь, что между нами уже пролилась, не забывается. И это война, сосед, как ни странно, не за то, чтобы люди победили этих чертовых зомбаков. Это война между людьми. Прежде всего. Если ты этого еще не понял, то ты скоро умрешь. Мы свою сторону выбрали. И с тобой мы обязательно еще встретимся лицом к лицу. Я очень хотел бы посмотреть, как мои парни снимают с тебя шкуру живьем.От его спокойного, размеренного тона, с которым он произнес последние слова, по спине пробежал ледяной холодок. Ощущение, что я веду светскую беседу с абсолютным, клиническим психопатом, накрыло с головой. Впрочем, время сейчас такое, что оставаться кристально адекватным человеком не получится ни у кого. Хотелось рявкнуть на него, приказать подтереть сопли и кончать с кухонной философией. Внутри вскипало желание обложить его трехэтажным матом. Но я титаническим усилием воли сдержался. Когда человек с оружием начинает задумываться о сущности бытия, нарушать этот процесс можно только в том случае, если хочешь от него максимальных неприятностей. Обиды будет много, а нам нужно было завершить торговую операцию.— Да, Корзун, или Капитан, как к тебе там обращаться? Кстати, к нам тут пара человек пришли от Волка. Так что я о тебе хоть что-то да знаю, — его тон резко, без перехода сместился на сухой и деловой. Видимо, лимит на философские беседы был исчерпан. — Тут есть одна проблемка у нормальных пацанов… Давай сеанс связи на этой же частоте через пару часов.— Залог нашего дальнейшего общения — это наша торговля, — напомнил я, не давая ему перехватить инициативу. — Если накинете сверху еще чего интересного… Ну, например, парочку рабочих гранатометов, — я вас отличной колбасой угощу. Из личных запасов. Еще и тортиком порадую.— Не наглей, Капитан. Вы одну нашу броню своими трубами уже спалили, хватит с вас. Но вот поменяться на ваши ударные беспилотники… Вот это я с удовольствием. Хочешь танк?Предложение прозвучало настолько буднично, что я аж опешил, едва не выронив бинокль. Хочу ли я танк⁈ Господи, да конечно! Но ведь понятно, что такой обмен скрывает в себе двойное дно. Да и, судя по всему, сжечь их танк прямо сейчас не представляется такой уж сложной задачей для наших дроноводов.— Допустим. И что ты хочешь за него? — осторожно спросил я, впервые пожалев, что решил вести переговоры в одиночестве, стоя на ветру. Сейчас мнение рассудительного Гуся или жесткого Черного точно не повредило бы.— Беспилотники за один танк. Мне нужно десять штук. Рабочих. Танк отдам с полным боекомплектом. Надежный, модернизированный семьдесят второй.— Нет… — я покачал головой, хоть он и не мог этого видеть. — Я еще буду держать совет со своими командирами, но сразу говорю — пока нет. Не рассчитывай на это.— Как знаешь. А может, ты и прав, Капитан, — хмыкнул он. — И не обижайся. Впрочем, мне до твоих обид нет никакого дела. Раздавить тебя прямо сейчас мне представляется большой сложностью. Да, ты подловил мою лучшую группу на выходе. Два расчета артиллерийских ты тоже виртуозно отправил на тот свет. Но в городе хватает силы, которая тебя сомнет. Прихлопнет, как таракана тапком, и даже не заметит. А вот если у тебя будет это оружие, эта броня… Я думаю, ты и сам всё понимаешь. Но всё неоднозначно.— Послушай, — я решил сделать последний выпад. — Если ты правильный мужик, если ты всё это понимаешь и не хочешь заниматься откровенным бандитизмом и беспределом… Может, тогда ты и подумаешь о том, чтобы жить с нами в мире? Или в союзе. Вместе мы могли бы многое сделать. Мы могли бы держать этот район. Есть люди, которые работали бы, не как рабы, а по совести и за оплату. Огороды, поля собрали бы, живность завели бы. Ну?— Нет.Коротко. Как отрезал. Да я и сам, признаться, не горел желанием пускать к себе за стены людей, с которыми мы только что в кровь бились. Такое не забывается, особенно если эти люди привыкли жить по лагерным понятиям, по первобытному принципу «око за око». Я спросил это лишь для того, чтобы окончательно оценить степень адекватности человека по ту сторону. Пускай живет. Что-то мне подсказывало, что со временем, если мы не перегрызем друг другу глотки в первый месяц, мы могли бы стать эталонными, суровыми, но добрыми соседями. Ну, или по крайней мере, торговыми партнерами. У них явно хватало того, чем мы могли бы поживиться.— Давай так: я тебе колбасы дам и без танка. И