Страж Луны - Руслан Иванцов

‒ Он спрятался в камышах местного озера. Чудом выжил. Его нашли сирдхи ‒ старики из поселения Маа’Рин. Они воспитали его и дали имя Са’ра-Кар… значит, «найденный среди камышей».

Маэл чуть повернулся:

‒ У них был сын. Ровесник Деда. Его настоящие имя ты знаешь ‒ Ша’Даор.

Крак тихо хмыкнул:

‒ Лед…

‒ Тогда он был обычным мальчишкой, ‒ продолжил Маэл. ‒ Они росли как братья. Всегда вместе… И оба влюбились в Сей’Лору. Прекрасную сирдху, дочь жреца. Говорят, она была добрее всех, кого когда-либо знали в тех краях.

‒ И что с ней случилось? ‒ спросил Крак, уже зная, что ответ будет плохим.

Маэл чуть сжал пальцы на вожжах:

‒ На поселение напали охотники за рабами. Захватили всех, кого смогли. Сей’Лору… ‒ голос дрогнул, ‒ отправили в Бостим. Чтобы переправить через Океан Туманов. Са’ра-Кар и Ша’Даор пошли за ней. Они нашли место, где ее держали… и напали.

Он помолчал.

‒ Он никогда… никогда не рассказывал, что там произошло, ‒ сказал Маэл тихо. ‒ Но Сей’Лора погибла. И двое друзей… обвинили друг друга.

Крак не перебивал.

‒ После той ночи Ша’Даор стал аксай, ‒ сказал Маэл. ‒ И взял имя Лед. Поклялся уничтожить всех алинов. Всех людей.

Он обернулся к шеши:

‒ А Са’ра-Кар стал хадиш-тактай ‒ «смерть несущий». Со временем оба стали Стражами Луны… но разными путями. Они оба ушли в тени своих клятв. И стали злейшими врагами.

Телега мягко подпрыгнула на выбоине.

‒ Целую жизнь они охотились друг на друга. И этой ночью… их вражда закончилась.

Крак сидел молча. Но его глаза стали темнее.

‒ Тяжелая история, ‒ наконец сказал он, глядя в землю. ‒ Но… это объясняет многое.

Маэл кивнул.

И телега покатилась дальше ‒ к новому рассвету, новой дороге, новым бедам… и к тому, что ждало их впереди.

***

Маэл и Крак подъехали к дому лесорубов, когда солнце уже поднялось над верхушками сосен. Свет рассвета падал на двор, превращая дымящиеся остатки конюшни в черный, искривленный пепел. Там, где ночью бушевало пламя, теперь лежали почерневшие балки, темные прожилки золы и изломанные обугленные доски. Земля под ногами еще хранила запах гари и крови.

Маэл остановил телегу, а старая кобылица негромко всхрапнула, будто тоже чувствовала тягость места.

‒ Вернулись, ‒ тихо сказал он.

Крак оглядел двор и нахмурился. Слишком тихо. Слишком пусто.

‒ Энна и девчонка все еще в доме, ‒ сказал Маэл. ‒ Не будем тревожить. Пусть… пусть поспят еще немного.

Крак кивнул. Он помнил ночные рыдания Энны ‒ неслышные, но разрывающие сердце.

После битвы она унесла Фло в дальнюю комнату, подальше от тел, и оставалась с девочкой до самого рассвета. Маэл и Крак же перенесли тела Жана и Финна в большую спальню и положили их рядом с Гвендой, аккуратно, словно спящих. Потом пошли к реке, чтобы проводить Деда.

Маэл помнил ‒ когда они выходили ночью из дома, за дверью едва слышно плакала Энна… так тихо, будто боялась, что ее горе разбудит кого-то еще.

Теперь они стояли перед пепелищем ‒ и знали, что время скорби еще не прошло, но времени на нее им никто не дал.

‒ Пора найти ящик, ‒ сказал Маэл.

След угнанной телеги был хорошо заметен на влажной земле. Через четверть часа они нашли опрокинутую повозку, обломанное колесо и тела ‒ все то, что осталось после короткой, яростной погони.

Под ящиком лежало тело гвардейца. Крак, напрягшись, осторожно оттащил тяжелый ящик, который едва были способный поднять четверо мужчин.

‒ Заперт, ‒ буркнул шеши, ощупав замок. ‒ Дай-ка я…

И со всей силы стал бить кулаками и ногами по замку и дверце.

‒ Нет, ‒ Маэл ухмыльнулся. ‒ Силой тут мало что добьешься.

Крак зло щелкнул зубами:

‒ А что, знаешь другие способы?

В ответ Маэл поднял связку отмычек.

‒ Нашел у одного из братьев-лесорубов, ‒ сказал он. ‒ Вчера ночью. Такие вещи… глупо оставлять лежать без дела.

Крак хмыкнул и отступил в сторону.

Маэл сел на колени, вставил тонкую отмычку в замок и начал работать. Щелчки были почти неслышными, но для него ‒ как музыка.

Пока он возился, Крак нахмурился. Он вдруг понял, что не знает, как выглядит Око Земли.

‒ Почему я не спросил об этом у проклятого старика? ‒ буркнул шеши.

Маэл вопросительно посмотрел на него, но в замке раздался мягкий, удовлетворенный щелчок.

‒ Готово.

Они открыли тяжелую крышку, и Маэл тихо присвистнул.

Внутри было три отделения. На двух лежали раскрытые сундуки ‒ из них рассыпались золото, цепи, монеты, кольца. Некоторым украшениям место было в легендах, а не в ящиках.

‒ Похоже на часть императорской сокровищницы, ‒ сказал Крак, криво усмехнувшись. ‒ Или всю сразу.

Третий сундук был закрыт. Маленький висячий замок сверкнул в рассветном свете.

‒ Давай его.

Спустя еще минуту, замок открылся. Крышка со скрипом поднялась… и внутри сверкнуло море драгоценных камней. Алмазы, рубины, сапфиры. И множество тех, что Маэл даже не знал по названиям.

Но Крак не смотрел на них.

Он замер ‒ и слегка приподнял один маленький камень размером с ноготь. Алый с бурыми пятнами ‒ слияние крови и земли. С виду простой. Ничего особенного.

Но мир вокруг как будто… на миг дернулся. Маэл видел, как напряглись плечи шеши, как по его лицу пробежала дрожь, похожая на благоговение.

‒ Он это знал… ‒ прошептал Крак. ‒ Знал.

‒ Кто?

‒ Старик, ‒ ответил Крак, вертя камень меж пальцев, будто боялся, что тот исчезнет. ‒ Твои… Дочери Луны. Они ведь видят будущее, разве нет?

Маэл задумчиво покачал