Страж Луны - Руслан Иванцов

‒ Не все. И не так, как в легендах. Они видят кусочки, обрывки… и никогда не знают, к чему они приведут. Сора Илейн… она лишь знала, что в императорском вагоне будут десять пассажиров. Что их судьбы как-то связаны с ящиком в последнем вагоне, и что это может изменить равновесие. Но не знала ‒ как.

Крак медленно кивнул.

‒ Хм. Десять… ‒ хмыкнул он. ‒ И половина из них теперь среди предков.

Он аккуратно спрятал талисман в мешочек на поясе.

Маэл закрыл ящик.

‒ Надо спрятать сокровища, ‒ сказал он. ‒ Где-то, где никто не найдет.

Крак скривился в ту самую ухмылку, что появлялась у него всякий раз, когда он вспоминал что-то сомнительное.

‒ Есть одна пещера. У водопада. Некогда охранял караван… контрабандистов. Они прятали там товар. Место надежное.

Маэл вздохнул.

‒ Надеюсь, нам повезет больше, чем им.

Они погрузили сундуки на телегу, закрепили веревками и повернули назад ‒ туда, где их ждала новая тишина, новые заботы и те, кто остался в доме.

Впереди ждала долгая дорога. Но сперва ‒ последние обязанности на этом проклятом дворе.

***

Когда Крак и Маэл вошли в дом, там уже не было ночной растерянности.

Энна стояла у двери с узелком в руках, аккуратно уложенным, будто она собиралась в путь с ребенком не впервые. Фло была одета и причесана, с зажатой в ладошке карамелькой, которую она рассматривала с важным видом, словно драгоценность.

Маэл заметил сладость первым и усмехнулся:

‒ Ого… К тебе снова приходил Дед Сияш?

Фло энергично кивнула, отчего шляпка едва не слетела.

‒ Угу! ‒ прошептала она. ‒ У меня даже две!

И, подумав секунду, протянула одну Маэлю.

‒ Хочешь?

Маэл рассмеялся и покачал головой:

‒ Спасибо, я сегодня был недостаточно послушным.

Он поднял взгляд на Энну. Та едва заметно покачала головой. Маэл посмотрел на Крака.

Шеши пожал плечами ‒ так невинно, как только умел, ‒ и стало ясно, что карамельки под подушкой были его делом.

На мгновение в комнате повисла тишина. Даже не хотелось спрашивать откуда тот взял карамельки.

Ее нарушил детский голос:

‒ А где Гвенда? ‒ спросила Фло. ‒ И остальные?

Энна вздрогнула. Крак опустил взгляд. Оба посмотрели на Маэля.

Юноша не замешкался ни на миг. Он широко улыбнулся и сказал весело, будто речь шла о пустяке:

‒ Дед Сияш попросил их помочь ему разнести карамельки. Представляешь, этой ночью так много мальчиков и девочек вели себя хорошо, что он один не успеет все разложить.

Фло ахнула от восторга:

‒ Правда?!

‒ Конечно, ‒ кивнул Маэл. ‒ Они скоро вернутся. Просто задание сложное.

Глаза девочки загорелись.

‒ Я тоже хочу помогать!

Маэл сделал серьезное лицо:

‒ Помогать будешь обязательно. Но сначала тебе нужно подрасти… ‒ он прищурился и посмотрел на Крака, ‒ хотя бы до пояса вот этого великана. Иначе тролль Горгуль примет тебя за очень вкусную конфету.

‒ Что?! ‒ Фло пискнула, уже смеясь.

Маэл тут же согнулся, вытянул руки и зарычал:

‒ Р-р-р! Где тут моя карамелька-а-а?

Фло захохотала так громко, что даже Энна не удержалась от улыбки. Крак хмыкнул, показывая клыки ‒ редкое, почти доброе выражение для шеши.

Через несколько минут они были готовы.

Во дворе Энна прижала Фло к себе, поворачивая так, чтобы та не смотрела на землю, на темные пятна и неподвижные фигуры. Крак помог усадить их в телегу с сундуками, взял вожжи, и старая кобылица медленно тронулась с места.

Когда дом лесорубов остался позади, Энна тихо спросила:

‒ Куда мы едем?

Она уже поняла ‒ это была не дорога ни в Гюнташ, ни к поезду.

Маэл наклонился вперед и посмотрел на Фло:

‒ Помнишь… ты ведь хотела увидеть водопад?

Фло закивала так быстро, что чуть не выронила карамельку.

‒ Самый большой?!

‒ Самый большой, ‒ улыбнулся Маэл. ‒ Величайший водопад мира.

Девочка всплеснула руками от восторга.

Энна посмотрела сначала на Маэля, потом на Крака. Они ничего не ответили.

Телега покатилась по дороге, унося их прочь от пепелища ‒ к шуму воды.

Маэл достал переданное Дедом письмо ‒ голоса из прошлого. Он сидел боком, придерживая его, чтобы ветер не вырвал из пальцев. Бумага была тонкой, дорогой ‒ не для простолюдинов.

Печать была осторожно вскрыта, словно тот, кто это сделал, боялся, что от резкого движения строки рассыплются.

Поначалу все было… скучно. Светская болтовня, дворцовые сплетни, кто с кем танцевал на приеме, чья дама появилась в слишком смелом платье, а кто снова не удостоился аудиенции. Маэл бегло пробежал глазами, криво усмехнулся и перелистнул дальше.

И тут тон письма изменился.

Буквы стали плотнее, строчки ‒ неровнее, будто писавшая торопилась или с трудом держала перо.

Женщина писала о страхе.

После рождения наследника у принцепса Анфирия, несколько месяцев назад, ее тревога за Фло стала почти навязчивой. Она не верила, что прима Зоэ позволит жить девочке, которая слишком многое напоминало о старых грехах. А теперь ‒ война. Хаос. Слишком удобное время, чтобы «несчастный случай» никто не стал расследовать.

Поэтому она и решилась отправить Фло на юг ‒ подальше от столицы, от двора, от глаз. И просила сестру, Эдилию, позаботиться о девочке, как о собственной.

Маэл нахмурился.

Дальше было хуже.

Мать Фло писала о самом Анфирий. О том, что он стал другим. Ночами в ее доме появлялись люди, которых она прежде никогда не видела. Они входили тайно, уходили до рассвета. Говорили шепотом. И однажды принцепс попросил ее спрятать фотографию ‒ в игрушечном мече Фло.