Преддверие II - Елена Федина
– Что вы так волнуетесь? Он, наверно, давно у Арчибеллы в постели! Тоже мне, потеря!
Я уговорила Конрада поехать к Арчибелле и всё выяснить. Он хмуро согласился, но сказал, что, если Веторио действительно там, он размажет его по стене. Я хотела сказать, что это не так просто сделать, как кажется, но промолчала, чтобы лишний раз его не злить.
Он вернулся на закате. Я увидела его в окно и поспешила к нему, не в силах ждать, пока он сам зайдёт ко мне.
– Ты уже здесь? – Конрад скинул мокрый плащ и устало рухнул в кресло, вытянув ноги в грязных сапогах. – Дороги развезло, сплошная каша…
– Ну? – спросила я.
– Его там нет, – сказал он, – и не было.
– Она не врёт? Ты же знаешь, что она к нему неравнодушна!
– Она сама перепугалась, и теперь вся её прислуга прочёсывает окрестности.
В дверь осторожно постучалась Лаиса, она зачем-то принесла мне грушевый сок, хотя, по-моему, просто хотела узнать новости. Я попросила её оставить нас наедине.
– Неужели он всё-таки сбежал, Веста? – сказал Конрад с досадой.
– Ты и сам в это не веришь, – проговорила я. – Он вытерпел Леонарда, зачем ему понадобилось бы убегать от тебя?
– Вот это меня и бесит!
– С ним что-то случилось, разве не понятно?
– Что? Упал с моста и утонул? Или, может, провалился в яму? Или это чёрная птица его унесла в своих когтях?
– Это не птица! – сказала я с отчаянием, но Конрад мне не поверил.
– Он её видел. Теперь она ему отомстила.
Я поняла, что если Конрад поверит в эту версию, то искать Веторио уже не будет. Поиски тогда теряли всякий смысл.
– Это не птица! – сказала я почти с мольбой. – Ты можешь мне поверить хоть раз в жизни без всяких доказательств?
– Тогда он ушёл сам.
– Да нет же!
Я в отчаянии заходила по комнате, по широкому жёлтому ковру, мокрому и перепачканному следами грязных сапог. В это время двери тихо приоткрылись. В дверях появилась Корнелия. Она была изумительна в узком чёрном платье, отороченном белым мехом горностая, с изящно уложенными волосами и взволнованным румянцем на щеках. Она была до того хороша, что не хотелось отрывать от неё взгляд.
Конрад встал, я застыла.
– Я не слишком помешаю? – спросила она тихо.
– Нет, – сразу сказал он.
– Мне кажется, – она улыбнулась, – что я могу вам помочь.
– В чём?
– Вы ведь ищете Веторио?
– Ты знаешь, где он?
– Я не знаю, где он, но я знаю, что это сделал Леонард. Он пригласил Веторио к себе и угостил какой-то отравой. Когда Веторио упал, они его куда-то поволокли. Я это увидела совершенно случайно. Это всё. А теперь я пойду, пока меня не хватились.
Они смотрели друг на друга слишком долго. Я уже начала сомневаться, понял ли Конрад вообще, что она ему сказала.
– Спасибо, Корнелия, – проговорил он наконец.
Мне в который раз стало обидно за них обоих. Она ушла.
Лицо у Конрада было каменное, я не знала, что его больше потрясло: её визит или наглость Леонарда.
– Кажется, мы были квиты, – сказал он хмуро, – он забрал у меня Корнелию, я забрал у него Веторио, и то, заметь, только после того, как он сам от него отказался! В чём же дело?!
Он позвонил в колокольчик и, когда вошёл слуга, раздражённо приказал:
– Леонарда ко мне немедленно. Трезвого, пьяного – всё равно!
Не хватало мне только их ссоры!
Леонард был трезв.
– В чём дело, братец? – спросил он, разваливаясь в кресле. – Что за спешка? Я собирался принять ванну…
– Куда ты дел Веторио? – спросил Конрад без единой дружеской нотки в голосе.
– Я?!
– Хватит ломать комедию.
Младший брат это понял, он посмотрел на меня и тоже не нашёл в моём взгляде поддержки. Это его разозлило.
– Какое вам, собственно, дело? – спросил он злобно. – Он мой!
– Даже так?
– Да, так, – сказал Лео. – Это я его подобрал на болоте, мокрого и грязного, когда он еле на ногах стоял! Я его одел, обул и накормил, я обращался с ним почти как с равным…
– Ты сам его выгнал, – холодно отрезал Конрад.
– Да, я его выгнал. Но тебе я его не дарил.
– Веторио не букет, чтоб его дарить.
– Веторио – пёс, который признаёт только одного хозяина. Он мой. И я поступаю с ним как хочу!
Конрад терял терпение.
– В этом замке вообще нет ничего твоего, – сказал он властно, – у тебя есть поместье за озером, вот там и будешь распоряжаться. А здесь я хозяин. Один для всех.
Леонард побелел, даже посинел, мне показалось, что и волосы у него встали дыбом. Я сама не ожидала от Конрада такой резкости.
– Ах вот как! – Леонард встал, руки его тряслись. – Ты уже мне приказываешь? С Филиппом ты бы не посмел так разговаривать!
– С Филиппом и ты бы не посмел так разговаривать.
– Но ты не Филипп. Не забывай об этом.
Они уставились друг на друга.
– Чтобы через полчаса Веторио был здесь, – сказал Конрад, – или здесь не будет тебя.
Леонард злобно сверкал своими бычьими глазами.
– Он…
– Что ты сказал?
– Он мёртв, – повторил Лео, – но если б он был жив, я бы скорее убил его, чем отдал тебе. Понятно?!
– Вон, – с тихой яростью проговорил Конрад.
– Совсем, из замка? – усмехнулся Леонард.
– Пока отсюда!
Когда смолкли его шаги, я подошла к мрачному Конраду, у меня самой тряслись руки.
– Он врёт. Я ни секунды не сомневаюсь, что он врёт!
– От этого не легче, Веста. Мы ничего от него не узнаем. Никогда.
– Аристид или Софри наверняка знают что-нибудь. С ними можно поговорить построже. Только надо торопиться, пока он и в самом деле его не убил.
– Не убьёт, Веста. Не посмеет.
– Ты так думаешь?
– Пока он не узнает, кто такой Веторио, он этого не сделает. И спать спокойно не сможет. Веторио ему не по зубам.
Я дрожала.
– Но ведь и ты этого не знаешь.
Конрад задумался.
– Но я хочу знать, – сказал он потом. – Веторио – существо такое же фантастическое, как моя чёрная птица. Он не человек, Веста, по крайней мере, не просто человек. В этом я совершенно уверен.
– Но… надеюсь, ты его не боишься?
– Нисколько. Я его изучаю. Представь себе, он за один день прочитал полбиблиотеки и пересказывал мне наизусть. Но больше всего потрясло меня не это, а то, что он совершенно не умеет писать, – Конрад усмехнулся, – но он обещал научиться. За