Написать Империю 6 - Михаил Усачев

— Ты уже благодарила меня за них.

— Знаю. Но теперь, когда я вижу всё это сверху…

Она замолчала, пытаясь подобрать слова.

— Вы понимаете, что вы сделали?

Рохан посмотрел на неё.

— Посадил дерево.

— Вы изменили то, каким мы представляем собственное будущее.

На этот раз он не стал шутить.

— Надеюсь, вы сумеете воспользоваться этой возможностью.

— Мы сумеем.

Ответ прозвучал быстро и очень уверенно.

Рохан заметил, как она расправила плечи. Девушка всё ещё улыбалась, но в её взгляде появилась новая твёрдость.

Она была человеком, которому доверили целое племя.

И, судя по всему, собиралась оправдать это доверие.

Крепость слегка изменила направление.

За облаками показалась синяя полоса.

Серебряная Луна сначала не поняла, что видит. Она прищурилась, придвинулась к стеклу и вдруг резко выпрямилась.

— Это…

— Море, — подсказал Рохан.

Оно простиралось до самого горизонта.

С высоты вода казалась огромным зеркалом, отражавшим солнечный свет. Белые облака скользили над его поверхностью, а вдали береговая линия изгибалась между скалами. Солнечные блики дрожали на волнах, словно кто-то рассыпал по воде тысячи золотых монет.

Серебряная Луна смотрела на него, не произнося ни слова.

— Красиво, правда? — спросил Рохан.

Она медленно кивнула.

— Я никогда не видела ничего подобного.

— А если подняться ещё выше, можно увидеть, как море сливается с небом. И то и другое… выглядит бесконечным… очень красивым.

Серебряная Луна прищурилась.

— Не думаю, что в мире есть что-то ещё красивее…

— Есть, — спокойно произнёс Император.

Она повернулась к нему.

— Что же?

Тот пару секунд помедлил, но не стал говорить ей.

Он посмотрел в сторону.

— Вон, глянь туда. — Там, над облаками, возвышался тёмный силуэт красивой горы. Её вершина была окутана дымкой, а на склонах виднелись застывшие потоки магмы.

Серебряная Луна проследила за его взглядом.

— Вулкан?

— Да.

— Он опасный…

— Насколько мы видим, он сейчас спит.

— А если проснётся?

— Надеюсь, мы будем достаточно далеко.

Она рассмеялась.

И Рохан поймал себя на том, что ему нравится этот смех.

В нём не было осторожности, которой девушка окружала себя на земле. Не было напряжения, необходимости постоянно следить за окружающими. Она просто радовалась тому, что перед собой видела.

Как сильно трогают сердце люди, способные так искренне удивляться.

Большинство смотрели на «Драконье Солнце» и видели оружие. Политический инструмент. Символ власти. Одни мечтали завладеть им, другие — уничтожить, третьи пытались понять, как оно устроено.

Серебряная Луна смотрела в окно и радовалась облакам.

— Ваше Величество…

— Рохан.

Она повернула голову.

— Что?

— Здесь нет старейшин, леди Серебряная Луна. Можешь называть меня просто Роханом.

Девушка несколько мгновений молчала.

— Хорошо… Рохан.

Она произнесла его имя осторожно, будто пробовала незнакомое слово на вкус.

— Можно задать вопрос?

— Ты ведь всё равно задашь его, даже если я скажу «нет».

— Это верно…

Он улыбнулся.

Серебряная Луна помедлила, затем спросила:

— Почему вы так добры ко мне?

Рохан посмотрел на неё.

Вопрос был простым. И всё же в нём скрывалось больше, чем она, возможно, сама понимала.

Он мог перечислить причины. Сказать, что сильная и независимая Серебряная Луна была полезным союзником. Что процветающие пустоши отвечали интересам Империи. Что её возвышение могло укрепить мир между племенами и людьми.

Всё это было правдой.

Но сейчас, глядя на девушку, которая только что открыла для себя море с высоты облаков, Рохан не захотел отвечать так, как ответил бы на совете министров.

Он слегка наклонил голову.

— Потому что ты красивая.

Серебряная Луна застыла.

— Что?..

— Ты спросила, почему я добр к тебе. Я ответил.

— Ага…

Она замолчала.

Рохан смотрел на неё с невозмутимым выражением лица. В уголках его губ пряталась улыбка, словно он только что отпустил совершенно невинную шутку.

Но его взгляд не был насмешливым.

И именно это сбило её с толку.

— Вы сейчас издеваетесь надо мной? — наконец спросила она.

— А ты как думаешь?

— Я…

Она не знала, что же ответить.

Рохан отвернулся к окну, словно разговор был окончен.

Серебряная Луна смотрела на него ещё несколько секунд.

Затем её лицо вспыхнуло.

— Ах ты…

Она резко шагнула к нему.

Рохан успел только повернуться, когда девушка схватила его за одежду и всем весом бросилась на него.

— Эй!

Он пошатнулся и едва удержался на ногах, успев подхватить её, прежде чем они оба рухнули на пол.

— Серебряная Луна⁈

— Тихо! Молчи!

Она смотрела на него сверху вниз. Её лицо было красным, дыхание сбилось, а в глазах смешались смущение, злость и чувство, которому она сама ещё не успела подобрать название.

— Ты не можешь просто так говорить подобные вещи!

— Почему?

— Потому что…

Она осеклась.

Рохан молчал.

Впервые за всё утро он не улыбался.

— Потому что я не знаю, шутишь ты или нет, — тихо сказала она.

Между ними повисла тишина.

За окном продолжали плыть облака. Где-то в глубине крепости глухо работали механизмы, поддерживавшие полёт. Солнце медленно освещало пространство вокруг них.

Рохан посмотрел ей в глаза.

— А если нет?

Серебряная Луна перестала дышать на мгновение.

Затем, словно приняв решение, которое не могла больше откладывать, она наклонилась к нему.

И на этот раз Рохан не стал шутить.

* * *

В лагере Шахрам царило необычное спокойствие.

Празднование завершилось далеко за полночь. Большинство жителей разошлось по шатрам, уставшие после долгого дня. Воины сменили друг друга у костров, а старейшины, которым полагалось обсуждать дела нового правления, почему-то никак не могли собраться вместе.

Причина была известна всем.

Император Великого Света и Серебряная Луна находились на небесной крепости.

Вместе.

Практически наедине.

Нынешний вождь Шахрам сидел у костра и выглядел так, будто за последние несколько часов постарел на несколько лет.

Напротив него расположился один из старейшин. Тот тщательно скрывал улыбку, рассматривая собственную чашу.

— Прекрасное утро, не правда ли? — осторожно заметил он.

— Я не знаю, — мрачно сказал прошлый вождь.

— Погода хорошая.

— Угу.

— И крепость выглядит очень величественно.

— Угу.

Старейшина покосился на него.

— Ваша дочь, должно быть, тоже наслаждается видом.

Отец медленно поднял глаза.

Старейшина немедленно уставился в чашу.

— Я ничего не говорил.

— Вот и продолжай в том же духе.

— Конечно.