Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

Видя, что почтенной госпоже лежать неудобно, нянечка Су поспешно помогла ей приподняться, а нянечка Чэнь поспешно подложила за спину подстилку.

– Вы бы знали, как страшно нам всем было прошлой ночью. – Голос нянечки Су дрогнул от волнения. – Вы все бредили, лоб у вас горел так, что дотронуться было невозможно. Мы никак не могли вас добудиться. Если бы не этот способ юной госпожи…

– Раз все обошлось, значит, ничего страшного и не случилось. Свое тело я знаю: было бы хуже, если бы я, держась из последних сил, не заболела, – тяжело вздохнула почтенная госпожа, утешая свою верную служанку, служившую ей несколько десятков лет. – Пойди скажи всем, что сегодня утром приходить справляться о моем здоровье нет надобности, пусть отдыхают у себя во дворах. И не нужно им приходить сюда ухаживать за мной. Да, и передай им, чтобы не тревожили Чжи-эр, пусть хорошенько выспится.

– Слушаюсь.

* * *

Хуа Чжи проснулась и увидела, что четыре ее служанки бесшумно занимались каждая своим делом. Из-за отяжелевшей после сна головы она никак не могла сообразить, какой сейчас час.

Инчунь, обернувшись, увидела, что госпожа очнулась. Девушка поспешно отложила иголку с ниткой и, взяв одежду, поспешила к кровати:

– Барышня, вы проснулись.

– Который сейчас час?

– Первая четверть часа Козы[39], вы даже ни разу не ворочались за всю ночь.

– Просто тело так устало. – Окончательно придя в себя, Хуа Чжи протянула руки, чтобы Инчунь помогла ей одеться. – Как чувствует себя бабушка? Приходил ли кто из ее покоев с вестями?

– Зная, что вы беспокоитесь о самочувствии почтенной госпожи, нянечка Су сама приходила к вам, передавала, что ваша бабушка очнулась, ее нынешнее состояние в порядке. Так что она велела вам не волноваться.

Умывшись и поев, Хуа Чжи снова направилась во двор к бабушке. Еще на подходе она услышала доносившиеся из внутренней комнаты нежные детские голоса. Во внешней части покоев сидели женщины со всех дворов их дома.

– Ну как, выспалась? – Главная госпожа, заметив столь бодрый вид дочери, тоже поуспокоилась. Хотя прошлой ночью она и слышала из своей комнаты какой-то шум, но даже не догадывалась, что это почтенная госпожа заболела, да еще так серьезно. Хорошо, что Чжи-эр оказалась такой умелой.

– Да, выспалась. Вторая, третья и четвертая тетушки, и вы все здесь собрались.

Вторая невестка мягко ответила:

– Мы тоже должны ухаживать за больной госпожой. А ты одна всю ночь мучилась, заботясь о ней. Почему же не послала за нами?

– Я просто как-то не подумала об этом.

– Мы не виним тебя, просто нельзя, чтобы ты одна-одинешенька всю ночь хлопотала.

Вот каковы были женщины семьи Хуа – кроткие, нежные, но в шелках у них игла-то была припрятана[40]. Хуа Чжи, отвечая на их вопросы, мысленно вздохнула: она ведь не была мужчиной, чтобы ей нравилось наслаждаться подобной нежностью. Девушке больше по душе оказались дамы прямые и открытые.

Барышня проследовала во внутреннюю комнату. Хуа Болинь, завидев юную госпожу, поспешно поднялся:

– Сестрица.

Остальные в комнате тоже поприветствовали ее.

Здесь собрались все отпрыски главной ветви семьи Хуа: шестеро мальчиков и четыре девочки.

Сев на край кровати, Хуа Чжи потрогала лоб бабушки: температура пока оставалась слегка повышенной, но по сравнению с прошлой ночью состояние ее сильно улучшилось.

– Не волнуйся, теперь мне куда лучше. – Почтенная госпожа взяла ее руки и, сложив их вместе, накрыла своей ладонью. Нежная и сухая кожа так явно контрастировали друг с другом, словно то был символ перехода от старости к молодости.

– Вам просто следует хорошо заботиться о себе, а все остальное предоставьте мне.

– Хорошо, хорошо, буду наслаждаться вниманием моей внучки. – Почтенная госпожа улыбалась, словно и вовсе позабыла о своей болезни и о том, что род Хуа ныне находится в шатком положении.

Хуа Чжи казалось, что, пока на лице бабушки сияла улыбка, в их семье все обязательно должно наладиться. Пока почтенная госпожа с ними, даже если все в душе и были охвачены тревогой, они не теряли надежду на светлое будущее.

– Бабушка, все будет хорошо.

– Будем надеяться, что так все и сложится. – Почтенная госпожа тяжело вздохнула. – Семью коснулась такая большая беда, а эти две тетушки, сестрицы отца твоего, даже не удосужились навестить нас. Такие злобные. Интересно, и в кого это они уродились.

– Если они уже перестали считать себя частью семьи Хуа, то такое поведение вполне объяснимо. Женщина, выйдя замуж и родив детей, всегда начинает меньше думает о себе, а больше – о собственных чадах, – улыбнулась Хуа Чжи. – Со старшей тетушкой, скорее всего, так оно и было, но вот младшая, с ее-то характером, боюсь, уже успела где-нибудь тайком наплакаться.

Да, из всей семьи Хуа только Хуа Цзинь способна полностью отказаться от заботы об отчем доме в столь трудную минуту. Из четырех детей почтенная госпожа больше всех любила свою старшую дочь, но как раз таки она больше всех и ранила ее сердце.

Со вздохом отбросив мысли о тех, кто не стоил ее переживаний, бабушка аккуратно спросила:

– С тем, что наши свойственники решат, можно и не считаться. Но не должны ли мы, род Хуа, разработать свой план действий?

– Тетушки – мои старшие родственницы, я не вправе принимать решения, пренебрегая их мнением. Я всего лишь выскажу вам свои соображения, а вы пока просто выслушайте их.

– Сейчас ты хозяйка в доме, нет ничего такого, о чем тебе нельзя было бы сказать. Созови их всех. Цуйсян, пригласи сюда еще и обеих наложниц.

Цуйсян – таково было имя нянечки Су. Она, откликнувшись, направилась во флигель, куда после приезда детей почтенная госпожа велела перейти наложницам.

Когда все были в сборе, Хуа Чжи без всяких предисловий тут же перешла к делу:

– Я считаю, что лучше всего порвать отношения с вашими кровными родственниками.

От этих слов все жены завертелись на месте. Родная семья – это опора, это мощная поддержка, это те, кто с наибольшей вероятностью поможет им в беде. К тому же их родственники были далеко не последние в стране по своему статусу, а потому, может, они и смогли бы оказать им большую помощь в сложившейся ситуации.

Почтенная госпожа окинула всех взглядом, и женщины тут же присмирели.

– Почему?

– Разрыв отношений станет благом для всех. – Хуа Чжи посмотрела на собравшихся. – Вы считаете их своими родственниками, но для них вы