Воздушная кавалерия. Том 8 - Джек из тени

— Это ваше право, ваша светлость, — без малейших эмоций произнес гость.

— К тому же, — продолжил князь, проверяя реакцию, — я не единственный владелец этого бизнеса. Без согласия графа Воронцова и, тем более, барона Строганова, которому принадлежат все ключевые технологии, мои акции — просто дорогие бумажки.

— Это будут уже наши проблемы, — «серый» человек едва заметно пожал плечами. — Как именно мы найдем подход к графу Воронцову и к барону Строганову. Мы просто хотели проявить уважение и сделать предложение первому вам, как самому опытному и мудрому из партнеров.

Ловушка. Это была явная попытка вбить клин между ними. Предложить ему сделку за спиной у остальных. Продать свою долю и выйти из игры с гигантским кушем, оставив Воронцова и Строганова разбираться с последствиями. Старый, как мир, прием.

— Пожалуй, я все-таки откажусь, — спокойно ответил князь. — Наше партнерство основано не только на деньгах, но и на доверии. Я не веду сепаратных переговоров.

Гость молча смотрел на него несколько секунд, а затем кивнул.

— Ваше право.

Он встал. Никаких угроз, никаких обещаний божественной кары или намеков на неприятности. Просто встал и пошел к выходу. Это было самое страшное.

— Мы предпочитаем делать, а не говорить, — произнес, словно прочитав мысли князя, «серый». И впервые позволил себе легкую, почти незаметную улыбку. — До свидания, ваша светлость.

— Скорее прощай, — тихо ответил князь уже в пустую комнату.

Он тут же нажал другую кнопку на подлокотнике.

— Хвостов! Вести его. Мне нужно знать, кто он и куда поедет. Все его контакты.

— Слушаюсь, ваша светлость. Машины уже пошли.

Князь, тяжело дыша, подошел к бару и плеснул себе в бокал коньяка. Руки слегка дрожали. Он осушил бокал одним глотком, и тут же бросился к коммуникатору, чтобы связаться с Воронцовым. Нужно было немедленно предупредить его и Строганова.

— Александр, слушай меня внимательно! — выпалил он в трубку, как только Воронцов ответил. — У меня только что был гость. Сделал предложение, от которого у меня до сих пор волосы на затылке дыбом стоят. Они хотят купить все! С потрохами! За безумные деньги!

Он не успел договорить. Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в нее, бледный, как смерть, влетел полковник Хвостов.

— Ваша светлость!

— Что случилось⁈ — рявкнул Ростов, видя выражение его лица.

— Машина… Машина с объектом, за которым мы вели наблюдение… она только что взорвалась! На Дворцовом мосту!

— Что значит «взорвалась»⁈ —рявкнул князь.

— Она взлетела на воздух, ваша светлость! — четко по-военному ответил полковник. — Взрыв был такой силы, что там ничего не осталось. Вообще ничего. Ни машины, ни тела. Только мелкая труха и дыра в мостовой.

Кабинет Наследника, еще недавно бывший образцом строгого аристократического вкуса, теперь напоминал лихорадочно работающий аналитический центр. Громоздкие дубовые панели были скрыты за временными экранами, на которых без остановки бежали строки донесений, вспыхивали карты регионов и сменяли друг друга диаграммы, похожие на кардиограмму умирающего. Воздух, густой и спертый, пах перегретым оборудованием, дорогим табаком и остывшим кофе. Тишину нарушало лишь негромкое гудение аппаратуры, да редкие, отрывистые щелчки коммуникационного аппарата, выплевывающего очередную порцию дурных вестей.

Майор Волков, стоял перед огромным центральным экраном, и его лицо, обычно непроницаемое, как гранитная плита, сейчас было похоже на маску из серого воска. Он не спал уже третьи сутки, как и большинство его подчиненных. Как и сам Цесаревич.

Алексей Николаевич сидел в своем кресле, заваленный папками и распечатками, и его бледность была почти нечеловеческой. Темные круги под глазами делали его похожим на персонажа с готической картины, а не на будущего правителя величайшей Империи. Он машинально вертел пустую чашку кофе, глядя в одну точку на экране, где красным пульсировала карта столичного округа.

— Порадуй меня, Волков, — голос Наследника был тихим и хриплым от усталости и бессонницы, но в нем все еще была железная уверенность, что Империя со всем справится. — Скажи мне, что мы, наконец, поймали за хвост хотя бы одного из этих ублюдков.

Волков медленно повернулся. Впервые за два года службы под началом Цесаревича, он не знал, что ответить. Впервые у него не было ни плана, ни контрмеры, ни даже внятной гипотезы. ИСБ, всесильная, всепроникающая структура, наводившая ужас на половину мира, оказалась бессильна.

— Мне нечем вас порадовать, Ваше Высочество, — честно ответил майор, зная, что стоящий перед ним молодой человек не терпит лжи и пустых обещаний. — Мы проигрываем.

Наследник медленно поднял на него глаза. В их глубине не было ни гнева, ни разочарования. Только бесконечная, мертвая усталость.

— Проигрываем, — повторил он, как эхо. — Интересная формулировка для структуры, в распоряжении которой лучшие Кинетики, лучшие аналитики и практически неограниченные ресурсы.

— Противник действует с огромной скоростью и эффективностью, — Волков подошел к экрану и указал на одну из вспыхнувших точек. — Час назад. Пожар на складах Путиловского завода. Поджог. Сгорело оборудование, предназначенное для производства новых артиллерийских систем. Группа поджигателей была зафиксирована нашими агентами. Мы оцепили район, подняли в воздух дирижабли наблюдения. К моменту, когда наша группа захвата вошла в здание, там уже никого не было. Испарились.

Он переключил изображение. На экране появились кадры с уличной камеры. Массовая драка у ворот Обуховского завода.

— Два часа назад. Провокация. Стычка между рабочими и полицией. Началась с бытового конфликта, за десять минут переросла в побоище с сотней участников. Наши агенты в толпе выявили семерых зачинщиков. Пока пробивались к ним, они растворились в толпе. Ни одного не взяли.

Новая картинка. Взрыв на железнодорожном мосту через Обводный канал.

— Три часа назад. Диверсия. Повреждены пути. Движение поездов с военных складов на юге столицы парализовано минимум на сутки. Свидетели говорят о «нескольких хлопках». И снова — ни следов, ни улик.

Волков выключил экран.

— И так по всей стране, Ваше Высочество. Десятки инцидентов в день. Пожары, взрывы, забастовки, перестрелки. На биржах паника, кто-то умело играет на понижение, обрушивая акции ключевых промышленных предприятий. В ГИС — шквал дезинформации, слухов, панических сообщений. «Правительство не контролирует ситуацию», «Армия не способна защитить граждан», «Надвигается голод». Каждое сообщение, каждая диверсия — это маленький, точный удар в самое уязвимое место. Со стороны все это кажется набором разрозненных, не связанных между собой событий. Мелочью. Но мы, в отличие от