Побег - Евгений Аверьянов

Я вышел на улицу и не стал сразу поворачивать к дому. Медленно поправил рукав, бросил взгляд на прохожих, оценил ближайшие крыши, окна, тени у стен. Никаких очевидных хвостов видно не было. Что, конечно, значило только одно: хвосты были не совсем идиотами. Барон меня отпустил, но наблюдать за мной всё равно будут. Вопрос только в том, насколько близко и нагло.

Я сделал вид, что просто решил прогуляться после неприятного разговора. Пошёл вдоль широкой улицы, потом свернул к торговому ряду, прошёл мимо закрытой лавки с вывеской мастера по кристаллам и вышел к небольшой площади.

Место подходило практически идеально. Не слишком пустое, чтобы моё появление бросалось в глаза, и не слишком людное, чтобы каждый толчок превращался в проблему. Несколько торговцев всё ещё держали прилавки открытыми, у фонтана спорили двое мужчин, возле дома напротив стояла женщина с корзиной, дальше прошла группа стражников. Город находился почти на военном положении, но жизнь полностью остановить было невозможно.

Люди всё равно ходили, покупали хлеб, спорили. В общем делали вид, что всё происходящее можно переждать, если достаточно долго не задавать неправильных вопросов.

Я сел на лавочку у стены, вытянул ноги и с самым естественным видом усталого человека прикрыл глаза. Со стороны это должно было выглядеть как обычная попытка прийти в себя после беседы с бароном. Однако я уже осторожно вытаскивал из внутреннего кармана маленькую птицу. Хорошо, что я взял её в этот раз с собой.

Я прикрыл птицу полой верхней одежды, защёлкнул кристалл и едва заметным движением отправил её под лавку. Оттуда маленький конструкт пробрался к тени у стены, расправил крылья и почти бесшумно взлетел.

Мир привычно раздвоился, и площадь передо мной стала одновременно обычной и слишком большой. Я осторожно переключил основное внимание на птицу, оставив собственное тело в фоновом режиме. Это было немного неприятно. Я чувствовал лавку под собой, слышал шум площади, но всё это ушло куда-то на задний план. Достаточно, чтобы среагировать, если кто-то подойдёт слишком близко, но недостаточно, чтобы чувствовать себя спокойно.

Птица сделала круг над площадью. Я обошёл взглядом улицу, лавки, окна, арки между домами, и довольно быстро нашёл тех, кто слишком старательно изображал обычных горожан. Один мужчина стоял в тени у входа в закрытую мастерскую и смотрел на меня. Другой устроился у стены через площадь, якобы поправляя ремень на сумке. За несколько минут он поправил его уже раза четыре, но с места не ушёл. Третий сидел возле фонтана и слишком внимательно наблюдал за отражением в воде. Ещё двое держались дальше, у переулка. Значит, барон не просто сомневался в моей личности, а уже начал принимать меры.

Я направил птицу к резиденции. Маршрут выбрал тот же, по которому меня недавно вели. Над улицей, потом через двор у служебного входа, вдоль крыши кухни, над узким коридором, где окна выходили почти под самый карниз. Сверху резиденция казалась куда менее внушительной, чем изнутри. А вот людей там было слишком много для спокойного дня. Слуги бегали с бумагами, стражники сменяли посты, несколько раненых солдат провели через боковой проход. Я держал птицу выше, осторожно лавируя между трубами и выступами. Один раз пришлось прижаться к каменной резьбе, когда по крыше прошёл рабочий с мотком верёвки. Он отвлёкся на шум, но ничего не заметил или ему было плевать. Сегодня у всех хватало проблем.

На одном из внутренних дворов я заметил знакомую фигуру. Представитель церкви вышел из боковой двери резиденции быстрым шагом. Лицо у него было жёстким, губы сжаты, трость стучала по каменным плитам чаще обычного. Рядом с ним шёл молодой служка, едва успевая за темпом. Церковник был очень недоволен. Даже сверху это читалось прекрасно. На секунду мелькнула мысль проследить за ним. Он мог направляться к своим людям или к способу связаться с внешним миром. И всё это было важно, но сейчас меня интересовал другой разговор.

Я заставил птицу пролететь дальше. Резиденция оказалась не таким уж закрытым местом, если смотреть на неё с высоты маленького конструкта. В стенах хватало вентиляционных щелей, высоких окон, декоративных решёток, старых технических зазоров. Для человека подобное бесполезно, а для птицы размером с воробья — вполне достаточно.

До кабинета барона с первой попытки добраться не удалось. Пришлось пару раз возвращаться, сверять направление, вспоминать, где именно проходил коридор. Наконец птица проскользнула через узкое верхнее окно, оказалась под потолком знакомого помещения и села на тёмную балку.

Благо цельного потолка здесь не было. Балки проходили поперёк кабинета, над ними темнели ниши и декоративные панели. Снизу их почти не разглядишь, особенно если не знать, что на одной из них сидит маленький чёрно-серый конструкт. Я сложил крылья и переключился на слуховые сенсоры. Практически сразу голоса стали различимыми. В кабинете находились двое: барон Патрик Стоун и человек в капюшоне.

— Да не может быть, чтобы король что-то прознал и отправил сюда своего человека, — раздражённо говорил барон. — Это невозможно.

— Не держи его за дурака, Патрик, — ответил скрипучий голос.

Я застыл. Собственное тело на площади где-то далеко почти перестало существовать. Весь мир теперь сжался до балки под когтями птицы и двух голосов в кабинете.

— Король на то и король, чтобы знать практически всё, что происходит в его владениях, — продолжил человек в капюшоне. — Или хотя бы подозревать.

— Тогда зачем мы вообще всё это затеяли? — голос Стоуна стал тише. — Может, не стоило? Может, ещё не поздно отказаться?

Человек в капюшоне не ответил сразу. Внизу скрипнуло кресло.

— Если хочешь отказаться, скажи об этом прямо сейчас, — произнёс он наконец. — Пока у нас ещё есть возможность тебя заменить.

Барон молчал несколько секунд.

— Нет, — быстро сказал он. — Нет, я не это имел в виду. Я понимаю, сколько вложено в это предприятие. Деньги, люди, годы подготовки, связи, договорённости. Я не предлагаю ничего отменять.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Я говорю о последствиях. Если король узнает о заговоре…

— Он в любом случае равно узнает.

Эти слова прозвучали спокойно, а у меня внутри неприятно похолодело. Я становился свидетелем самого настоящего заговора. Вот теперь часть странностей начала складываться в очень нехорошую картину. Город, репутация, турнир инженеров, неизвестный человек в капюшоне, барон, который вроде бы хозяин, но периодически искал поддержки у непонятных личностей.

— Последствия будут, — сказал человек в капюшоне. — Вопрос только