Реликтомант 2 - Аристарх Риддер

— Куда⁈ — возмутилась Соня.

Она потянула ремень в другую сторону. Стахановец некоторое время решал, кому доверять, наезднице или своему более умному товарищу. В итоге выбрал Второго.

Обе птицы ушли на широкий круг вокруг телеги с брёвнами.

Соня потеряла несколько шагов, и теперь язык показала Эля, которая легко вернула Второго на трассу, пока Стахановец снова решал, что делать.

Дарья воспользовалась их войной и ненадолго вырвалась вперёд. Шпилька лихо пронеслась мимо нас, Дарья сидела ровно и спокойно и, казалось, совсем не отвлекалась на крики.

— Новый лидер! — сообщил Гараж. — Тихо ехала, никого не трогала и дождалась, пока остальные сами себе помешают. Вот это взрослая стратегия!

— Я всё слышу! — крикнула Соня.

— Для того и комментирую! — не растерялся Гараж.

Лотта засмеялась и тут же чуть не пропустила поворот. Кнопка решила помочь сама, свернула вовремя и вернула хозяйку на трассу.

Пельмень в этот момент заканчивал предыдущий круг. Он тяжело дышал, часто переставлял ноги и держал выбранное направление. Никто его не подгонял. Булыч один раз сбегал к нему, гавкнул для поддержки и снова умчался к сёстрам.

На последний круг Соня и Эля вышли почти вместе. Дарья держалась немного позади. Лотта отстала ещё на несколько шагов, а Глафира давно потерялась за нижним домом.

Я уже решил, что победитель определится между сёстрами, но из-за дома показался Обжора с Глафирой в седле.

Перед мордой страуса болтался небольшой мешочек. Он был привязан к длинной палке, которую Глафира держала одной рукой.

Обжора сразу прибавил в скорости и быстро сокращал расстояние.

— Что у неё там? — спросил Володя.

— Зерно, — с уважением ответил Ганс.

Обжора прошёл Лотту ещё внизу. Дарью догнал на подъёме. Та услышала топот, оглянулась и сразу уступила край дороги.

Соня с Элей тоже увидели новую угрозу, но времени перестроиться уже не осталось.

Они шли рядом и продолжали мешать друг другу. Второй пытался обойти справа, Стахановец прижимался к нему. Булыч бежал между ними и уже давно отказался от попыток понять, кто побеждает.

Обжора прошёл обеих с внешнего края, и Глафира пересекла финиш первой. Палку она сразу убрала за спину.

Соня остановила Стахановца в нескольких шагах и ткнула пальцем в победительницу.

— Нечестно!

— Полностью нечестно! — поддержала Эля.

Сёстры мгновенно перестали спорить друг с другом и занялись Глафирой.

Глафира слезла с Обжоры, поправила передник и отдала ему зерно из мешочка.

— Где было сказано, что нельзя?

Обе сестры приготовились спорить, но подходящего правила не нашлось.

— Что не запрещено, то разрешено, — закончила Глафира.

— Протест отклонён! — немедленно объявил Гараж. — Победа чистая с точки зрения отсутствующих правил!

— В следующий раз приманки запрещены, — сказал я.

— И команды чужим страусам тоже, — сразу добавила Эля.

Соня повернулась к ней и сразу возразила:

— Почему? Если Второй слушается всех подряд, сама виновата.

— Ты пять минут назад требовала снять Глафиру за то, чего в правилах тоже не было.

— Это другое.

— Чем?

Соня задумалась. Остальные молча ждали решения.

— Ничем, — признала она наконец. — Ладно. В следующий раз нельзя. Но сегодня мой приём считается честным.

— Считается, — согласился я.

К вечеру у нашей гонки уже появился свой список запретов. Дорогу мы при этом ещё только ровняли.

Гараж уже собирался объявить полные результаты, когда со стороны огородов послышался частый топот.

Это был Пельмень.

Все участники давно стояли у финиша, а он продолжал свой последний круг. Птица поднялась на холм, обогнула Гараж и пошла вниз. Потом вернулась по улице и пересекла черту, которую Соня утром провела палкой на земле.

Никто его не подгонял, и дистанцию он закончил сам.

Народ встретил его общим ликованием.

Пельмень остановился, открыл клюв и некоторое время просто дышал.

— Приз зрительских симпатий! — вынес решение Гараж. — Единогласно! Даже я за!

Пельмень получил таз мешанки, сунул туда голову и потерял всякий интерес к дальнейшим событиям.

Когда народ начал расходиться, я заметил Изольду. Она всю гонку простояла в стороне, руки держала перед собой и к страусам близко не подходила.

— А вы почему не участвовали?

Она посмотрела на меня с достоинством.

— Я уже не в том возрасте для подобных развлечений. И в седле всегда держалась плохо.

Я кивнул. Хотя по-моему она просто побаивалась выросших страусов, но не хотела в этом признаваться.

Я перевёл взгляд на Стахановца. Тот пытался залезть к Пельменю в таз и уже получил клювом по лбу.

— Начальник! — оживился Гараж. — Следующую гонку делаем на мотоциклах!

— У нас один мотоцикл.

— Так сделай ещё.

Я посмотрел на ворота, за которыми стоял отремонтированный «Урал».

— Подумаю.

Гараж решил, что я согласился.

* * *

За последнюю неделю у нас вообще многое дошло до состояния «работает». Главным пунктом был «Урал».

Я собрал двигатель окончательно, заменил старые шланги, выправил несколько деталей и перевёл питание на спирт. Первый запуск занял почти час, потому что мелкие проблемы полезли одна за другой. На втором запуске мотор уже держал обороты. На третьем я проехал по деревне и вернулся своим ходом.

На следующий день я съездил до грибного круга, а позже повторил поездку.

Мотоцикл трясся и шумел, а временами требовал внимания. Но свою работу он делал.

Спиртовое топливо тоже пришлось подбирать по смеси, поэтому два вечера я потратил на настройку. Результат меня устраивал.

А Система решила, что этого достаточно для награды.

«Восстановлен сложный предмет: мотоцикл 'Урал».

Опыт начислен.

Внимание. Получен 11 уровень.

Получено очков навыка: 1.

(Старое железо снова ездит. Значит, хранили не зря.)'

Вот с последней строчкой я был согласен полностью. Заодно своей награды дождался Гараж.

За неделю в нём разгружали добычу со склада грильфов и ремонтировали мотоцикл. Обычная работа и трофеи тоже никуда не делись. Так что в один из вечеров книга сообщила, что Владение достигло седьмого уровня.

Гараж после этого минут десять перечислял свои заслуги.

Я слушал краем уха. Когда человек получает повышение, ему иногда надо дать выговориться. Даже если это не совсем человек. В конце концов, как говорится в одном известном фильме, у всех свои недостатки.

Булыч, тем временем, тоже добрался до четвёртого уровня. С ним всё было понятнее. Пёс охранял деревню, следил за птицами, сопровождал Соню и первым реагировал на любую возню у ограды. После сегодняшней гонки я начал подозревать, что Система учитывает ещё и общий пробег.

Страусы за эту неделю тоже изменились. Они продолжали расти, хотя уже медленнее. Большинство взрослых птиц теперь уверенно возили лёгких всадников. Стахановец и ещё несколько крупных особей спокойно тянули телеги.

Правда, Мишу верхом мы пока не сажали. Тут я