Кровь Павильона Хризантем - Виталий Хонихоев
— Я видела лучников Мунэкаты — это серьёзные ребята. — предупреждаю я сотника. — Никогда нельзя недооценивать противника, Мицу, это путь к поражению.
— Хай, сенсей. — склоняет голову он. — Впредь не буду относиться к противнику с пренебрежением и отнесусь со всем тщанием.
— Ну вот…
— И тем не менее. — упрямо набычивает шею он. — Мои люди тоже не обычные голоногие, мы буси рода Тайра. В засаду, где все против нас я не дам нас завести, а на любой другой местности мы дадим бой на равных. Скажите, какие доспехи на людях Мунэкаты вы видели?
— На часовых у погреба были шлемы и доспехи. Наплечник одного блеснул, так я их и заметила. Патрульные тоже были одеты. Что под одеждой у остальных — не видела. — говорю я, вспоминая события прошлой ночи. — Правда какое качество доспехов я не сумела разглядеть более внимательно.
— А тех двадцать, которые ушли с Мунэкатой?
— Их я вообще не видела. Только слышала, как он о них говорил.
Мицусада подтянул повод. Жеребец поднял голову от придорожной травы.
— Значит и доспешные тоже будут, учтем. — говорит он, почесывая подбородок. — Тогда на месте разберемся. До пади людей остановлю, проверю готовность, да и проводников скрутим, после боя допросим как следует… ну и на месте может кого удастся захватить. Вперед секрет вышлю вдоль дороги, есть у меня парочка парней что могут незаметно пробраться, не чета вам, конечно, но тоже ребята ушлые…
— Вот и отлично. — я смотрю на него в упор. — Точно справишься, Мицу?
— Я ваш ученик, сенсей. — отвечает он, вздернув голову. — Как я могу опозорить имя своего учителя?
— Ну положим дубиной своей махать ты и раньше умел ничуть не хуже…
— Тем не менее.
— Ладно. Тогда я рассчитываю на тебя. — я кланяюсь, передавая полноту ответственности Мицусаде. Нет, официально эта самая полнота с него и не снималась, но все же, все же…
— Я вас не подведу, Аяко-сенсей. — кланяется он в ответ. Выпрямляется и смотрит на меня вопросительно. — Может вам сопровождающих с собой дать в обратную дорогу до замка? Тут недалеко, они как раз вернуться успеют и…
— Не надо. Вышли Бай Лин, у нее все с собой. — качаю я головой. — Больше мне никто и не нужен.
— Как скажете, сенсей. Н-но! — он тронул пятками своего вороного жеребца и ускакал вперед по дороге, поднимая комки глины из-под копыт. Я посмотрела ему вслед. Все-таки здоровенный этот Мицусада, вот бы мне такой быть… эх.
Я развернула свою лошадь к замку и отпустила повод. Она прошла несколько шагов по краю дороги, обогнула лужу и выбралась на узкую полоску земли в середине колеи. Седло покачивалось подо мной; связка запасных соломенных башмаков у правого колена задевала свёрнутый плащ.
После отряда на дороге остались глубокие отпечатки копыт. В некоторых уже набралась вода. Кобыла ступала мимо них, опускала голову и раз за разом вытягивала шею к траве на обочине. Я подбирала повод, она возвращалась на середину дороги, и через несколько шагов всё повторялось, так что через некоторое время я перестала стараться, и мы вместе с ней направились назад к замку наместника прямо по обочине.
С ветки растущего на краю дерева на руку упала капля. Я вытерла руку о плащ и поправила ворот у шеи. Под деревьями ещё держалась утренняя прохлада, впрочем, первые цикады уже начинали просыпаться и заводить свою неумолчную песню. На мокрой гриве обозначились отдельные рыжие волоски.
Ручей остался за поворотом. Теперь слышались поскрипывание седла и шорох соломы по земле. У придорожного камня возилась небольшая птица, она наклонило голову набок, взглянула на меня блестящим как бусинка глазом, вытащила что-то из-под листа, перескочила на корень и скрылась в кустах, когда мы поравнялись с ней.
За спиной застучали копыта. Кобыла повернула ухо, затем остановилась и оглянулась. Я придержала её у обочины.
Из тумана показалась Бай Лин. Её лошадь шла рысью; на нижнем крае плаща темнели брызги, у седла подпрыгивал плотно перевязанный свёрток. Бай Лин подобрала повод и перевела лошадь на шаг за несколько шагов до меня.
— Мицусада-сан сказал, мы возвращаемся.
— Жизнь полна неожиданностей, моя дорогая. — киваю головой я, натягивая повод и заставляя свою лошадь оторваться от свежей зеленой травы на обочине. — Кто бы думал что мы вернемся, а?
— А… а зачем мы возвращаемся? — Бай Лин блестит на меня черными глазами напоминая ту самую любопытную птичку у обочины. — Вам же там не понравилось! Разве что купальня там хорошая, из кипариса…
— Купальня хорошая, еда отличная, значит повар прекрасный, а еще у них там ледовый погреб есть, большущий. Даже в конце лета у наместника лед будет. Да и от столицы не так далеко, опять-таки на пересечении торговых путей находится, да и речка тут рядышком, можно и водным транспортом добраться… — перечисляю я, зажмурившись на яркое солнышко. — Отличная недвижимость, чего ты!
— А… вы в этом смысле… — Бай Лин пожимает плечами. — Не знаю, не думала. Как на мой взгляд так слишком далеко от столицы, все события в столице происходят, а сюда потом указы и эдикты, и дань собирают. Да и деревни тут голодные. — она оглядывается по сторонам. — Хотя земли вроде плодородные…
— Ничего ты не понимаешь, Бай Лин. Хорошие тут места… мебель переставить, покрасить, обои новые наклеить…
Глава 16
Главные ворота поместья были закрыты и это было странно. Вчера я не сильно внимание обратила на то, что даже днем ворота закрывают, подумала, что может с башни кто увидел отряд вооруженных людей и поспешно дверь закрыл… но вот, например ворота ни в столицу ни в Императорский дворец не запирают. На ночь — могут запереть, но днем они постоянно открыты. Постоянный поток товаров, людей, лощадей и