Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

Хуа Чжи подошла к матушке, которая, крепко сжав губы, сдерживала подступившие слезы, и мягко взяла ту за руку, чтобы помочь ей устоять на месте. Другой ладонью девушка схватила своего младшего брата и притянула его к себе.

Главная госпожа, ее матушка, взглянула на дочь и крепко сжала ее руку в ответ. Хуа Болинь же непроизвольно прижался к сестре, не в силах скрыть страх в своих глазах.

– Все на колени. Слушайте императорский указ.

Все члены семьи Хуа, от господ до слуг, опустились на колени.

– Волею неба и велением судьбы император приказывает: глава академии Ханьлинь[18] Хуа Ичжэн, вместо того чтобы разделять заботы его величества, разжигал вражду между его сыновьями. В связи с этим он лишается своей должности при дворе, его имущество будет изъято. Все мужчины семьи Хуа старше десяти лет подлежат ссылке в северные земли. Благоговейно следуйте этому! Благодарите его величество за оказанную вам милость!

– Да здравствует император! Долгих лет жизни его величеству!

Сердце Хуа Чжи, до этих пор переполняемое тревогой, успокоилось. Десять лет! Болиню до его десятилетия еще несколько месяцев!

Объявлять сей указ прибыл главный дворцовый евнух Лай Фу, приближенный императора. Обычно Лай Фу был в некотором роде жаден до денег, но просто как человек он был довольно неплохой. Видя, что семья Хуа все еще не до конца понимает сложившуюся ситуацию, главный евнух решил сам им все объяснить:

– Вдовствующая императрица своевременно заступилась и защитила вас. Если вам представится возможность, то было бы неплохо отблагодарить ее величество.

Бабушка без лишних слов тут же низко поклонилась в сторону императорского дворца, коснувшись лбом самой земли. Все остальные члены семьи Хуа дружно последовали ее примеру. Даже Хуа Чжи охотно склонилась в поклоне.

Поднявшись, почтенная госпожа обратилась к Лай Фу, почтительно сложив руки:

– Премного благодарны вам, достопочтенный евнух Лай Фу.

Тот тихонько вздохнул:

– Его величество приказал всем мужчинам семьи Хуа старше десяти лет немедленно отправляться в путь.

Почтенная госпожа сделала глубокий вздох, чтобы успокоить свои чувства. Затем она оглянулась на заполонивших весь дом сыновей да внуков семьи Хуа и произнесла слегка дрожащим голосом:

– Кроме четвертого сына Пинъяна, который сейчас в отъезде, все остальные сыновья и внуки нашего семейства сейчас присутствуют здесь. Прошу… вас, достопочтенный евнух, пересчитать их.

Лай Фу развернул шелковый свиток и устроил перекличку, чтобы все сверить. Оказалось, что и правда отсутствовал только Хуа Пинъян, младший сын семьи Хуа.

– Почтенная госпожа, вам известно, куда направился молодой господин Пинъян?

– Вероятно, в нашу загородную усадьбу.

– Премного благодарен вам, почтенная госпожа, за предоставленную информацию. – С этими словами Лай Фу кивнул главе охране внутренних покоев дворца. Тот рукой подал знак своим подчиненным, и вся императорская гвардия, получив четкие указания, двинулась к каждому мужчине семьи Хуа, которому на тот момент было уже десять лет или больше.

Второй сын из боковой ветви их рода совсем недавно достиг десятилетия. Его все время так баловали, что теперь этот мальчишка капризничал и не желал отпускать руку своей матери. Вторая госпожа[19] тоже рыдала, не в силах совладать с собой. Такой ее вид заставил и других женщин, до этих пор сдерживавших свои слезы, тут же расплакаться.

Почтенная госпожа закрыла глаза и отвернулась, делая вид, что не замечает всего происходящего.

Хуа Чжи крепко держала своего брата за руку, в глубине души испытывая неуместную радость. Что же насчет сводного братца, сына наложницы, которого в этот момент уводила стража, тут она была бессильна как-либо ему помочь.

Тех, кого приказали увести, забрали. Все шумно вывалились из зала наружу, внутри остался лишь достопочтенный евнух Лай Фу.

– Почтенная госпожа, у вас есть всего пара часов, чтобы собрать вещи. Это и так уже особая милость со стороны его величества. Прошу вас, подготовить все как можно скорее.

– Конечно, благодарю императора за проявленную доброту. Мы обязательно уложимся в установленный срок и покинем этот дом всей семьей.

Когда Лай Фу тоже вышел из зала, почтенная госпожа Хуа не выдержала и без сил повалилась на пол. Те, кто стоял подле нее, в панике бросились поддержать бабушку. Нянечка Су, служившая почтенной госпоже десятки лет, изо всех сил надавила той на губной желобок[20], и госпожа Хуа неспешно пришла в себя.

Оглядев комнату, полную напуганных женщин и детей, почтенная госпожа горько улыбнулась, и из уголков ее глаз хлынули слезы. Сейчас перед ней были либо совсем несмышленые дети, либо недальновидные дамы, способные считаться лишь с сиюминутной выгодой. Как же семье Хуа пережить такое бедствие?

Хуа Чжи, глядя на свою безутешно плачущую бабушку, ощутила тяжесть на сердце. Она впервые видела слезы на ее лице. Прежде она всегда сохраняла спокойствие. Привитые ей с детства манеры пропитали ее до самых костей. Стоило ей оказаться в комнате, сесть во главе семьи, как все вокруг тут же обретали душевный покой.

А теперь бабушку сломило это громадное, непредвиденное бедствие, и весь род Хуа прямо на глазах лишился всяческой защиты с ее стороны.

Оглядевшись, Хуа Чжи подумала о том, что среди четырех невесток семьи Хуа ее собственная мать, главная среди них, была известна своей хрупкостью и чувствительностью: она была той, что не могла сдержать слез даже при виде увядшей листвы, устлавшей собой всю землю. В такое время на нее точно нельзя было рассчитывать.

Вторая из невесток, госпожа Ци, из-за того, что ее муж был ребенком младшей жены, не имела в семье права голоса. Даже если бы у нее и было желание что-то предпринять, бабушка ни за что бы ей этого не позволила, да и другие жены семьи Хуа не позволили бы ей, госпоже из ветви, чей глава был рожден наложницей, возвыситься над ними. К тому же у нее и надлежащих способностей-то не было.

Третья невестка, госпожа Ся, среди жен сыновей этой семьи больше всех остальных любила поважничать. В обычное время она обязательно ухватилась бы за такую возможность показать себя во всей красе. Но сейчас, когда столь долгожданного законнорожденного сына их ветви только что забрала стража, когда неизвестно, сколько времени пройдет, пока все наладится, как она могла думать о чем-то таком.

Четвертую невестку, госпожу У, Хуа Чжи на самом деле очень высоко ценила. И происхождение, и кругозор – этим она не была обделена. Вот только…

Глядя на ее уже