Абиссинец 1889. Том 3 - Сергей Насоновский

— Вижу.

— От нее вправо до большого пня расположился условный враг. Передашь приказ: первой и второй тройкам обойти поляну слева, третьей страховать их из канавы, четвертой наблюдать за тропой, пятой оставаться в запасе. Сигнал к движению: два коротких свистка. Повтори приказ.

Прохор повторил слово в слово.

— Теперь передай его шепотом крайнему в шеренге. Дальше приказ пойдет по цепочке. Последний, когда его получит, выйдет и доложит, что до него дошло.

Малолетки растянулись вдоль кустарника, оставив между собой по несколько шагов. Прохор шепнул приказ соседу, тот передал дальше. Последний дождался, вышел вперед и доложил:

— Первая и вторая тройки обходят справа, третья остается в канаве, четвертая идет к тропе, пятая за ними. Движение начать после двух свистков.

— Выходит, половину отряда ты отправил прямо под пули, — сказал Кравцов. — Где приказ исказили?

Парни стали переглядываться.

— Чего гадать? — вмешался Овсянников. — Каждый повторит то, что услышал.

Ошибку нашли быстро.

— Зимин, шаг вперед, — велел Степан Анисимович. — Зачем добавил от себя?

— Ослышался, Степан Анисимович.

— Если не уверен, переспроси. Отсебятину городить нельзя. Приказ должен дойти в точности, иначе до беды недалеко.

— Виноват, — понурился Зимин.

— Встать в строй. Повторяем.

Во второй раз приказ дошел от Прохора до последнего без искажений. Кравцов дал два свистка, и тройки рассыпались по своим местам.

— Теперь убери Мельникова, — предложил Овсянников.

Степан Анисимович поднял красный лоскут.

— Мельников выбыл! Команда продолжает задачу!

Прохор замер там, где стоял. На миг порядок движения смешался. Двое повернули головы, ожидая распоряжений. Меренский привстал из-за валежины, показал рукой на себя и коротко свистнул. Парни снова двинулись, уже под началом Сани.

Глеб Маркелович следил внимательно.

— Меренский принял верно. А вот в пятой тройке замешкались.

— Потому что все на Прохора смотрят, — ответил Кравцов. — Он у них заводила и старший.

— Значит, слишком привыкли к его командам. Меняйте старших. Каждый должен уметь хотя бы тройкой управиться.

— Не каждый годится командовать, Глеб Маркелович.

— Каждый и не нужен. Но если в бою отряд останется без командования, кто-то обязан отдать приказ и взять ответственность на себя. Хотя бы велеть залечь, отойти или вынести раненого.

Крестный помолчал и кивнул.

— Тут спорить не стану.

Следующее упражнение Степан Анисимович подготовил заранее. На пне поставил пустую гильзу, зацепил светлый лоскут за ветку, положил седельную суму под кустом и фуражку возле тропы. За валежиной спрятался Олег, согласившийся изображать неприятеля. С места построения виднелись лишь его плечо и край рукава.

Малолеток по одному подводили к условной черте и давали полминуты осмотреться. Затем каждый отходил и перечислял замеченное.

Прохор увидел Олега, лоскут и суму, но пропустил гильзу. Меренский заметил все, кроме фуражки. Бортеньев перечислил четыре предмета, зато перепутал, с какой стороны от тропы лежит сума.

Лучше всех справился Митька Медведовский. Он обнаружил все предметы, но неправильно определил расстояние до условного врага.

— Сто пятьдесят шагов, господин атаман, — доложил он.

— Там двести с небольшим, — ответил Овсянников. — Откуда взялось сто пятьдесят?

— На глаз прикинул.

— Плохо. Учись сравнивать со знакомыми ориентирами: ростом человека или деревом, высоту которого знаешь. В чистом поле и в сумерках предмет нередко кажется ближе, чем есть. Такая ошибка может дорого стоить.

— Запомню.

— Тут не запоминать надо, а постоянно тренироваться. Оценил расстояние, потом проверил шагами. Нас этому крепко учили, и вам навык такой пригодится.

После наблюдения перешли к выносу раненого. Меренскому перевязали ногу красной тряпкой и уложили за канавой.

— Ранен в бедро, идти не может, — объявил Кравцов. — Противник у той лиственницы. Доставить сюда с оружием.

Прохор с Бортеньевым поползли к Сашке с разных сторон. Один остался прикрывать, второй подхватил «раненого» и потащил к канаве. Они продвинулись едва на десяток шагов, когда Кравцов свистнул.

— Стой! Вы чего задницами третесь за одним бугром? В бою вас обоих положили бы в два счета, и спасать пришлось бы уже не одного Меренского.

Теперь Бортеньев прикрывал из-за пня. Прохор оттащил Сашку до первой ложбины, после чего они поменялись. Медленно, зато один из них все время наблюдал за условным противником, а в настоящем бою еще и стрелял бы.

Следующая тройка соорудила носилки из двух жердей и чекменя. Вышло хорошо, но времени ушло много.

— В бою выбирать придется по месту, — подвел итог Овсянников. — Если до укрытия двадцать шагов, тащите на руках. Если нести далеко, нужны носилки. И не толпитесь вокруг раненого, иначе сами станете мишенью.

Последним Кравцов устроил внезапную тревогу. Команда уже возвращалась к дороге, когда он трижды коротко свистнул и крикнул:

— Противник со стороны Гнилого Лога!

Парни бросились врассыпную. Прохор с двумя товарищами занял канаву. Меренский отвел свою тройку к поваленному стволу. Бортеньев лег у дороги и развернул своих в сторону тыла. Один Митька по привычке кинулся к Прохору, хотя возле канавы и без него собралось достаточно народу.

— Медведовский! — окликнул его Овсянников. — Где твоя тройка?

Митька резко остановился и оглянулся. Двое его товарищей остались у кустов без старшего.

Он вернулся, уложил их за бугром и лишь потом занял место сам.

Меньше, чем через минуту поляна опустела. С дороги почти никого не было видно. Между ветвями лишь поблескивали стволы винтовок да мелькали лица наблюдателей.

Овсянников достал часы и захлопнул крышку.

— Пятьдесят две секунды.

— Медленно? — спросил Кравцов.

— Для первого раза сойдет. Но один участок дороги остался без наблюдения, а у канавы собралось семеро. Будь там настоящий враг, без потерь не обошлось бы.

Степан Анисимович поднял красный лоскут.

— Отбой, строиться!

Малолетки с раскрасневшимися лицами вышли из укрытий и выстроились.

— Господин атаман! — начал Прохор. — Отряд построен, оружие разряжено и проверено. Разрешите завершить занятие!

— Разрешаю. Встать в строй.

Овсянников медленно прошел вдоль шеренги.

— Большинство из вас уже бывало под огнем. Настоящий бой учит быстрее десятка упражнений, но не дает права считать себя готовыми казаками. Чем усерднее будете заниматься, тем больше шансов выжить. Повоевать вам, парни, еще придется, может, и немало. Так что науку мотайте на ус.

Глеб Маркелович остановился перед Прохором.

— Мельников командует уверенно, но остальные привыкли ждать его приказов. Случись с ним что в настоящем бою, не все будут готовы его заменить. Над этим надо