Навь - Татьяна Филатова
Сергей слушал Кузьму и понять не мог, кто из них двоих более необразованный, пока в паре десятков метров от того места, где они сидели, река не стала закипать.
- Вот она, - заулыбался бледный покойник, - вот она – рыбонька моя. Ты только не заглядывайся, понятно тебе? – сказал он сурово.
Сергей насторожился, встал на ноги и увидел, как вокруг помоста один за одним стали всплывать новые тела утопленников: там были и мужчины, и женщины, и старики, и дети. А затем он увидел, как от того места, где, как казалось, вскипела в реке вода, поднялась небольшая волна, как если бы кто-то плыл под водой прямо к помосту. Затем из-под воды показалась макушка, потом лоб, глаза… Через пару мгновений Сергей полностью увидел девушку необычайной красоты, что плыла к берегу, не сводя своего взгляда и нежно улыбаясь старому мертвому рыбаку.
- Ну здравствуй, - залепетал Кузьма, отложив в сторону удочку. Сергей смотрел на него и не узнавал: старик, казалось, оживился, расцвел, стал поправлять остатки седых волос на голове.
- Кто это у тебя? – нежным, весьма приятным голосом спросила его русалка, указывая на Сергея. Кузьма снова переменился в лице, и Сергей понял: дед не на шутку ревнует.
- Да это живой, - махнул он в сторону Сергея рукой, - не обращай на него внимания.
Но русалка не послушала рыбака, а стала подплывать к той части помоста, где босиком стоял растерянный Сергей. Он видел, как эта то ли женщина, то ли рыба без какой бы то ни было брезгливости отталкивала в разные стороны распухшие, белые тела утопленников, чтобы приблизиться к краю помоста, не сводя притом взгляда с Сергея. Сама же она была настолько миловидной, настолько невинной и красивой: длинные светлые волосы, прикрывающие грудь, голубые, как чистая вода, глаза, маленький, аккуратный носик, хрупкие, худенькие плечи.
- Я же здесь… - с надеждой в голосе проговорил Кузьма, бросая на Сергея ненавистный взгляд.
- Не бойся, - посмотрела на него русалка. – Я тебя никогда не брошу.
Сергей видел, как она буквально по мертвым головам стала пробираться, чтобы подплыть к довольно улыбающемуся рыбаку, а в другой стороне реки снова забурлила вода, и оттуда к помосту теперь приближалась еще одна русалка: на этот раз брюнетка – с темными, тоже длинными волосами и с черными (как у Настасьи…) глазами. Ее хвост на поверхности воды извивался, как змея, напомнив Сергею о том, что именно змея этой ночью душила его в машине, но назвать эту прелестную красавицу змеей у него язык бы не повернулся.
- Я ждала тебя, - мило улыбнувшись, сказала Сергею русалка. – Почему ты так долго не приходил?
- Я не знал, что ты здесь, - словно зачарованный, оправдывался Сергей, все ниже склоняясь с помоста к воде и уже не замечая, что постоянно всплывающих покойников вокруг помоста становилось все больше и больше.
Сергей уже не слышал, как Кузьма-рыбак бултыхнулся в черную воду, он не заметил даже, что за его спиной в сотне метров от него за ним и рыбаком давно кто-то следил, он даже не понял, как и сам оказался в той мутной воде, а помнил только, что холодные руки обвили его шею, и…
Он раскрыл глаза: вокруг плавали тела с распухшими губами и щеками, на которых он то и дело натыкался. Затем, повернувшись, он увидел Кузьму, который выглядел так же, как и остальные утопленники, вот только улыбался от счастья. Рядом же с рыбаком плавала она – русалка Кузьмы с длинными светлыми волосами и длинным хвостом, чешуя которого светилась, словно изумруд на солнце, отчего Сергей смог без труда разглядеть истинное лицо этой девицы: злобные, темные глаза, острые, почти как и у того Семена, зубы, кожа на лице выглядела так же, как и у утопленников, а со щек свисали лохмотья. Раскрыв широко свой неестественно огромный и зубастый рот, русалка, поглядев на Сергея, впилась острыми как бритвы зубами в плечо по-прежнему излучающего счастье старого, толстого рыбака и потащила того на дно. Ее хвост продолжал мерцать в черной воде, и Сергей, глядя им вслед, осознал, что дна у этой речушки, судя по всему, и нет вовсе. Однако оттуда продолжали подниматься покойники, то и дело врезаясь в Сергея. Наконец, его разум к нему полностью вернулся, и Сергей понял, что, в отличие от Кузьмы, его легкие все еще нуждаются в кислороде, и пусть даже в Нави кислорода как такового и не было, Сергею отчаянно хотелось сделать вдох. Он посмотрел наверх, но ничего, кроме десятка тел над своей головой, не увидел. Он уже стал перебирать руками и ногами, чтоб подняться на поверхность, как вдруг вторая русалка с темными волосами схватила его за ногу.
- И куда же ты от меня бежишь? – в воде проговорила она, лукаво снизу вверх глядя в глаза Сергею. Кожа на ее лице стала меняться и облазить, как и у светловолосой русалки, глаза стали еще больше чернеть, а губы побелели и сделались такими же, как и у рядом проплывающей утопленницы. – Не уходи от меня. Я же ждала тебя…
Держась за ногу Сергея, она стала перебирать по ней своими руками, поднимаясь выше, пока ее жуткое лицо не поравнялось с лицом живого. Растянув в улыбке белые, распухшие губы, русалка обнажила ряд острых зубов, что больше напоминали серебряные иглы, чем зубы. Сергей уже видел, как она стала раскрывать свою огромную пасть, чтобы впиться в живую плоть, когда вдруг кто-то сверху ухватил его за руку и потащил наверх. Сергей пытался разглядеть, кто это, но видел вокруг себя только распухших покойников, которых кто-то расталкивал, чтобы вытащить его самого на землю. Наконец, под своими руками он ощутил мокрую